Как жаль, что всё это может прерваться в одно мгновение! Северус представил, как в самый пиковый момент в спальне неожиданно появится Токи, и ему придётся резко прерываться, выпуская распалившуюся Луну, чтобы дать ей возможность вернуться в сырую вонючую камеру полностью неудовлетворённой. И самому после этого лезть на стену, пытаясь вручную достичь облегчения. Нет, так не пойдёт.
Однако не зря Северус провёл столько времени в Запретной секции библиотеки на протяжении рождественских каникул. Ох, не зря… В разделе о сексуальной магии, книги из которого он штудировал несколько дней подряд, нашлось много дельных советов и для повышения потенции, если мужчину одолевают заботы и усталость, и для тех, кто хочет порадовать партнёршу незабываемыми ощущениями, если полноценный акт по каким-то причинам невозможен.
Сейчас как раз был такой случай, и Северус решил испробовать эти новые, доселе неизвестные ему чары. В душе он немного переживал, получится ли у него. Он не имел права ошибиться. Он обязан доставить своей девочке удовольствие. Тем более, в благодарность за сделанный только что подарок. Поэтому Северус, ничем не выдавая своей неуверенности, поднял голову и потянулся за волшебной палочкой. Луна смотрела на него вопросительно и умоляюще одновременно. Она подумала, что сейчас Северус произнесёт над ней привычное «Non concept». Но вместо этого он пошире раздвинул её коленки и осторожно вставил кончик палочки в её истекающее соком отверстие.
— Юкумдум, — тихо произнёс он.
Луна замерла, мгновенно ощутив внутри приятные вибрации. С каждой секундой они усиливались, нарастали, погружая девочку в океан блаженства. Но, если поначалу ощущения эти были плавными и размеренным, то чем дальше, тем они становились острее, невыносимее и сладострастнее. Луна забыла обо всём на свете, кроме наслаждения, полностью завладевшего её телом и рассудком. Она не видела ничего вокруг, не слышала собственного крика. Так пронзительно-хорошо ей не было ещё никогда.
Северус наслаждался, наблюдая эту вакханалию. Луна, содрогающаяся от наслаждения, не сдерживающая громкого победного крика, была прекрасна. И даже хорошо, что действие заклинания закончилось достаточно быстро, иначе от избытка удовольствия не мудрено было потерять рассудок.
Луна долго приходила в себя, содрогаясь от оргазмов, накатывавших на неё волна за волной. Когда она открыла глаза, Северуса окатило таким удивлённым восхищением, что он невольно усмехнулся.
— Что это было? — тихо спросила Луна.
— Сексуальная магия, — ответил Северус. — Тебе понравилось?
— Не то сло-о-ово-о-о…
Луна потянулась. Выглядела она полностью удовлетворённой. Северус боялся, что ей захочется повторить удовольствие. Он знал, что частое повторение ведёт к зависимости. Но, кажется, Луне всего хватило. Она лежала в его объятиях, купаясь в волнах удивительного послевкусия от новых ощущений.
— Спасибо, Се-е-еверу-у-ус… — нежно протянула она, закрывая глаза и прижимаясь к его боку. — Ты просто восхитителен. С днём рождения тебя.
Она чмокнула его в щёку и уснула. Северус ещё какое-то время прислушивался к её сонному сопению, с трепетом вспоминая картины своего недавнего эксперимента, оказавшегося столь удачным. Но усталость минувшего дня брала своё. Каникулы закончились. Студенты вернулись в Хогвартс. Правда, далеко не все. Наконец-то и у Уизли наступило просветление в мозгах или что там у них есть… Их дочь после каникул не вернулась в школу, как и некоторые другие ученики, в особенности гриффиндорцы.
Северуса удивило возвращение после каникул Лонгботтома. Видимо, его семейка абсолютно не дорожила отпрыском. А ведь он вполне мог бы оказаться Избранным и сейчас скитаться где-то в поисках хоркруксов вместо Поттера. Зато Слизерин вернулся с каникул в полном составе. Этим пока нравятся их игры. Лишь Малфой, кажется, начал понимать, куда они могут завести. Но понимал он это только потому, что находился слишком близко от Волдеморта. Остальные пока не в состоянии осознать масштаба бедствия.
С этими мыслями Северус уснул. Проснулся он оттого, что почувствовал чьё-то постороннее присутствие в спальне. Он открыл глаза и резко сел в постели. Токи уже держал сонную Луну за руку. Мгновение — и они исчезли, словно отголосок приснившегося ему сна. Ещё через пару секунд Токи предстал перед ним, кланяясь со словами:
— Всё в порядке, господин директор Снейп. Токи доставил мисс Лавгуд на место. Её отсутствия никто не заметил.
— Чаю, Токи. И благодарю за службу.
Чай был доставлен мгновенно. Начинался новый день — день его рождения, который отныне однозначно считался для Северуса праздником.
Свой семнадцатый день рождения Луна встретила в камере. Дни во мраке темницы тянулись для неё мучительно медленно. Со стариком Олливандером они переговорили обо всём, о чём только можно было и теперь по большей части молчали, думая каждый о своём и перебрасываясь редкими словами лишь по мере бытовой необходимости. Луна предпочитала отсыпаться днём, чтобы быть к ночи бодрой и отдохнувшей, насколько это возможно.
Северусу с каждым днём приходилось всё труднее — Луна видела это, безошибочно определяя, насколько тяжела его ноша, по запавшим щекам, покрытым землисто-серой бледностью, по тёмным кругам под глазами, по всё углубляющимся складкам у губ и между бровей… Оказываясь рядом с ним, Луна всеми силами старалась отвлечь его от мрачных мыслей, отогреть своей лаской, нежностью и любовью. Даже когда просто лежала рядом, прислушиваясь к его дыханию и нежно поглаживая его усталое тело.
Но в день рождения Луны Северус был бодр, свеж и неутомим. Когда Токи доставил её в спальню Северуса, там уже был накрыт праздничный стол, уставленный самыми любимыми Луной блюдами и сладостями. Она и не подозревала, что он так хорошо знает её предпочтения в еде. Прежде чем приступить к трапезе, Луна приняла душ и сменила бельё, пару комплектов которого Токи по приказу Северуса, доставил сюда из её дома.
Она вышла из душа в наброшенном на плечи халате Северуса, собираясь по привычке сменить его на собственную мантию, которую он всегда успевал очистить с помощью заклинания, пока Луна мылась. Однако сегодня её ждал сюрприз. На его постели лежала новая мантия удивительного голубовато-серебристого оттенка.
— Примерь, — коротко то ли попросил, то ли приказал Северус.
Луна с удовольствием облачилась в мантию. Ткань была лёгкой и мягкой. Казалось, она струится вокруг стройного тела Луны, ласково обнимая её. Мягкие складки удивительным образом переливались, словно жидкое серебро струилось по голубоватому фону, время от времени поблескивая малюсенькими, как пылинки, искорками.
Луна подошла к зеркалу и долго стояла молча, как завороженная, вглядываясь в своё отражение. Северус не мешал ей, наблюдая за её реакцией. А Луна глядела в зеркало, не узнавая себя. Перед ней стояла незнакомка — взрослая девушка с удивительными серебристо-серыми глазами, к которым так шла струящаяся вдоль стройного тела мантия. Девушка была словно залита лунным светом. И она была… красавицей? Неужели это она сама — Луна Лавгуд?
Луна в недоумении повернулась к Северусу. В её широко раскрытых глазах застыл немой вопрос.
— Ты красавица, — тихо ответил он, подходя к Луне и кладя ей руки на плечи.
Голос Северуса был низким и мягким — действительно бархатным — отчего у Луны по спине пробежали мурашки, а внизу живота что-то приятно завибрировало.
— Спасибо, Северус, — прошептала она, подаваясь вперёд и обвивая руками его шею.
После долгого глубокого поцелуя Северус отстранился и произнёс непривычную для себя фразу:
— С Днём рождения.
Казалось, он был смущён необходимостью произносить вслух такие слова и тем, что не умеет этого делать.
— Спасибо, — Луна вновь обняла его и прижалась губами к его жёстким горячим губам.