А эта её неудавшаяся попытка найти понимание и одобрение у отца… Когда Северус был Луной, попытка эта казалась ему такой обоснованной и естественной. Он понимал и её любовь к отцу, и доверие, которое она к нему испытывала. Но та часть сознания, которая оставалась Снейпом, отказывалась всё это понимать. И сейчас, когда Луны в его сознании уже не было, а оставались лишь воспоминания о её мыслях и чувствах, Снейп недоумевал. Он не знал отцовской любви и не понимал, как можно быть привязанным к человеку, с которым у тебя нет ничего общего. Но в том-то и дело, что Луну с отцом связывало многое, и для Северуса это было странно и непонятно. И, пожалуй, неприятно. Он с удивлением ощутил в сердце укол ревности. Но… Что в таком случае должен был чувствовать её папаша, узнав, что теперь он — не главный мужчина в её жизни? Какую ревность должен был испытать он? Какую ненависть к захватчику, похитившему у него такое сокровище, каковым на самом деле являлась Луна? Кажется, Снейп понял чувства Ксенофилиуса. Он, на удивление, не испытал к нему ненависти сразу после того, как узнал о его коварстве. И сейчас понимал, что злится на него лишь за то, что он причинил боль Луне, растоптав её доверие.
Переживая вместе с Луной сцену её наивной откровенности, когда она обнажала душу перед самым близким до недавнего времени человеком, горячо надеясь на его понимание, на то, что он примет её выбор и одобрит его, Снейп испытывал удивительные, ни с чем не сравнимые чувства. Он сам, никогда никому не исповедовавшийся, не доверявшийся и не открывавший душу, ощутив пронзительную сладость и горечь этого процесса, был поражён и испытал нечто вроде катарсиса. Боль была сильной, но какой-то трепетной, прозрачной и звенящей. Ему ещё ни разу в жизни не доводилось испытывать ничего похожего. И эта пронзительная щемящая нежность породила в его воображении такие ласки, которыми он осыпал свою девочку и которых сам от себя не ожидал.
Единение с ней было полным, ощущения — незабываемыми. И всё же, он бы многое отдал за то, чтобы встретиться с ней не мысленно, а по-настоящему. Обнять её крепкое и одновременно такое нежно тело, ощутить тепло и восхитительную гладкость кожи своими ладонями, вдохнуть её запах…
Мысли медленно кружились, затягивая Северуса всё дальше в водоворот грёз и воспоминаний и вскоре плавно превратились в сновидения, неясные, но успокаивающие.
Комментарий к Глава 60 https://vk.com/photo238810296_457241495?rev=1
====== Глава 61 ======
Voytek Pavlik\Final Conquest
Charlie Clouser\Surgery
Северус спал долго. Спешить было некуда. Впервые с той ночи, когда он убил Дамблдора, его сон был по-настоящему спокойным, крепким и целительным. Проснувшись на следующее утро, Северус почувствовал себя действительно отдохнувшим. Он потянулся в кровати, хрустнув суставами, перебрал в голове список дел, намеченных на сегодня и энергично поднялся с постели. Дел предстояло много. И, прежде всего, нужно было приготовить зелья, которые заказал ему Волдеморт. Правда, Снейп выиграл немного времени, убедив Хозяина в том, что зелье, не дающее почувствовать Империус, нуждается в доработке. На самом деле зелье работало идеально, так что можно было не тратить время на его усовершенствование.
Снейп внимательно просмотрел рецепты заказанных снадобий и полез в шкаф, чтобы убедиться в наличии всех необходимых ингредиентов для них. Дракклово дерьмо! Он вытащил из шкафа невзрачный флакон из коричневого стекла и взглянул против света на его содержимое. Его здесь явно меньше необходимого. А без этого ингредиента за главный заказ Волдеморта можно и не браться. Хуже всего, что ингредиент этот был слишком редким, чтобы его можно было купить в обычной аптеке. И, к тому же, запрещённым. Семя единорога можно было получить лишь в редкие моменты спаривания животных. Убивать их при этом было необязательно, но обычно браконьеры не церемонились с самцом и убивали его, чтобы он не сопротивлялся. Напуганную самку, как правило, отпускали, но после такой встряски она несколько лет не могла забеременеть, а иногда и вовсе лишалась способности к деторождению. Подобная варварская добыча ингредиента каралась отсидкой в Азкабане и пожизненным запретом колдовать. Но некоторых это не останавливало — уж больно прибыльным был бизнес.
Недостатка в деньгах Снейп не испытывал. Тёмный Лорд не скупился, когда речь шла о необходимых ему зельях. Отодвинув с помощью заклинания диван и коснувшись волшебной палочкой стены за ним, Снейп сделал видимой потайную дверцу, открыл её и достал увесистый кожаный кошелёк, перевязанный шнурком. Взвесив его на руке, Снейп развязал шнурок, запустил пальцы внутрь и, вынув на свет горсть золотых галлеонов, переложил их на стол. Таскать с собой весь золотой запас было глупо. Он не собирался демонстрировать своё финансовое положение никому из тех, кто мог встретиться ему в Лютном.
Вернув кошелёк на место, Снейп наложил на тайник в стене заклинания, сделавшие его невидимым и подвинул диван на место. Подойдя к шкафу с одеждой, он открыл его и задумался. Нынешний гардероб Северуса был намного разнообразнее того, что остался в Хогвартсе. Кроме чёрной мантии на вешалке висели серая потрёпанная, неприметная коричневая и тёмно-зелёная с претензией на элегантность. И пара маггловских костюмов на случай, если бы ему пришлось слиться с толпой в районе, где он вынужден был проживать в настоящее время.
Остановив свой выбор на неприглядной серой одёжке, Снейп закрыл это отделение шкафа и вернулся к тому, в котором хранились зелья и ингредиенты. Хвала Мерлину, основы для Оборотного зелья у него было достаточно. Как и материала, который нужно добавлять в неё для изменения внешности. Снейп взял с полки несколько конвертов с хранившимися в них волосами, незаметно срезанными с голов случайных прохожих-магглов. Надписи, сделанные на конвертах им собственноручно, давали краткое описание внешности человека, в которого можно было превратиться, используя хранящийся внутри материал. Большинство людей, у которых Снейп брал волосы, он хорошо запомнил, что давало ему возможность подбирать более или менее подходящую внешность для перевоплощения.
Были в его коллекции и конверты с волосами людей, известных в мире магов. Например, волосы Долохова, Яксли, Мальсибера, Беллы и всего семейства Малфоев. Снейп усмехнулся, взглянув на конверт с волоском из бороды Дамблдора. Интересный вариант — явиться куда-нибудь под видом призрака покойного директора… Жаль, что перевоплотиться можно только в живого человека. Но, если хорошо поработать над исходным рецептом, вполне возможно добиться превращения и в того, кто уже умер. Тёмная магия, знаете ли… Снейп засунул этот конверт подальше в шкаф.
Он выбрал конверт, в котором хранился пучок коротких жёстких волос крупного мускулистого маггла с лицом, явно не испорченным интеллектом. Пожалуй, в таком виде вполне уместно заявиться к Морибанду — хозяину магазинчика, у которого можно было достать буквально всё. У Снейпа с Морибандом была договорённость, согласно которой тот без опаски продавал что угодно не только самому Снейпу, но и любому человеку, который приходил от его имени и называл пароль. Сейчас Снейп решил явиться под видом такого посланца, не опасаясь, что Морибанд выдаст его аврорам. Такой шаг противоречил интересам торговца — слишком много незаконных товаров проходило через его магазинчик. Их сполна хватило бы на пожизненный срок в Азкабане. К тому же, Морибанд явно симпатизировал Тёмному Лорду, хоть и не стремился вступать в ряды его сторонников, разумно полагая, что такой мелкой сошке лучше держаться в стороне от политических дрязг.