— Фините Инкантатем.
К огромному удивлению Снейпа, как только закончилось воздействие на него заклинания, девчонка, завладевшая его сознанием, бесследно исчезла. Его мозг снова целиком и полностью принадлежал ему и в данный момент пытался лихорадочно проанализировать ситуацию. Охранное зелье, сваренное им, действовало — он не ощущал боли. Но вместе с этим, вернее, вместо этого, он ощущал себя девчонкой — и он точно знал, какой именно. Впрочем, сейчас об этом думать было некогда. Сейчас ему нужно подниматься с колен и ждать приказаний своего Повелителя. Думать о случившемся он будет после. Здесь есть о чём подумать — в этом Снейп не сомневался.
— Иди сюда, Северус, — голос Волдеморта, кажется, перестал быть таким пронзительным. — Присаживайся.
Он указал Снейпу на стул, стоявший напротив него. Снейп молча сел, внимательно глядя в глаза Повелителя. Он имел на это право, успешно пройдя испытание болью.
— Северус-с-с… Скажи, ты помнишь дословно то пророчество, о котором рассказал мне тогда? — красные глаза Волдеморта буравили его, словно пытаясь насквозь просверлить мозг. Но Снейп выдержал этот взгляд.
— Да, мой господин, — Снейп покорно склонил голову.
Ещё бы ему не помнить! Каждое слово этого пророчества впечаталось в его мозг и в сердце, словно его выжгли там калёным железом.
— А ты действительно рассказал мне его полностью?
Снейп почувствовал, что Волдеморт снова пытается проникнуть в его сознание, на этот раз не тараня его окклюментный щит, а словно просачиваясь сквозь него. Но сейчас Снейп полностью был самим собой, и сила его магии давала ему возможность легко противостоять вторжению.
— Да, мой Лорд.
Снейп счёл уместным поднять взгляд и прямо посмотреть в красные глаза этого монстра. Всего на пару секунд, чтобы тот убедился, что он не лжёт. Волдеморт предпочитал, чтобы в его присутствии подчинённые опускали глаза. Одной лишь Белле раньше было позволено жадно разглядывать Повелителя, пожирая его пламенным влюблённым взглядом. Ну, так то Белла… У Снейпа иногда закрадывалось подозрение, что Волдеморт и сам предпочитал не связываться с этой одержимой, потому и не одёргивал её и не наказывал, как прочих. И тот факт, что сейчас она сидела в Азкабане, скорее радовал Повелителя, чем огорчал его.
— А Дамблдор… Он не делился с тобой этой информацией? Не рассказывал тебе всё пророчество целиком? — попытки Волдеморта проникнуть в его сознание в этот момент стали особенно настойчивыми. Снейп сделал вид, что никакого окклюментного барьера в его сознании не существует вовсе, легко извлекая из глубин памяти нужное воспоминание. «Тебе не нужно этого знать, Северус, — как-то сказал ему Дамблдор, правда, не о пророчестве, а совсем по другому поводу. — Я не хочу, чтобы Волдеморт, роясь в твоём мозгу, случайно наткнулся на это». Сейчас это воспоминание пришлось как нельзя более кстати. Снейп продемонстрировал его Тёмному Лорду и тот, кажется поверил. Во всяком случае, его попытки проникнуть в мозг своего последователя временно прекратились.
— Северус. Мне необходимо знать это пророчество целиком. Добудь его для меня. Выведай его у Дамблдора — любым способом.
— Мой повелитель, — Снейп склонил голову в знак почтения. — Дамблдор — очень хитрый и скрытный старик. Я приложу максимум усилий, чтобы выполнить ваш приказ, но не уверен, получится ли это у меня.
— Постарайся, чтобы получилос-с-с-сь, — голос Волдеморта снова поднялся до угрожающе-свистящих высот. — Это в твоих интересах… С-с-с-еверус-с-с-с… — он как-то особенно выделил его имя, отчего у Снейпа, привыкшего за время общения с Волдемортом ко всему, пробежал холодок по спине. — Или этот хитрый лис тебе не доверяет? Тогда для чего мне нужен такой шпион?
Угроза в голосе Хозяина была уже не скрытой, а явной. Снейп снова склонил перед ним голову, так, что волосы упали на лицо:
— Дамблдор никому не доверяет до конца, мой Повелитель, — почтительно произнёс Снейп. — Если бы он этого не делал, вы бы сейчас уже сидели в кресле Министра магии.
— Резонно, — неожиданно быстро согласился Волдеморт. — И всё-таки, Северус… — снова картинная пауза, явно призванная усилить напряжение, — ты сделаешь всё, чтобы выведать у старика полный текст этого пророчества.
— Разумеется, мой Повелитель, — этот ответ сопровождал ещё один почтительный поклон.
Расспросив Снейпа об обстановке в Хогвартсе, о настроениях студентов и преподавателей и, разумеется, обо всём, что касалось Гарри Поттера, Волдеморт, наконец, отпустил его со словами:
— Ступай, Северус. И помни, что моё доверие — это не данность. Его нужно заслуживать постоянно, изо дня в день. Я рассчитываю на тебя. Я должен знать всё пророчество целиком.
— Да, мой господин, — Снейп встал со стула и склонился перед своим Повелителем в низком поклоне, после чего резко развернулся и быстрым шагом направился к выходу.
Стремительно миновав пустую гостиную и не встретив на своём пути никого из обитателей замка, Снейп спустился по лестнице в холл и вышел за дверь. Направляясь к воротам Малфой-мэнора, он непрерывно обдумывал случившееся с ним, и чем больше думал, тем сильнее злился — и на себя, и, разумеется, на эту «полоумную» Лавгуд, которая преподнесла ему такой «сюрприз». Сегодня Тёмный Лорд, сам того не подозревая, был настолько близок к тому, чтобы раскрыть все планы Дамблдора и рассекретить его самого, Снейпа, как двойного агента и шпиона, работающего вовсе не на него, а на этого старика, что Снейп, которого мало что в жизни могло испугать, теперь, задним числом, действительно ужаснулся, подумав о последствиях. Слишком высокой могла оказаться цена его Охранного зелья, в приготовлении которого поучаствовала эта сумасшедшая.
Миновав ворота Малфой-мэнора, Снейп аппарировал к воротам Хогвартса. Всю дорогу до входа в замок он мысленно ругал и себя, и эту злосчастную Лавгуд, представляя себе те кары, которые он обрушит на голову этой ненормальной. Как же ей удалось так завладеть его сознанием? Он вспоминал все подробности того вечера, когда готовил Охранное зелье в присутствии Лавгуд. Ведь именно тогда она могла каким-то образом повлиять на конечный результат. Что он там заставил её делать? Резать драконью печень? Могла она в этот момент порезать себе палец? С её рассеянностью — легко. И если её кровь попала в его зелье, тогда… Тогда всё становится понятным. Ну, мисс Лавгуд, вы ещё поплатитесь за свою халатность!
Снейп рывком открыл дверь и вошёл в замок.
Расставшись с Гарри в холле перед входом в Большой зал, Луна отправилась к себе, в башню Райвенкло. Она ещё какое-то время обдумывала слова, которые Гарри сказал ей напоследок:
— Не говори никому про то, что я рассказал тебе. И не слишком распространяйся про Фаджа. Если Амбридж тебя услышит, тебе не поздоровится.
Он машинально потёр руку в том месте, куда впечатались кровавые строчки «Я не должен лгать».
— Ненавижу эту розовую жабу, — ответила Луна, вспоминая, как Амбридж высмеяла на уроке её внешний вид и заставила снять с шеи бусы из пробок и вынуть из ушей серьги. Впрочем, повышать восприимчивость к чему-то новому на уроках ЗОТИ Луне не очень-то и хотелось, потому что это «новое» никак нельзя было назвать полезными знаниями. Однако, тот факт, что её заставили расстаться с привычными амулетами, задел её за живое. И если ядовитые замечания Амбридж по поводу того, что они были на ней, Луну никак не затронули, то их отсутствие сильно напрягало и вносило в самоощущение Луны некоторый дискомфорт.