— Как чувствуете себя, мисс? — обратился он к Луне.
— Голова кружится, — промямлила она, — и тошнит.
— Ну, это не страшно, — ответил знаменитый аврор. — Головой ударились, небось?
— Ага, — Луна по привычке хотела кивнуть, но голова тут же напомнила о себе вспышкой боли, хоть и не такой резкой, как вначале, а комната вновь закружилась перед глазами.
— Ты пока головой не маши, — посоветовал Аластор. — Сотрясение мозга я и сам могу подлечить. Но целительнице всё равно покажешься.
С этими словами Грозный Глаз вынул из кармана палочку, приставил её к темени Луны и произнёс заклятие, разобрать которое она не смогла. Но боль в голове мгновенно прошла, как и кружение пространства перед глазами. Луна закрыла глаза и блаженно улыбнулась.
— Ну как, полегче? — услышала она хриплый голос Грозного Глаза.
— Да, спасибо, — тихонько ответила Луна и попыталась слегка опустить голову. Боли почти не было. И тошнота исчезла. Кажется, даже эта зелёная мерзость на полу перестала так вонять. Спина, правда, болела, но это вполне можно было вытерпеть.
Луна открыла глаза и обвела взглядом комнату. Рон по-прежнему сидел у стены и время от времени расслабленно хихикал:
— Лавгуд, — обратился он к Луне, поймав её взгляд. — А ты знаешь, кто это? Это Грозный Глаз Муди. Он своим глазом видит все твои кишки. И мозги… Если они у тебя есть.
Отойдя от Луны, Аластор направился к Невиллу и, прикоснувшись волшебной палочкой к его носу, не только остановил кровь, но и значительно уменьшил размеры самого носа. Луна не знала, что случилось с Невиллом, но предполагала, что его сильно ударили по лицу. Джинни выглядела довольно бодрой. Наверное, Муди уменьшил боль в её лодыжке. И только Гермиона по-прежнему лежала на полу без сознания.
— А где Гарри? — тревожно спросила Луна.
— Он внизу с Дамблдором, — ответил ей Аластор.
Луна открыла рот, чтобы переспросить, не ослышалась ли она. Но в этот момент в комнату вошёл высокий темнокожий мужчина в лиловой мантии и феске такого же цвета, расшитой золотистыми нитями. В руках он держал обломок статуи — Луне показалось, что это был мраморный кусок ведьминской шляпы.
— Ну, что там, Кингсли? — Муди выпрямился и вопросительно взглянул на вошедшего.
— Дамблдор отправил Гарри в Хогвартс, — ответил темнокожий волшебник густым низким басом. — Люпин с Тонкс аппарировал в Мунго. А это, — он приподнял осколок статуи, — портал. Дамблдор сделал его, чтобы мы переправили детей в Хогвартс.
— Отлично. Тогда все сюда, — позвал Муди, подходя к сидящему у стены Рону и помогая Джинни добраться до него. Тот, кого назвали Кингсли, подошёл к Луне, предварительно оставив портал на столе.
— Ты сможешь встать? — спросил он, наклоняясь над ней.
— Я попробую, — тихо ответила Луна, хватаясь за протянутую ей большую крепкую ладонь.
Оказавшись на ногах, Луна тихо охнула — боль в спине давала о себе знать. Кингсли поддержал пошатнувшуюся девочку и помог ей подойти к остальным. После чего легко поднял с пола Гермиону и подошёл к кучке детей, сгрудившихся вокруг Рона.
Аластор принёс лежавший на столе портал.
— Ну, держитесь все, — скомандовал он.
Дождавшись, когда все руки коснуться осколка статуи, Кингсли накрыл их своей большой тёмной ладонью. Луна почувствовала, что её будто подцепили крюком за живот. Пол, залитый застывающей тягучей зелёной жидкостью, ушёл у неё из-под ног, и её понесло куда-то в вихре цветов и звуков.
Выпроводив Малфоя, Снейп взглянул на часы. На ужин он безнадёжно опоздал. Есть ему не хотелось вовсе — сейчас он не смог бы заставить себя проглотить ни кусочка. Но лучше было бы всё же «отметиться» за преподавательским столом, за которым сегодня вечером оставалось слишком много свободных мест. Это могло вызвать ненужные вопросы и подозрения среди студентов, тем более что несколько пустующих мест за гриффиндорским столом тоже бросались в глаза. Но раз уж всё сложилось именно так… Пускай Флитвик разбирается сам. Интересно, он вообще заметил отсутствие в школе одной из своих студенток?
Снейп раздражённо вскочил и зашагал по комнате. Почему его, драккл подери, волнует судьба какой-то девчонки, которая даже не является студенткой его факультета? Почему он сейчас переживает так, будто опасность угрожает… Нет! Опять? Снейп запретил себе подобные сравнения. Но тревога от этого не стала меньше. Он понял, что больше не в силах находиться в этой комнате, стены которой, казалось, смыкаются всё плотнее и душат его. Снейп бросился вон. Ему необходимо успокоиться и привести в порядок разгулявшиеся нервы. Лучшего средства, чем патрулирование коридоров замка, для этого не придумаешь.
Снейп никогда не признавался себе в том, насколько он сроднился с этим громадным каменным существом. Да-да, именно существом. Замок всегда был для него живым, он дышал, думал, чувствовал… Замок жил своей жизнью, а он, Северус Снейп, был неотъемлемой частью этой жизни. Снейп не представлял себя вне этих стен. Даже когда Хогвартс надоедал ему до оскомины, так, что хотелось сбежать отсюда куда глаза глядят. И когда он проводил лето в своём обшарпанном «родовом гнезде» в тупике Прядильщиков, Снейп всё равно ощущал себя частью этого замка. Они срослись, как сиамские близнецы, проникая друг в друга и питаясь энергией друг друга. И не было для Снейпа лучшего способа успокоиться, чем пройти по всем ходам и переходам, по всем коридорам и лестницам этого громадного каменного существа, именуемого Хогвартсом, ощутить себя частью этой древней таинственной мощи и впитать в себя её умиротворяющее воздействие.
Снейп стремительно преодолел лестницу, ведущую из подземелий наверх и стал методично, этаж за этажом, прочёсывать здание. Ему сейчас необходимо было встретить кого-то, на ком можно было бы отыграться, излить свою тревогу и беспокойство, трансформировав их в гнев, но, как назло, в тёмных закутках замка не тискалось ни одной парочки. Все словно прониклись этой драккловой тревогой, терзавшей его самого, замерли в ожидании чего-то неведомого и пугающего.
Хотя нет… Снейп уловил какое-то шевеление в полутьме коридора, освещённого неверным колеблющимся светом факела. Томные вздохи и звук поцелуев явно доказывали, что Снейп оказался в нужном месте в нужное время. Подобравшись своей мягкой неслышной походкой вплотную к парочке, обосновавшейся в нише, занятой средневековыми доспехами, он достал из кармана волшебную палочку и вкрадчиво произнёс:
— Люмос.
Его появление произвело на парочку эффект разорвавшейся бомбы. Эти двое вскочили и отпрянули друг от друга так резко, что чуть не уронили на себя дурацкие средневековые доспехи. «Идиоты, — подумал Снейп, вглядываясь в факультетские эмблемы на мантиях, — в следующий раз будут думать, выбирая места для поцелуев». Их перепуганные лица немного позабавили Снейпа. Разумеется, он узнал этих хаффлпаффцев — мальчишка учился на седьмом курсе, девчонка на шестом. Их можно было понять — парень заканчивал школу, и это были их последние дни вместе. Тем более стоило проследить, чтобы они не наделали глупостей.
— Тридцать баллов с Хаффлпаффа, — зло процедил Снейп, отдавая себе отчёт, что в данной ситуации вполне хватило бы и десяти. Но он не смог отказать себе в этом маленьком мстительном удовольствии. — И марш в свою гостиную.
Парочка мгновенно исчезла, словно растворилась в воздухе, не предприняв попыток возмутиться или разжалобить его. Снейп почувствовал разочарование. Его душа сейчас жаждала большего — бешеного негодования и потоков ругани в свой адрес. Поттер со своей ненавистью пришёлся бы как нельзя более кстати. Но Поттер был далеко, где-то там, в недрах Министерства магии. А вместе с ним рисковали жизнью его друзья, эти дети, среди которых… Нет. Не думать. Не думать…
Снейп продолжил обход. В полутьме коридора, ведущего к Башне прорицаний, он услышал неровные спотыкающиеся шаги. Нетрудно было догадаться, кто в такое время мог прохаживаться в этой части замка. Снейп плотоядно оскалился. Может быть, хоть здесь ему повезёт, и он сможет выплеснуть на кого-то часть клокотавших в нём эмоций. Тем более на эту дракклову провидицу, из-за пророчества которой дети оказались в Министерстве, а он сам, как последний идиот, бродит по замку, не в силах справиться с беспокойством за этих самых детей. Ну, пускай не за всех, но всё же…