— Ты не будешь возражать против нашей компании? — спросил Рон.
— Конечно нет! — радостно ответила она. — Папочка пошел к Биллу и Флёр с нашим подарком. — И что он собой представляет — пожизненный запас лирного корня? — поинтересовался Рон. Гермиона попыталась лягнуть его под столом, но попала в Гарри. От боли на глаза его навернулись слёзы, и продолжения разговора он не услышал.
Луна начала рассказывать о руне Уруз и древесине абиссинской смоковницы, но тут заиграл оркестр. Билл и Флёр вышли на танцевальный настил первыми, сорвав громовые аплодисменты, спустя недолгое время за ними последовали мистер Уизли с мадам Делакур и миссис Уизли с отцом Флёр.
— Какая хорошая песня, — сказала Луна, прервав на полуслове свой рассказ и покачиваясь в такт вальсовому ритму.
Через несколько секунд и она скользнула на танцевальный настил и закружилась на месте — одна, закрыв глаза и помахивая руками. Луна представляла, как она кружится, кружится в объятиях Северуса, как они вдвоём невесомо парят над полом и уносятся куда-то в заоблачную даль…
Луна не заметила, как к ней присоединилась Джинни. Она покружила рядом какое-то время, пока её не пригласил на танец Ли Джордан.
Веселье разгоралось по нарастающей. На танцевальном настиле было не протолкнуться, поэтому Луна вернулась за свой столик и уселась рядом с отцом. По воздуху плавали бутылки шампанского. Папа предложил Луне попробовать глоточек. Напиток оказался холодным и вкусным. Пузырьки ударили Луне в нос, она громко чихнула. Голова немного закружилась, стало весело. Мир вокруг потерял чёткость.
Вечерело. Откуда ни возьмись, появился свадебный торт, увенчанный двумя моделями фениксов, взлетевших вверх, как только его начали резать. Каждому гостю досталось по кусочку. Торт показался Луне изумительно вкусным.
Вечер плавно перетекал в ночь. Под навес начали залетать мотыльки, кружившие вокруг плававших в воздухе золотистых фонариков. Хагрид с двумя волшебниками распевали в углу песню «Одогерой».
Луна чувствовала себя расслабленной и счастливой. Она не сразу заметила, что за столиком рядом с ней нет папы. Впрочем, это её не беспокоило. Она поискала глазами друзей, но так и не смогла никого из них найти в пёстрой толпе. Луна продолжала сидеть, блаженно улыбаясь, когда к столику вернулся папа. Он был чем-то раздосадован, но Луне сейчас не хотелось выяснять, чем именно.
В этот момент нечто большое и серебристое пробило навес над танцевальным настилом. Грациозная, поблескивающая рысь мягко приземлилась прямо посреди толпы танцующих. Все лица обратились к ней, а люди, оказавшиеся к рыси ближе прочих, нелепо застыли, не завершив танцевальных па. Патронус разинул пасть и громким, низким, тягучим голосом Кингсли Бруствера сообщил:
— Министерство пало. Скримджер убит. Они уже близко.
Всё казалось размытым, замедленным. Многие только теперь сообразили, что произошло нечто странное, лица ещё поворачивались к таявшей в воздухе серебряной рыси. Безмолвие холодными кругами расходилось от места, на котором приземлился Патронус. Потом кто-то закричал.
Гости кинулись во все стороны. Луна ещё успела заметить появившиеся невесть откуда фигуры в плащах и масках. Она попыталась выхватить волшебную палочку и броситься на помощь своим друзьям. Но кто-то сильно схватил её за руку, и Луну словно протянуло через какую-то невидимую трубу. Луна огляделась. Они с папой стояли, взявшись за руки, у калитки, ведущей к их дому. Ксенофилиус растерянно смотрел на дочь. Его косящий взгляд будто спрашивал: «Что же теперь будет?»
Ах, если бы она знала…
Комментарий к Глава 67 https://vk.com/photo238810296_457240851
====== Глава 68 ======
Darren Hayes\I miss you
Apocalyptica\The Unforgiven
Снейп сидел в гостиной Малфой-мэнора за длинным, изысканно сервированным столом, за которым собрались все Упивающиеся смертью — самые близкие соратники того, кто отныне повелевал магической Британией и готов был распространить свою власть на весь магический мир. Они собрались здесь, чтобы вместе с Повелителем отпраздновать победу. Несмотря на довольно тусклое освещение (Волдеморт никогда не любил слишком яркого света), гостиная имела торжественный вид, соответствующий событию, ради которого собрались в ней все присутствующие. Всполохи каминного пламени и огоньки немногочисленных свечей ярко отражались в хрустальных бокалах тончайшей работы и тускло поблескивали на старинном столовом серебре с гербом Малфоев. Такой же герб украшал каждую тарелку с серебристо-зелёным орнаментом по краям. Стол ломился от изобилия блюд и напитков.
Трапеза началась совсем недавно. Люциус, как гостеприимный хозяин дома, провозгласил тост за победу «нашего Повелителя и нашего дела» и за «установление повсеместной и полной власти чистокровных волшебников над маггловскими выродками, осмелившимися посягнуть на право считать себя равными им». После приветственных криков, громких аплодисментов и бурных выражений радости, после того, как все осушили бокалы, и Люциус с достоинством уселся на своё место, Волдеморт поднял руку, призывая собравшихся к молчанию. Стук вилок и ножей, оживлённые возгласы и смешки прекратились, как по мановению волшебной палочки. В повисшей над столом гробовой тишине голос Повелителя звучал по-особому завораживающе, вызывая необъяснимую тревогу и какой-то глубинный ужас, поднимавшийся со дна сознания и ядом растекавшийся по телу и вызывавший оцепенение и муторную жуть.
Снейп, сидевший по правую руку Повелителя, внимательно слушал привычный пафосный бред о превосходстве чистой крови и неполноценности всех прочих представителей человечества. Давно прошли те времена, когда эти идеи вдохновляли его и казались тем трамплином, с помощью которого он сможет взлететь и расправить крылья, почувствовать себя сильным и свободным человеком. Теперь он знал цену этим идеям и этим пафосным словам. А цена у них была страшной, кровавой… И вот теперь пришли те времена, когда идеи из горячечного бреда маньяка, сделавшего смерть своей жизнью, стали воплощаться в действительности.
Волдеморт говорил о первоочередных, насущных задачах, которые надо осуществить в ближайшее время — и Снейпу становилось не по себе. Одно дело — знать о планах этого монстра. И совсем другое — видеть, как они воплощаются в жизнь. Впрочем, он ведь понимал, что будет именно так. И был готов к этому. И всё же…
Тем временем Волдеморт продолжил:
— Вы, все здесь присутствующие, внесли свой вклад в победу нашего дела. Больший или меньший. И каждый из вас получит награду в соответствии с затраченными усилиями. Как вам известно, Яксли занял пост начальника отдела Магического правопорядка и стал первым заместителем Министра, то есть, фактически, полноправным главой Министерства.
Яксли встал со своего места и поклонился Волдеморту:
— Все знают, что я — всего лишь скромный проводник ваших идей и повелений, мой Лорд.
Волдеморт сделал неопределённый жест рукой, повелевающий Яксли сесть на место. Он словно говорил: «Это само собой разумеется, Корбан. Это всем известно, потому не нуждается в обсуждении».
— Это позволило нашим людям занять наиболее важные посты в Министерстве. Но есть ещё один крайне значимый пост, на котором я хочу видеть человека, неоднократно доказавшего мне свою преданность. Северус, — обратился Тёмный Лорд к внимательно слушавшему его Снейпу. — Ты не раз оказывал мне и всему нашему делу неоценимые услуги. Ты проявил не только храбрость и твёрдость, но также ум и изворотливость — лучшие слизеринские качества. Я обещал тебе награду за службу…
Волдеморт замолчал, будто задумался. Снейп склонил голову и медленно с достоинством произнёс:
— Служить вам — высшая награда для меня, мой Лорд.
— Не хочешь ли ты сказать, Северус, что готов служить мне бескорыстно, наблюдая со стороны, как другие твои соратники получают важные должности и продвигаются вверх по карьерной лестнице, покуда ты сам прозябаешь в безвестности?
— Я хочу сказать, мой Лорд, что готов полностью положиться на вашу справедливость. Если вы считаете, что мои усилия достойны награды — я приму её с благодарностью. Если нет — это не повлияет на мою готовность служить вам. Я готов занимать любую должность, на которой смогу приносить вам пользу или делать это без всякой должности, если вы сочтёте это целесообразным.