И быстро ушла. Гарри даже не успел сказать ей что-нибудь в утешение, хотя, честно говоря, он ничего подходящего и не мог придумать.
- Она немного расстроена, — сказала Луна. — Я сначала подумала, что там Плакса Миртл, а оказалось, Гермиона. Она что-то говорила про этого Рона Уизли…
— Да, они поссорились, — ответил Гарри.
Они вместе пошли по коридору.
— Он порой говорит очень смешные вещи, правда? — Луна сбоку взглянула на Гарри. — Но иногда он бывает недобрым. Я это заметила в прошлом году.
— Да, наверное, — задумчиво произнёс Гарри.
Луна, как всегда, демонстрировала удивительную способность говорить неудобную правду. Гарри в жизни не встречал другого такого человека.
— Ты как? Хорошо прошло полугодие?
— Да, неплохо, — ответила Луна, вспоминая всё, что происходило и происходит между нею и Северусом. Гарри ждал, что она скажет ещё что-нибудь, но Луна молча шла рядом, улыбаясь каким-то своим мыслям.
— Хочешь пойти со мной на вечер к Слагхорну?
Эти слова вырвались у Гарри прежде, чем он успел их удержать. Он слышал собственный голос будто со стороны.
Луна остановилась и удивлённо обратила к нему свои выпуклые глаза:
— На вечер к Слагхорну? С тобой?
— Ага, — кивнул Гарри. — Туда полагается приходить с кем-нибудь, ну я и подумал, может, ты захочешь… То есть… — Он постарался предельно ясно сформулировать свои намерения. — То есть, просто по-дружески, понимаешь? Но если тебе не хочется…
Он уже отчасти надеялся, что Луна не согласится. А Луна подумала, что, наверное, ей стоит принять это приглашение. Она устала страдать по вечерам, изнывая от невозможности увидеться с Северусом. Почему бы ей не развеяться, заодно показав ему, что она старается не унывать и терпеливо переносить разлуку. Ведь ему будет спокойнее, если он увидит, что она не мучается, а пытается занять чем-то время, которое вынуждена проводить без него. К тому же, возможно, на этой вечеринке будет и Северус? Луна открыла было рот, чтобы спросить об этом Гарри, но вовремя прикусила язык и ответила:
— О, нет, мне будет очень приятно пойти с тобой по-дружески, — она улыбнулась, и Гарри подумал, что такой счастливой улыбки он у неё ещё ни разу не видел. — Меня никогда ещё никуда не приглашали по-дружески. Это ты к вечеринке выкрасил себе бровь? Мне тоже так сделать?
— Нет, — твёрдо ответил Гарри. — Это я нечаянно. Попрошу Гермиону исправить. Значит, встречаемся в восемь в вестибюле.
Они двинулись дальше по коридору.
— АГА! — раздался откуда-то с потолка пронзительный голос, и оба вздрогнули.
Они и не заметили, как прошли прямо под Пивзом, который висел вниз головой и зловредно ухмылялся:
— Обормоттер Полоумную на праздник пригласил! Обормоттер в Полоумную влюбился! Обормоттер в Полоу-у-у-у-у-умную влюбии-и-и-и-и-ился-я-я-я-я-я! — Он умчался, продолжая хихикать и выкрикивать: — Обормоттер в Полоумную влюбился!
— Приятно, когда никто не лезет в твою личную жизнь, — сказал Гарри.
Луна ещё раз улыбнулась ему и сказала:
— До вечера, Гарри.
— До вечера, — рассеянно ответил он.
Мысль о том, что Пивз распускает по школе слухи о ней и Гарри, совершенно не волновала Луну. Мало ли что там кричит Пивз? Кто его слушает и всерьёз обращает на него внимание? Гарри пригласил её на вечеринку ПО-ДРУЖЕСКИ… Он считает её своим другом! По-настоящему считает! Луна чувствовала себя счастливой. У неё есть друзья и есть любимый человек, ради которого она готова на всё. А ещё у неё есть папа. Она любит их всех, а они любят её. Она нужна им, необходима. Разве это не счастье?
Поэтому Луна весь день пребывала в приподнятом настроении, не обращая внимания на косые взгляды, которые бросали на неё многие ученики, вернее сказать, ученицы. Одна только Джинни порадовалась за неё, узнав, отчего Луна так счастливо улыбается.
Увидев за обедом в Большом зале её довольное лицо, Снейп был несколько удивлён. Неужели девчонка научилась так притворяться? В это трудно поверить. А если она не притворяется — что произошло? Почему она выглядит такой довольной? Снейп терялся в догадках. Всего однажды встретив её лучистый взгляд, Снейп ощутил вместо обычного тепла, разливающегося по телу, смутную тревогу, несмотря на то, что взгляд этот был нежным и успокаивающим. Её глаза, говорящие: «Всё в порядке. Не волнуйтесь, мне хорошо. Пусть будет хорошо и вам» — вместо того, чтобы успокоить, пробудили ощущение, что что-то не так. От невозможности сейчас же узнать, что именно, беспокойство росло, поднималось мутной волной в душе и вызывало предчувствие беды, тем более странное и непонятное, что, по идее, ничто этой самой беды не предвещало. Снейп решил сегодня же вечером выпить зелье, чтобы точно узнать, что происходит. А до вечера ему предстояло промучиться в догадках, не находя себе места от неизвестности и злясь на всё и на всех из-за невозможности держать ситуацию и собственные ощущения под контролем.
Начиная с обеда и до момента окончания послеобеденных занятий Джессика бросала на Луну пытливые взгляды, но ничего не спрашивала, ожидая, что Луна сама заговорит с ней. Но Луна молчала и счастливо улыбалась своим мыслям, ни с кем не разговаривая и не реагируя на происходящее вокруг.
Выйдя из класса с последнего урока, Луна быстрым шагом отправилась в башню Райвенкло. Джессика окликнула её:
— Луна! Постой.
Луна послушно остановилась, подождала подругу и зашагала с ней рядом.
— Слушай, это правда? — заговорила Джессика.
— Что правда? — отозвалась Луна, продолжая слабо улыбаться.
— Что Гарри Поттер пригласил тебя на вечеринку к Слагхорну.
— Правда, — голос Луны прозвучал почти равнодушно, хоть выражение лица ему вовсе не соответствовало.
Джессика искоса взглянула на подругу. Она действительно не считает это чем-то особенным? Или притворяется? А эта её улыбка — что она означает? Но Луна всё так же безмятежно улыбалась, продолжая путь к башне.
— У вас что, любовь? — без обиняков спросила Джессика.
Луна остановилась и удивлённо уставилась на подругу широко раскрытыми глазами:
— Ты что? С чего ты взяла?
— Ну, ты в последнее время вечно где-то пропадаешь по вечерам. А потом вдруг Поттер приглашает тебя на вечеринку. Не думаю, что это совпадение.
Луна, по обыкновению, хотела тут же возразить и сказать всё, как есть. Но что-то в сознании резко остановило слова, рвущиеся с губ. Какая-то часть её мозга, подспудно продолжавшая ощущать себя Снейпом, заставила Луну воспользоваться ситуацией, чтобы скрыть истинную причину её ежевечерних отлучек.
— Ну-у… — Луна замялась и покраснела.
Ей было тяжело врать и стыдно от того, что приходится это делать. Но ради того, чтобы скрыть свои отношения с Северусом, она была готова на всё. Разве не так? Соврать ради него — это самое малое, что она могла сделать для них обоих.
Джессика расценила её реакцию по-своему. Она увидела в ней подтверждение своих догадок и с изумлением уставилась на подругу.
— Ничего себе! — воскликнула она. — Ну, Лавгуд, ты даёшь! Половина школы жаждет оказаться на твоём месте, а ты втихаря охмурила Гарри и молчишь!
— А зачем мне кричать об этом? — Луна придала лицу обычное полусонное выражение. — Ты тоже никому не говори, ладно?
— Да все уже и так всё знают, — фыркнула Джессика. — Тоже мне, тайна…
— Ну, они только предполагают, — возразила Луна. — Ты одна знаешь точно. Так что не рассказывай об этом разговоре никому, ладно?
— Ладно, — согласилась Джессика.
Луна отлично понимала, что уже к вечеру об этом признании узнает вся школа. Она надеялась, что Гарри не поверит в то, что она сама рассказала об их так называемых «отношениях». На душе у неё сделалось скверно. От чистой радости не осталось и следа. Необходимость интриговать, заметать следы и опошлять дружеские чувства Гарри по отношению к ней, Луна воспринимала, как предательство этих самых чувств. Но по-другому поступить она не могла. Ей нужно было отвести подозрения от них с Северусом. Любой ценой. Оставалось только надеяться, что Гарри не поверит сплетням.