Вот он взмахнул волшебной палочкой над прорубью. Снейп услышал негромкое «Диффиндо» и треск лопающейся корки льда. Поттер стоял, не решаясь залезть в воду, по-видимому оценивал глубину водоёма. Затем шагнул к кромке воды, положил на лёд рядом с полыньёй светящуюся волшебную палочку и прыгнул в воду, не произнося больше никаких заклинаний.
Снейп мысленно выругался. Ну конечно, этот идиот даже не подумал хоть как-то согреть воду или согреться самому. Ну что ж… Предоставим дураку героически бороться с трудностями, которых легко можно было избежать, имея хоть каплю ума. Только вот теперь нужно внимательно следить, чтобы этот болван не утонул в ледяной воде. С него станется. И что тогда делать магическому миру без своего Спасителя?
Снейп наблюдал, как голова Поттера ещё какое-то время торчала над водой. «Да ныряй ты уже! — мысленно поторопил его Снейп. — Неужели непонятно — чем раньше решишься, тем быстрее выберешься из ледяной воды». Но вот голова Избранного скрылась в полынье, и Снейп замер, напряжённо вглядываясь вперёд в ожидании, когда же она вновь покажется на поверхности.
Прошло несколько томительных секунд ожидания. Но Поттер, кажется, и не думал выныривать. Что за дракклово дерьмо? Неужели мальчишка утонул? Снейп уже сделал шаг к проруби, испугавшись, что с Поттером и впрямь случилась беда. Но вовремя остановился, услышав топот ног и тяжёлое дыхание невесть откуда взявшегося здесь Уизли, который промчался мимо него и бросился на помощь Потеру. Снейп видел, как Рон, обхватив Гарри руками за пояс, вытащил его из воды и швырнул на снег. Потом наклонился, разорвал цепочку у него на шее и, выпрямившись, спрятал в карман снятый с Поттера медальон.
Гарри лежал ничком на снегу, давясь и отплёвываясь. У Снейпа отлегло от сердца. Меньше всего ему хотелось бы, чтобы мальчишка узнал о его участии в этом деле. Надо признать, Уизли появился здесь очень вовремя и весьма кстати. Ну, кажется, они оба прокашлялись. Что это он говорит Поттеру?
— Ты… это… совсем спятил?
Наконец-то Поттер соизволил вскочить на ноги и, дрожа всем телом уставился на стоящего напротив Уизли — промокшего до нитки, с прилипшими к лицу волосами, с мечом в одной руке и снятым с Поттера медальоном — в другой.
— Какого чёрта ты не снял эту пакость раньше, чем соваться в воду? — пропыхтел Рон, размахивая медальоном, который покачивался взад-вперед, как на сеансе гипноза.
Поттер не ответил, а подобрав своё барахло, наконец-то начал одеваться. Интересно, что за дрянь висела у него на шее? Это она чуть не утопила Поттера? Во всяком случае, Уизли в этом убеждён, и Поттер не возражает.
Снейп на всякий случай обновил на себе дезиллюминационное заклинание и продолжил слушать разговор двух друзей.
— Эт-то был т-ты? — спросил Гарри всё ещё придушенным голосом и стуча зубами.
— Ага, — сказал Рон с довольно смущённым видом.
— Т-ты наколдовал эту лань?
— Чего? Да нет, конечно! Я думал, она твоя.
— Мой Патронус — олень.
При этих словах Снейп брезгливо скривился.
— Ах, да, то-то мне показалось, что она немножко другая. Безрогая.
Поттер наконец натянул на себя всю одежду. Да, о Согревающих чарах, он, похоже, не слышал вовсе. «Если вам дали хорошее образование, это не значит, что вы его получили», — ядовито подумал Снейп, слушая дальнейший разговор этих двоих.
— Откуда ты взялся? — спросил Поттер, поворачиваясь к Рону. Тот мялся и неуверенно тянул слова:
— Ну, ты понимаешь… Я… Я вернулся. Если… — Он прокашлялся. — Ну, ты знаешь. Если вы меня примете.
Та-а-к. Похоже, Уизли пытался отколоться от этого «спаянного» коллектива. Интересно, по какой причине? Он покинул их, оставив вдвоём с Грейнджер, а сейчас передумал и вернулся. Вовремя, надо сказать. Очень вовремя…
Поттер молчал. Очевидно, думал, прощать ли Уизли, который только что спас ему жизнь. Да, мыслительный процесс всегда давался Поттеру с большим трудом.
Уизли, опустивший голову и разглядывавший свои руки, вдруг заявил, указывая на меч:
— А, да, я его вытащил. Ты ведь за ним полез, так?
— Ага, — сказал Поттер. — Только я не пойму, как ты-то здесь оказался? Как ты нас нашел?
— Долго рассказывать, — буркнул Уизли. — Я вас давно уже ищу. Лес такой здоровенный. Я уж думал, придётся заночевать под деревом, и тут вижу — олень, и ты за ним.
— Ты больше никого не видел?
— Нет, — сказал Рон. — Я…
Он запнулся, глядя туда, где, затаив дыхание, прятался Снейп.
— Мне вроде показалось, что там что-то шевелится, но я торопился, потому что ты нырнул и с концами, я не мог особо там разглядывать… Эй!
Поттер уже сорвался с места и бежал туда, куда указал Уизли. Беги-беги, Поттер. Никого ты тут не найдёшь. На земле не было никаких следов. Снейп стоял, не шевелясь, глядя в глаза стоявшего напротив него мальчишки. Тот тяжело дышал и напряжённо всматривался в темноту. Так ничего и не заметив, он вернулся к Уизли и продолжил разговор.
— Что-нибудь нашел? — спросил Рон.
— Нет, — ответил Гарри.
— А как меч попал в озеро?
— Его положил тот, кто прислал Патронуса.
«Вы удивительно догадливы, мистер Поттер», — подумал Снейп.
Оба мальчишки взглянули на серебряный меч, поблескивавший при свете волшебной палочки.
— Думаешь, настоящий? — спросил Рон.
— Проверить можно только одним способом, правильно? — сказал Гарри.
Снейпа, собиравшегося уходить, разговор заинтересовал. Он замер на месте, весь превратившись в слух.
Поттер подозвал Уизли, смахнул снег с плоского камня, лежавшего на земле под деревом и протянул руку. Уизли подал ему меч, но Гарри покачал головой.
— Давай ты.
— Я? — изумился Уизли. — Почему?
— Ты достал меч из озера — значит, он твой.
«Ну хоть здесь логика его не подвела!» — подумал Снейп. Хоть этому Дамблдор его научил — что бывает особая, неуловимая магия, которая связывает между собой вещи и поступки. Кажется, Снейп начал понимать, что происходит.
— Я его открою, — услышал он голос Гарри, — а ты шарахнешь мечом. Сразу, понял? Потому что эта дрянь будет отбиваться. Тот кусочек Реддла, что жил в дневнике, меня чуть не прикончил.
— А как ты его откроешь? — испуганно спросил Рон. — Попрошу на змеином языке, — сказал Гарри.
Паззл в голове Снейпа сложился. Так вот почему они все так носятся с этим мечом! Оказывается, им можно уничтожить хоркруксы Тёмного Лорда, каковым, несомненно, является эта дрянь, которая чуть не утащила Поттера на дно. И которую он, от большого ума, не потрудился снять со своей драгоценной шеи. Снейп догадался, что это «украшение» не могло быть ничем иным, как медальоном Салазара Слизерина — реликвией его факультета. Логично было бы предположить, что остальные хоркруксы — это тоже реликвии факультетов Хогвартса. Интересно, додумается ли до этого Поттер? Если нет, на крайний случай у них есть Грейнджер. Хотя… Если уж она не сказала ему о существовании Согревающих чар… Мерлиново дерьмо, в чьих руках находится судьба волшебного мира!
Обдумывая это, Снейп наблюдал за препирательствами мальчишек. Уизли неожиданно заорал:
— Стой! Не открывай, серьёзно!
— Почему? — спросил Поттер. — Отделаемся от этой мерзости, она мне уже поперек горла…
— Гарри, я не могу. Правда, давай лучше ты…
— Да почему?
— Потому что эта штука плохо на меня действует! — выпалил Уизли и попятился от камня, на котором лежал медальон. — Я с ней не справляюсь! Гарри, я не оправдываюсь, она действительно на меня сильнее действует, чем на вас с Гермионой. У меня от неё всякие дрянные мысли лезут в голову. Вроде я и раньше о том же думал, но от неё все становится ещё гаже. Не могу объяснить, а как сниму эту штуковину — вроде и в голове проясняется, а потом как опять надену… Не могу я, Гарри!
Он отступил ещё дальше, волоча за собой меч и мотая головой.
— Можешь, — сказал Поттер. — Можешь! Ты же достал меч — значит, ты и должен её разрубить. Ну я тебя прошу, разделайся с ней, Рон!
Уизли вздохнул и, громко сопя, вернулся к камню.
— Скажи, когда будет пора, — сипло попросил он.