Изменить внешность нужно было не из-за Морибанда. В Лютном шатается слишком много всякого сброда. А Снейпа в лицо сейчас знает каждая собака. Мало ли кому захочется сдать его властям,чтобы получить обещанную за его поимку награду. Снейп горько усмехнулся. Ценность его жизни для окружающих явно возросла по сравнению с юношескими годами. Можно считать, что жизнь прожита не зря.
Убрав с лица кривую ухмылку, Снейп достал из конверта короткий чёрный волосок и опустил его в стакан с Оборотным зельем. Тщательно перемешал содержимое, отпил несколько глотков, остатки перелил в маленькую бутылочку и сунул её в карман серой потрёпанной мантии.
Ощущения от перевоплощения всегда были мерзкими. Как будто он был куском теста в сильных недобрых руках, сминавших и растягивавших его, лепивших из него по живому нечто новое и совершенно ему чуждое. Снейп всегда скептически относился к собственному телу. До тех пор, пока он не сблизился с Луной, ему вообще было всё равно, как оно выглядит. Но это было его тело, и он чувствовал себя в нём комфортно. Перевоплощаясь под действием Оборотного зелья, Снейп почти всегда испытывал лёгкое чувство брезгливости, словно натягивал на себя несвежую одежду с чужого плеча. Вот как эту мерзкую серую мантию с потрёпанными обшлагами и подолом, лоснящуюся на локтях и сзади, в том месте, на котором сидят. Но эта мантия как нельзя лучше подходила к внешнему виду типа, в которого он превратился.
Снейп сделал несколько шагов по комнате, подвигал руками и пошевелил пальцами, привыкая к новому телу. Рубашка и брюки, в которых он расхаживал по комнате, явно стали тесноватыми. Маггл был выше него ростом и обладал более крепким телосложением. Пришлось применить Увеличивающее заклятие, чтобы одежда не причиняла неудобств.
Снейп взглянул на себя в зеркало. Ну и рожа! Низкий лоб, маленькие глазки, жёсткие короткие волосы, одутловатые щёки и красноватый нос с синими прожилками. Полная противоположность ему самому. Но это как раз и хорошо. Ни у кого, глядя на него, не возникнет ассоциации со Снейпом. А значит, ни у кого в голове не мелькнёт случайного подозрения и ни на секунду не появится мысль об Оборотном зелье.
Снейп надел серую мантию, переложил в карман волшебную палочку, нащупал в другом кармане мешочек с галлеонами и ещё раз взглянул в зеркало. Конечно, его вид не навевал ни одной мысли о честности и благопристойности, зато позволял ничем не выделяться среди обычных посетителей и обитателей Лютного переулка. Что, собственно, и требовалось Снейпу.
Наложив на себя дезиллюминационное заклятие, Снейп вышел из дома, тщательно запечатал дверь и, убедившись, что его жилище надёжно скрыто от посторонних глаз всеми возможными чарами, аппарировал в Лютный переулок недалеко от входа в магазин Морибанда. Рядом приткнулась ничем не примечательная дверь магазинчика «Спини серпент», глядя на которую можно было подумать, что в неё уже лет десять никто не заходил. Тем не менее, лавочка эта торговала вовсю, но зайти в пошарпанную дверь мог далеко не каждый, потому что товары, в нём продававшиеся, тоже тянули на приличный срок в Азкабане. В отличие от Морибанда, который создавал видимость приличного заведения, не имеющего дела с криминалом, хозяин «Спини серпент» даже не пытался делать вид, что его торговля законна. Он просто не допускал внутрь своей лавочки посторонних. Снейп был одним из уважаемых клиентов «Спини серпент», однако сейчас приходить туда было опасно. Он знал пароль и мог войти внутрь, но тогда бы ему пришлось назвать себя хозяину, а этого делать Снейп как раз не собирался. Было бы верхом глупости доверять этому скользкому типу, который был готов на любое преступление ради ломаного кната.
К Морибанду тоже не смог бы зайти, кто попало. Однако внутрь пускали и тех, кого хозяин не знал в лицо. Если в «Спини серпент» Снейп мог явиться только лично, то к Морибанду мог послать своего человека. Внешне эта лавочка выглядела вполне пристойно. Глядя на полки магазина, никто не смог бы заподозрить хозяина в какой-либо незаконной деятельности. Особых клиентов, знавших «тайное слово», обслуживали в задней комнате, располагавшейся за стеллажом с артефактами не совсем понятного назначения — странного вида приборами и инструментами, а также старинной посудой и вазами.
Подходя к двери магазина, Снейп мельком взглянул на витрину располагавшегося напротив «Горбина и Бэркеса», машинально отметив про себя отсутствие там главного «украшения» — Руки Славы, ранее придававшей заведению особый мрачный антураж. Интересно, юный Малфой сохранил этот артефакт или потерял его во время бегства из Хогвартса?
Снейп постучал в закрытую дверь магазина Морибанда. Дождавшись, когда помощник хозяина со скрипом отворил её, Снейп произнёс хриплым, явно пропитым голосом:
— Не хотите купить рог взрывопотама?
— Рога целиком не принимаем, — ответил помощник. — Только взрывную жидкость.
— А как мне её оттуда достать?
— Купите у нас специальный прибор для её извлечения из рога.
С этими словами помощник Морибанда впустил Снейпа внутрь. Тот огляделся по сторонам, будто попал сюда впервые. В магазинчике никого не было.
— Идёмте, — помощник махнул рукой, приглашая посетителя за собой.
Из боковой двери вышел сам Морибанд и внимательно оглядел Снейпа.
— Вы хотели что-то мне сказать? — спросил он.
— Да. Мне велено передать вам, что визгопёрка расцвела.
Морибанд понимающе кивнул и пропустил гостя в ту дверь, из которой только что вышел сам. Плотно прикрыл её и, прислонившись к ней спиной, выжидательно уставился на посетителя. Это был волшебник среднего роста, с длинными седеющими волосами и спутанной бородой цвета пакли. На вид ему можно было дать немногим более пятидесяти, если не обращать внимания на нездоровый цвет лица и мешки под глазами.
Снейп в образе неопрятного пропойцы огляделся по сторонам, как будто оценивал степень безопасности обстановки и высматривал пути к бегству на случай, если наткнётся на ловушку. Морибанд терпеливо ждал. Сделав вид, что осмотр помещения ничуть его не удовлетворил, но он вынужден оставаться здесь, пока не выполнит поручение, Снейп просипел:
— Мне велено купить семя единорога.
— Сколько?
Морибанд не стал изображать оскорблённую невинность. Пароль принадлежал Снейпу, поэтому торговцу не было дела до того, какие отношения связывают его клиента с этим забулдыгой.
— Четверть пинты.
Морибанд молча вышел и вскоре вернулся, неся в руке пузырёк с густым беловато-вязким содержимым. Снейп повертел его в руках, делая вид, что ничего не понимает в этом и рассматривает покупку лишь потому, что так положено. На самом деле он внимательно пригляделся к товару и оценил его качество. После чего молча сунул пузырёк в карман и вытащил оттуда кошелёк с деньгами. Он какое-то время возился со шнурком, пытаясь развязать его непослушными грубыми, слегка трясущимися пальцами и, наконец, справившись с этой задачей, медленно отсчитал тридцать галлеонов, по одному выкладывая их на стол. Морибанд, не отрываясь, следил за его действиями, очевидно, считая монеты вместе с ним.
Когда Снейп закончил, торговец без слов грёб монеты со стола и опустил в карман.
— Это всё? — спросил он.
Снейп кивнул. Морибанд молча распахнул перед ним дверь. Снейп прошёл мимо него в торговый зал и тут же столкнулся с невысоким человечком, не узнать которого было невозможно. Мундунгус Флетчер, жулик и пройдоха, но верный член Ордена Феникса. Впрочем, Снейп поставил бы под сомнение верность Флетчера идеям Ордена, особенно теперь, после гибели Дамблдора. Мундунгус вечно проворачивал какие-то тёмные делишки, поэтому считался своим человеком в Лютном переулке.
Он совершенно не обратил внимания на столкнувшегося с ним верзилу в потёртой серой мантии и обратился непосредственно к Морибанду:
— Я принёс кое-что… Не хотите ли взглянуть?
С этими словами Флетчер вынул из кармана небольшую коробочку и, сняв крышку, протянул Морибанду. Тот взглянул внутрь и вытащил из неё плоский металлический кружок величиной с галлеон. Приглядевшись, Морибанд понял, что это и впрямь был галлеон, но не обычный, а ажурный. В нём будто выпилили те части, на которых не было надписей и рисунков, оставив сами надписи на месте.