Он горько усмехнулся. Как сложится ситуация после нападения на Хогвартс, он мог лишь предполагать. Возможно, авроры заинтересуются Луной и станут задавать ей вопросы о её связи с ним. А если Хогвартс сразу окажется под властью Волдеморта, наверняка ему доложат о подозрительных занятиях Снейпа с полоумной мисс Лавгуд.
— Я буду говорить то же, что сказала Гарри, Рону и Гермионе, — казалось, Луну ничуть не обеспокоила возможность подобного допроса.
— Нет. Говори всем, что я проводил над тобой опыты — давал пить неизвестные снадобья. Я скажу Упивающимся, что испытывал на тебе новые зелья. И ты утверждай то же самое. Скажи, что ты согласилась на это под Империусом. А потом зелья так действовали на тебя, что ты была уверена, будто с тобой всё в порядке и ничего плохого не происходит.
Луна резко выпрямилась и растерянно взглянула на Снейпа широко раскрытыми глазами:
— Но я не хочу говорить так о тебе. Ведь это неправда! Я не хочу, чтобы все думали о тебе хуже, чем ты есть.
— После того, как я убью Дамблдора, меня будут ненавидеть все. Какая разница — за что? Поводом больше, поводом меньше — роли не играет. А тебе нужно реабилитироваться в глазах твоих друзей, да и всех окружающих. Я не хочу, чтобы их ненависть распространялась на тебя.
— Но я… Я не могу оговорить тебя, — жалобно пролепетала Луна. Её взгляд стал испуганным и беспомощным, как у потерявшегося ребёнка. — Не могу и не хочу…
— Ты должна это сделать, — Северус погладил её по лицу, нежно завёл прядь волос за ухо и прижался щекой к её виску. — Сделай это для меня. Мне так будет спокойнее.
Из груди Луны вырвался полувздох-полувсхлип. Она спрятала лицо на груди Северуса и замерла, ничего не ответив.
— Ты обещаешь?
В его голосе было столько непривычной, несвойственной ему мягкости, что у Луны защемило сердце. Он просит её. Ему будет легче, если она сумеет обелить себя перед теми, кто заподозрит её в сотрудничестве с предателем. То есть, перед всеми. Луне в сто раз легче было бы разделить с Северусом его участь. Пусть её считают предательницей и ненавидят вместе с ним! Но он просит её оговорить, оклеветать его. Как же это тяжело! Но ради него… Ради него она сделает, что угодно.
— Обещаю, — упавшим голосом произнесла Луна.
— Умница. Спасибо, — Северус крепче прижал к себе девочку.
Они помолчали.
— А если они спросят, почему именно на мне? — спросила Луна, не поднимая головы.
— Потому что тебя считают сумасшедшей. Скажу, что опробовал на тебе зелья, влияющие на психику.
Северус почувствовал, как Луна улыбнулась ему в плечо. Хорошо, что не обиделась. Она ведь понимает, что он на самом деле никогда не считал её сумасшедшей.
На этот раз пауза оказалась долгой.
— Тебе… страшно? — робко спросила Луна, крепче прижимаясь к Северусу.
Он задумался. Страшно ли ему? Конечно, страшно. Особенно сейчас, когда есть за кого бояться и ради кого жить. Но нужно ли говорить ей об этом? Самым большим страхом для Снейпа всегда был один — проявить себя трусом. Никто на свете не должен знать, что он способен чего-то бояться. Так как же признаться в своём страхе девочке, которая смотрит на него с таким доверием и обожанием? Которая считает его едва ли не всесильным?
В этом месте Снейп усмехнулся. «Кого ты пытаешься обмануть? Человека, который неоднократно влезал в твою шкуру и был тобой? Который знает о тебе столько же, сколько ты сам о себе знаешь? Идиот. Ты до сих пор стараешься прикрыться маской на лице от той, перед кем полностью обнажил душу?» Но… Если она так хорошо знает его, тогда зачем спросила? Чтобы он признался в своей слабости? А может, наоборот? Если он признает, что боится за неё, это придаст ей сил и позволит легче перенести всё, что им предстоит в недалёком будущем?
— Не страшно только идиотам, — процедил Снейп в своей обычной полупрезрительной манере. — Даже те, кто не боится за себя, испытывают страх перед лицом перемен. И уж тем более — перед лицом смерти. Что говорить, когда боишься не за себя, а за кого-то ещё?
Луна высвободила руку и с новой силой обняла Северуса за шею.
— Спасибо, — прошептала она ему в ухо.
— За что? — не понял он.
— Теперь мне не так страшно бояться, — ответила она и пояснила: — Если бы я боялась одна, это было бы очень страшно. А когда я знаю, что мы боимся вместе, я уже не так боюсь.
Объяснение было путанным и лишённым логики, но Снейп, на удивление, понял её. Понял и обрадовался тому, что не стал разыгрывать перед ней бесстрашного героя. В душе разлилось уже ставшее привычным тепло. Северус прижал Луну к себе. Ему было очень хорошо в этот момент. И не хотелось думать ни о чём — ни о Волдеморте, ни о Дамблдоре, ни о предстоящем нападении на Хогвартс и обо всём, что за ним последует. Северус был благодарен Луне за то, что она не стала напоминать ему о предстоящей «миссии», с которой он так и не смог смириться, хоть и приучил себя к мысли, что ему придётся это сделать. Усталость и бессонная ночь брали своё. Голова гудела. Веки всё больше тяжелели.
Луна, как всегда, почувствовала его состояние. Она взглянула в лицо Северуса и нежно погладила его по щеке:
— Ты устал. Наверное, не спал всю ночь?
— Какая догадливая студентка, — хмыкнул Снейп.
— Десять баллов Райвенкло за догадливость? — улыбнулась Луна.
— Даже больше, — Северус внимательно вглядывался в любимое лицо, на котором сейчас явственно читалась забота и сочувствие.
— Тогда… давай ты сегодня выспишься? — предложила Луна. — А я не буду тебе мешать.
Снейп вздохнул. Он понимал, что это сейчас было бы для него наилучшим выходом. Он действительно нуждался в отдыхе. Но… Не обидится ли она на него? Тем более теперь, когда времени у них остаётся всё меньше? С другой стороны, Снейп понимал, что сейчас он, как любовник, вряд ли на что-то способен. И потом, это ведь она сама предложила — спасла его самолюбие, избавив от необходимости признаваться в собственной немощи, хоть и временной.
— Мисс Лавгуд. Вам действительно стоило бы добавить кучу баллов за догадливость и понятливость. Жаль, что я не могу этого сделать по известным причинам.
Усмешка Снейпа в этот момент была горькой. Луна прижалась к нему, погладила по щеке и нежно произнесла:
— Ничего, господин профессор. Я знаю, что вы хотели их начислить. А это — главное.
Они просидели, обнявшись, до начала десятого. После этого каждый отправился к себе. Снейп уснул быстро и спал крепко и спокойно. Луна долго не засыпала, рисуя картины того, чем они обычно занимались с Северусом по ночам. Но и её вскоре сморил сладкий сон, ставший продолжением мечтаний.
Зато в следующий вечер они встретились после отбоя и подарили друг другу столько любви и ласки, будто эта встреча была последней в их жизни. И это было в сто раз лучше того, что Луна представляла накануне в своём воображении.
Комментарий к Глава 53 https://vk.com/photo238810296_457241432
https://sun9-46.userapi.com/impg/ilFCSPKi_Sc-QcyqBYpxXERJl3SYnWgSCFVuWA/KX24GEB3F6U.jpg?size=608×1080&quality=96&sign=ae1e79c7368f8b0a96888947448fb3e5&type=album
====== Глава 54 ======
Evanescence\Good Enough (Instrumental)
GRV Music\Fallen Army
Второе июля неотвратимо приближалось. Луна надеялась, что сегодняшний вечер станет для них с Северусом таким же потрясающим, как и предыдущий. Встречаясь каждый раз, как в последний, они оба с особой остротой ощущали взаимное притяжение друг к другу, с особой силой проживали моменты страсти. Их ласки становились всё более исступлёнными и изобретательными, а нежность — всё более пронзительной. Выражение «Перед смертью не надышишься» наиболее точно отражало их теперешнее состояние. Они не могли надышаться друг другом перед предстоящей разлукой. А грозящая Северусу опасность привносила ощущение надрыва и до предела обостряла чувства.
На занятиях в классе Защиты от Тёмной Магии Северус методично проверял всё выученное с Луной ранее, стараясь за оставшееся время улучшить то, что требовало улучшения. В целом он был доволен — Луна прекрасно помнила все заклинания и приёмы, которым он её обучил. Всё-таки он хорошо подготовил свою девочку к предстоящим испытаниям. Но осознание этого ничуть не уменьшало его беспокойства за неё. Поэтому Северус не позволял на этих занятиях расслабляться ни себе, ни Луне.