— А теперь извольте лечь и дождаться, когда мадам Помфри окажет вам необходимую медицинскую помощь.
С этими словами Снейп резко развернулся и быстрым шагом направился к выходу, не дожидаясь, пока Луна выполнит его указание. Это было похоже на бегство. Он больше не мог оставаться рядом с девчонкой и выносить виновато-доверчивый взгляд её широко распахнутых ему навстречу глаз.
Проходя мимо кровати Грейнджер, он заметил, что мадам Помфри удалось привести её в чувство. Глаза Гермионы были по-прежнему закрыты, но теперь она тихо стонала, в то время как целительница делала над её грудью пассы волшебной палочкой и шептала заклинания. Бросив беглый взгляд на остальных участников героического рейда по спасению Блэка из лап Волдеморта и убедившись, что их состояние не ухудшилось, Снейп покинул больничную палату, предоставив мадам Помфри беспрепятственно заниматься своими прямыми обязанностями. В её умениях и квалификации он не сомневался, а потому мог со спокойной душой оставить пострадавших на её попечение.
Проводив взглядом удаляющуюся фигуру в чёрной мантии, Луна улеглась на кровать. Только теперь девочка почувствовала, насколько она устала. С уходом профессора все её чувства вдруг как-то сразу притупились, стали нечёткими и невнятными. Луна внезапно почувствовала себя рыбой, находящейся внутри аквариума. Всё окружавшее её воспринималось будто сквозь толщу воды. Очертания предметов были размытыми, звуки неясными, словно доносившимися откуда-то издалека. Луне стало казаться, будто всё, что она видит вокруг, происходит не с ней. А события минувшей ночи виделись далёкими и совершенно неправдоподобными. И тоже происходившими не с ней. Как будто кто-то читал ей книжку о девочке, отправившейся вместе со своими друзьями в Министерство магии. Мысли Луны медленно шевелились в прозрачной вязкой жидкости, заполнившей её сознание, то плавно поднимаясь к поверхности, то опускаясь на дно этого странного аквариума. Одной из этих мыслей была: «Надо записать всё, что произошло, чтобы ничего не забыть рассказать папе». Но и эта мысль была вялой и не побуждала к действию.
Луна не заметила, как мадам Помфри привела в чувство Гермиону, после чего подошла к Рону и, осмотрев раны на его руках, смазала их каким-то снадобьем. Луна не знала, было ли ему больно, но он продолжал время от времени тихонько хихикать. Очевидно, действие заклятия не проходило до сих пор.
Отойдя от Рона, мадам Помфри занялась Джинни и её сломанной ногой. Следующим её пациентом оказался Невилл. После него целительница подошла к Луне, решив, видимо, оставить Рона напоследок.
— Что у вас болит, мисс?
Луна пошевелилась, прислушиваясь к ощущениям в своём теле.
— Спина немного, — ответила она.
— Вы помните, что с вами произошло? — продолжила опрос мадам Помфри.
— В меня попало какое-то заклятие, — Луна напрягла память, что далось ей с большим трудом. — Кажется, оно подбросило меня в воздух. Потом я упала на стол… И, наверное, потеряла сознание.
— Она проехалась по этому столу и грохнулась с него на пол, — подал голос Невилл, лежавший на соседней кровати.
— Ударилась спиной и головой? — уточнила у него мадам Помфри.
— Да, — подтвердил тот.
Мадам Помфри тут же наколдовала ширму, отделившую Луну от остальных пациентов.
— Сможете сами раздеться? — спросила она Луну.
Та неуверенно кивнула. Вставать с кровати не хотелось, но девочка медленно поднялась и с усилием принялась расстёгивать мантию. Целительница помогла Луне раздеться и, уложив её на живот, долго обследовала спину, постоянно спрашивая: «Тут болит?», «А тут?»
— Хвала Мерлину, это всего лишь сильный ушиб, — изрекла она наконец свой вердикт, после чего призвала коробочку с целительной мазью и натёрла ею спину девочки.
Луна почувствовала лёгкое приятное покалывание по всей спине. Тепло разливалось по всему её уставшему телу, укачивало и убаюкивало.
Целительница шептала ещё какие-то заклинания, направив волшебную палочку на голову Луны, но этот момент виделся ей уже вовсе размытым. Призвав с помощью Акцио флакончик зелья Сна без сновидений, мадам Помфри наколдовала три стакана с водой, накапала в каждый по несколько капель снадобья и дала выпить его Луне, Невиллу и Джинни. По всей видимости, Гермиона выпила это зелье раньше, потому что сейчас она спала спокойным безмятежным сном. Впрочем, Луна этого не заметила, как не заметила и тихонько лежавшего на кровати Рона, блаженно улыбавшегося, глядя в потолок. Мадам Помфри занялась им сразу после того, как все остальные её пациенты уснули. С этим парнем ей ещё предстояло повозиться — такие заклятья быстро не лечатся.
Комментарий к Глава 22 https://sun1-25.userapi.com/sSjD4ZKlyAPO8PsGRSoHDfJ0VEhUV9leDe9Qgg/iznlPxaC4uw.jpg
https://sun1-95.userapi.com/DH2hR88bgG5QfN-4J0sgIdF6WMG48rWQ-mGekg/-evp5ayY1dE.jpg
====== Глава 23 ======
Evanescence\The In-Between (Piano Solo)
Evanescence\Even In Death (Piano Cover)
Apocalyptica\S.O.S (Anything But Love) (Instrumental)
Apocalyptica feat. Brent Smith\Not Strong Enough
Выйдя в коридор, Снейп застал там ожидавших его Аластора и Кингсли.
— Никто кроме детей не пострадал? — мрачно поинтересовался Снейп.
— Тонкс, — лаконично ответил Кингсли. — Люпин отправился с ней в Мунго.
В голосе Кингсли звучала явная недосказанность. Снейп, сложив руки на груди, молча ждал продолжения.
— И ещё… — Кингсли судорожно сглотнул. — Погиб Сириус.
Ни один мускул не дрогнул на лице Снейпа. Ни одним движением он не выдал своей реакции на это известие. Оставаясь в прежней позе, со сложенными на груди руками, Снейп чувствовал на себе пристальный взгляд Муди. Аластор буравил его обоими своими глазами, словно пытался докопаться до самых сокровенных, наиболее тщательно скрываемых мыслей Снейпа.
— Как это случилось? — холодно поинтересовался Снейп.
— Он сражался с Беллатрикс, когда все остальные Упивающиеся прекратили сопротивление, — в полутьме коридора густой приглушённый бас Кингсли звучал как-то особенно трагично. — Её заклятие ударило его в грудь. И он упал за арку смерти.
Снейп молчал, лишь желваки слегка вздувались на его желтоватых скулах.
— Что скажешь, Снейп? — вкрадчиво спросил Муди. — Тебя не слишком огорчает эта смерть?
Северус медленно повернулся к нему и смерил холодным бесстрастным взглядом:
— Не могу сказать, что безутешно скорблю. И что сожалею о потере члена организации. В Ордене не было более бесполезного человека, чем Блэк.
— Он сражался, как герой! — взревел Муди.
— Не стоит так орать. Здесь всё же больница, — Снейп кивнул в сторону двери, ведущей в лазарет. — Это сражение оказалось единственным подвигом «героя», — он вложил в последнее слово весь свой сарказм. — Он не смог сделать ничего более полезного, чем эффектно умереть в первой же схватке от руки женщины. Очень красиво и очень глупо. Так по-гриффиндорски…
— Заткнись! — воскликнул Грозный Глаз, но уже гораздо тише. — Не смей порочить его имя своим мерзким змеиным языком! Ты всегда ненавидел его…
Снейп откинул назад голову и взглянул на Муди с нескрываемым презрением. Лёгкая усмешка искривила его рот:
— Да, мы с Блэком всегда были врагами. Он не был, что называется, приятным человеком. Поэтому я и не считаю нужным в данный момент кривляться, изображая скорбь. Прими это, как данность, Муди, и не пытайся прожечь на мне дыру своим грозным взглядом.
Аластор открыл было рот, чтобы сказать этому мерзавцу всё, что думает о нём. Он ни на кнат не верил скользкому слизеринскому гаду и не понимал, отчего Дамблдор так уверен, что Снейп не предатель. Но Кингсли остановил его, положив руку на плечо и произнеся тихим глуховатым голосом:
— Довольно препираться. Каждый из нас сделал в этой ситуации всё, что мог. Оставим личные оценки случившегося при себе. Идём, Аластор. Нам пора.
Бросив ещё один испепеляющий взгляд на Снейпа, Муди молча развернулся и направился к лестнице, ведущей вниз. Кингсли, не попрощавшись, последовал за ним. Снейп подождал, пока эти двое скрылись из виду и наконец позволил себе расслабиться.