Он решительно не понимал, отчего у его зелья появился такой эффект. По всем правилам, Лавгуд не должна была чувствовать его ни при каких обстоятельствах. Он её — да. Но не наоборот. А получалось, что он проникал в её сознание лишь в момент применения к нему Пыточного заклинания, в то время как она становилась им, как только он проглатывал зелье. Эта загадка не давала Снейпу покоя. Должно же быть этому какое-то разумное объяснение. В нём проснулся и громким голосом заговорил учёный, исследователь. Снейпу очень захотелось изучить и объяснить этот странный эффект. Но для этого ему нужна была новая порция зелья. А значит, не стоило спешить стирать память этой странной девчонки, непонятно за что и каким чудом влюбившейся в него.
Поразмыслив, Снейп решил, что с Обливэйтом спешить не стоит. Стереть память он ей всегда успеет. А вот понять принцип и механизм действия зелья другого случая не представится. К тому же, он всегда может контролировать сознание мисс Лавгуд и успеет заметить изменения в её отношении к нему. Пока прямой угрозы нет, он может спокойно исследовать свойства зелья и его удивительный побочный эффект.
Приняв это решение, Снейп почувствовал странное облегчение. Внезапно он со всей отчётливостью осознал, что ему до боли, до крика не хотелось стирать девчонке память, тем самым лишая себя её осознанного сочувствия. И, найдя повод не делать этого, обрадовался, как мальчишка. «Эгоист! — мысленно обругал себя Снейп. — Подумай о девчонке! Ей тяжело». А будет ли ей легко любить его и мучиться ощущением, что она знала о нём что-то важное и забыла об этом? «Любить всегда тяжело, — ответил он самому себе. — Надеюсь, у неё это скоро пройдёт. Поэтому надо пользоваться сейчас её состоянием, готовить зелье и изучать его. Пока она не разлюбила».
Эта мысль отозвалась в душе Снейпа неожиданной резкой болью. Кажется, ему не хотелось, чтобы девчонка разлюбила его? О чём он только думает? Снейп поймал себя на том, что не сводит глаз с умолкнувшей Лавгуд, которая тоже уставилась на него неуловимым взглядом, направленным куда-то сквозь пространство.
— Мисс Лавгуд.
Услышав своё имя, Луна вздрогнула. Вот сейчас… Сейчас всё решится. Сейчас он взмахнёт палочкой, произнесёт своим глуховатым низким голосом: «Обливэйт» и…
— По всем писаным и неписаным правилам мне следует стереть вам память. И вы сами прекрасно это понимаете. Но. Побочный эффект сваренного мною с вашим участием зелья требует изучения. А потому я на время оставлю всё как есть. При условии, что вы и дальше будете хранить тайну и не станете надоедать мне рассказами о своей… гм-гм… о своих чувствах.
По мере того, как Снейп произносил этот монолог, глаза Луны от удивления раскрывались всё шире и уже готовы были вылезти из орбит. Он не сотрёт ей память? Он хочет снова сварить зелье с её кровью?! Она не ослышалась? Он действительно этого хочет?! Луна чуть не взвизгнула от радости, но вовремя сдержалась. Ещё не хватало, чтобы он пожалел о своём решении и передумал.
— Спасибо, господин профессор, — тихо и восторженно прошептала Луна. При этом глаза её сияли таким неподдельным счастьем, что Снейпу стало не по себе. Встречая на обрывке колдографии сияющие счастьем глаза Лили, он страстно мечтал быть источником и причиной этого счастья. И вот теперь другие глаза окатили его радостным сиянием, не подсмотренным, не украденным, а предназначенным лично ему и им самим вызванным. Он стал, как и мечтал, причиной и источником этого сияния, да только глаза эти были не изумрудно-зелёными, а серебристо-серыми. Он не хотел этого, но их тепло помимо его воли проникало в душу и согревало её. Снейп, как мог, сопротивлялся этому теплу, считая происходящее чуть ли не изменой своей единственной любви. А глаза девчонки продолжали сиять ему навстречу, и тепло от них разливалось по телу, несмотря на все возводимые мозгом препятствия.
— Учтите. При малейшей попытке меня обмануть я прекращу этот эксперимент и очищу вашу память от ненужных воспоминаний, — жёстко ответил он. Пожалуй, даже слишком жёстко. Но Луна не обратила на это ни малейшего внимания.
— Хотите, я дам вам Непреложный обет, что никогда не выдам вашу тайну? — предложила Луна.
— Нет. Вы можете выдать её случайно, а мне вовсе не нужна ваша смерть.
— Я не выдам её! — убеждённо возразила Луна.
— Даже под Империусом и Круциаттусом? — поднял бровь Снейп.
Луна молча опустила голову. Об этом она не подумала.
— Не волнуйтесь, мисс Лавгуд. Я постараюсь не допустить подобных крайностей, — мрачно произнёс Снейп. Луна слабо улыбнулась в ответ.
— А когда мы будем варить наше зелье? — поинтересовалась она.
— Наше? — бровь Снейпа поползла вверх. Он уже окончательно взял себя в руки, и теперь его обычный сарказм давался ему без всяких усилий.
— Ой, простите. Ваше зелье, — как ни в чём ни бывало, улыбнулась Луна.
— В ближайшую субботу, я полагаю, — ответил Снейп и, взглянув на часы, добавил: — А теперь потрудитесь избавить меня от своего общества. Вам давно уже пора спать, а не отрывать меня от работы.
С этими словами Снейп окинул взглядом стол с разложенными на нём свитками.
— Простите меня, господин профессор, — Луна быстро поднялась. — Простите, что задержала вас так надолго.
Снейп тоже встал.
— Лавгуд, вы умеете пользоваться Чарами невидимости?
— Да, — ответила Луна, вспоминая занятия в ОД.
— Тогда извольте наложить на себя дезиллюминационное заклятие.
Луна вынула из кармана волшебную палочку и, направив её на себя, взмахнула особым образом. Эффект оказался далёким от ожидаемого. Луна стала прозрачной, как привидение, но такой же видимой.
Бросив на неё скептический взгляд, Снейп саркастично изрёк:
— Впечатляюще.
После чего изящным взмахом волшебной палочки довершил начатое, сделав Луну полностью невидимой.
— Идёмте, — приказал он, направляясь к двери.
Луна послушно отправилась следом. Она думала, что Снейп выпустит её и закроет дверь. Но он вышел вместе с ней в коридор, тщательно запер дверь в свои покои и направился к выходу из подземелья. Луна с удивлением последовала за ним, размышляя, почему он решил проводить её. Задумавшись, она споткнулась и едва не упала на пол. Спасло её лишь то, что она на ходу врезалась в Снейпа, что и задержало падение.
— Какого драккла?» — тихо прошипел Снейп, оборачиваясь к ней.
— Простите, — так же тихо прошелестела Луна.
Снейп нащупал в полутьме освещённого факелом коридора невидимую руку Луны, крепко сжал её и повёл к лестнице, ведущей наверх. Сердце Луны бешено колотилось всю дорогу до выхода из подземелий. Ей хотелось только одного — чтобы этот путь никогда не закончился. Только бы идти с ним вот так, ощущая себя в полной безопасности и чувствуя, как его ледяные пальцы крепко сжимают её так некстати вспотевшую ладонь.
Перед выходом в холл Снейп остановился, не дойдя несколько ступенек до верхней площадки.
— Надеюсь, дальше вы доберётесь без приключений. И обойдётесь без увечий, — его голос был тих и привычно холоден. Но Луне послышалась в нём такая забота, что она не выдержала. Благодарность, переполнявшая её, требовала выхода. Стоя на верхней ступеньке лестницы, совершенно невидимая для Снейпа, Луна сейчас находилась вровень с ним. Его лицо было так близко…
— Спасибо вам за всё, господин профессор, — прошептала Луна и, пользуясь своей невидимостью, подалась вперёд, порывисто обняла его за шею и прикоснулась губами к щеке. Не дожидаясь его реакции, быстро разомкнула объятие и бегом бросилась к выходу.
А Снейп так и остался стоять, глядя в пустоту, с непроизнесёнными вслух ругательствами на губах и с рукой, прижатой к щеке, словно пытался подольше удержать это нежное невесомое прикосновение, от которого по всему телу разливалась тёплая волна, покалывала тысячами мелких иголочек и щекотала в солнечном сплетении.
Комментарий к Глава 28 https://sun1-94.userapi.com/yh8aKA0AArIFIChBAFmw0UvsgcJ9ApbPAD0Arw/ksaO1htG76Q.jpg
====== Глава 29 ======
Kelly Clarkson\Hear Me
Nicholas Hooper\Snape’s Memories
Выскочив в холл, Луна стремительно добежала до лестницы, ведущей на второй этаж, промчалась по ней, едва касаясь ступенек, пронеслась по коридору со скоростью, ей совершенно несвойственной и лишь на площадке перед следующим лестничным маршем замедлила шаг, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.