Как-то само собой так получилось, что, как только возникала надобность в принятии решений, все синхронно переводили глаза на Снайпера. Оно и понятно — тот, кто смог нейтрализовать Палача, всяко сумеет лучше любого другого распределить запасы продовольствия и расставить посты в преддверии ночлега.
Вообще-то Снайпер не особо доверял своим новым подчиненным. Кто знает, вдруг кому-то в голову придет светлая мысль сдать властям беглых преступников и попытаться тем самым заслужить прощение?
Поэтому все три ночные смены он распределил так, чтобы бодрствовали он сам, Лис или Ксилия. Кутруб вообще вызвался всю ночь не спать, присматривать за «другими хомо», что Снайпер одобрил безоговорочно.
— Не доверяешь? — хмыкнул Тестомес.
— А ты бы доверял? — осведомился Снайпер, которому Ксилия тонким слоем наносила мазь на лицо.
— Логично, — вздохнул маг Воздуха. — Ладно, тогда я спать. Кутруб меня подери, до чего ж спокойное место! Хоть высплюсь в кои-то веки.
С этим трудно было не согласиться. Термин «мертвая тишина» есть во всех языках, и это явно не случайно. После ужина даже те стражники, кто совсем недавно боялся переступить порог склепа, побросали на пол охапки свежесорванной травы, растянулись на этом жестковатом ложе и захрапели почти сразу.
Снайпер тоже забылся чутким сном, наказав Лису и кутрубу разбудить его после полуночи. «Собачья вахта» — самая тяжелая, и ее он хотел отстоять лично…
Показалось, что только глаза закрыл, как тут же кто-то осторожно тронул за плечо. Рука автоматически легла на нож, висящий на поясе, что, впрочем, и неудивительно. Другой бы со сна такую харю перед собой увидел, штаны б пришлось стирать наверняка.
— Ты саам сказаал разбудиить тебя, хоомо, — негромко провыл кутруб, хлопая красными глазами, в полутьме склепа похожими на горящие угли. Заметив реакцию Снайпера, демон на всякий случай довольно проворно попятился. Убийца Палача вызывал в нем глубочайшее уважение.
— Ага, благодарю, — кивнул Снайпер, отпуская нож. Голова была тяжелой — все-таки с вентиляцией внутри склепа было неважно, и два десятка спящих вояк воздух не озонировали, так что стрелок поспешил наружу.
Лис сидел под большим, раскидистым деревом и смотрел на небо. Кстати, посмотреть было на что. Две Сестры находились в зените и исправно отражали солнечные лучи, так что снаружи все было залито призрачным светом, хоть книжку читай, набранную мелким шрифтом. Жаль, что вещмешок остался в развалинах старого замка, а то б, глядишь, почитал между делом «Закон про́клятого» или «Тень якудзы», написанную со слов старого друга Виктора Савельева. Иногда интересно перечитать то, что сам написал, окунуться, так сказать, в воспоминания о прошлом…
— Что дальше, Снар? — прервал Лис размышления стрелка.
— А кутруб его знает, — пожал плечами Снайпер, присаживаясь рядом. — Хотя, боюсь, твой друг тоже не в курсе. Можно и вправду попробовать захватить какой-нибудь замок. В этом мире ты или феодал, или тот, кто на него пашет. Хоть я и не сторонник эксплуатации человека человеком, но мне все равно как-то ближе первое.
— У меня девушка осталась в Стоунхенде, — сказал Лис. — Та, которая мне жизнь спасла, причем неоднократно.
— Понимаю, — кивнул Снайпер.
— Я ни о чем не прошу, — продолжил Лис. — Двадцать человек никогда не захватят город, который обороняет тысяча воинов и два десятка сильных колдунов. Поэтому я пойду один.
— Октоо не остаавит своего кайооо.
Кутруб, стоявший до этого в тени склепа и почти слившийся с ней, шагнул вперед.
— Спасибо, дружище, — произнес Лис. — Но я не могу принять твою помощь. Лучше тебе остаться со Снаром…
— Все это, конечно, очень патетично, но ума не приложу, как можно нормально выспаться в гробнице, где воняет мертвецами и солдатскими портянками.
Речь Лиса прервал Тестомес, который вышел из склепа с факелом в руке. Позади него, словно тень, возникла Ксилия, поправляя меч, висящий на ремне.
— Ну вот, похоже, вся ударная группа в сборе, — произнес Снайпер. — Как раз вовремя. У нас тут на повестке ночи вопрос — что делать дальше. Лис вот, например, собирается в Стоунхенд, вызволять свою девушку.
— Ну нормально, хорошая тема, — кивнул Тестомес. — Пусть сходит. А мы непременно поутру постараемся отбить его у конвоя. Просто с преступниками, приговор которым уже был оглашен, в Стоунхенде не церемонятся и вешают сразу. Вот поутру и разомнемся — если тот конвой, конечно, будет не особо многочисленным. Я слишком хреново поел и выспался, чтобы кидаться на приличный отряд, усиленный парой магов…
— А я бы, например, для начала попытался понять, что вообще делается в городе и его окрестностях, — сказал Снайпер. — Сдается мне, что мы вообще можем с кладбища не выйти. Два пропавших патруля, усиленных, да еще и во главе с Палачом, — веский повод для того, чтобы начать поиски. Будь я на месте начальника внешней стражи города, уже послал бы патрули с собаками на поиски пропавших.
Присутствующие переглянулись.
— Не, конечно, осмотреться нужно, — сказал Тестомес.
Сейчас колдун задумчиво глядел на огромное живое дерево, росшее рядом со склепом, — причину того, что засохли все остальные. Большой и сильный забрал все соки у более хлипких соседей, задавив своей мощной корневой системой их слабые корни. Борьба за существование жестока и бескомпромиссна — всегда, везде, в любом из миров…
— Причем я даже знаю, как сделать так, чтобы наблюдатель не орал на все кладбище о том, что увидит сверху, — добавил Итан.
— Октоо хорошоо умеет ходиить по дереевьям, — сообщил кутруб. — Только он плоохо говориит на языкее хоомо.
— Скорее, не плохо, а долго, — отметил колдун. — Но есть способ это исправить.
Поманив пальцем демона, он подвел его к небольшой луже, грязноватой, но тем не менее исправно отражавшей свет обеих лун. Нагнувшись, Тестомес провел по воде пальцами, после чего ими же мазнул по глазам демона.
— Ты… ты чтоо деелаешь, сын шелудивоой собааки?! — взвыл кутруб. — Октоо виидел, как в эту луужу мочиились все хоомо, которые сейчас дрыхнут в склееепе!
— Ну, что делать, иногда демонам приходится страдать ради людей, которым они хотят помочь, — пожал плечами Итан. — Тебя ж никто за язык не тянул, сам вызвался. Только глаза не три. Пока вода на них не высохла, в этой луже будет отражаться все, что ты видишь. Так что полезай скорее на дерево, если хочешь помочь своему кайо не на словах, а на деле.
Кутруб ничего не ответил, только зыркнул злобно на колдуна… и в мгновение ока взлетел на дерево, верхушка которого сильно нагнулась под весом демона.
— Если навернется вниз, то будет большая клякса из мертвечины и дерьма, — ухмыльнулся Тестомес. — Ставлю десять монет, что грохнется он раньше, чем мы увидим что-то путное.
— Похоже, ты продул свои деньги, — задумчиво произнес Снайпер, вглядываясь в мутную воду, поверхность которой вдруг стала напоминать экран глянцевого монитора. Сейчас на ней явственно был виден ночной город, залитый лунным светом, который медленно охватывала черная река, разделившаяся на два рукава.
— Что это? — придвинулась ближе Ксилия.
— Думаю, это армия, — задумчиво отозвался Снайпер. — Причем серьезная. Которая к утру замкнет кольцо осады.
Ухмылка медленно сползла с лица Тестомеса.
— Северные пираты, — сказал он. — Только они могли решиться на такое. Но почему? В городе полно воинов и сильных магов, которые…
— Думаю, тот черный дракон, что сбил меня, прилетал не случайно, — перебил его Лис. — Это была разведка.
— Как я раньше не догадался! — хлопнул себя по лбу Тестомес. — Они овладели магией Огня и решились! Отличное время для удара! Гильдия Воинов ночи ослаблена, я в бегах, а Никс… он, конечно, неплохой маг, но военачальник из него, как из меня трубочист. А теперь, когда у пиратов есть дракон…
— У них не один дракон, — заметил Снайпер, указывая на две точки, парящие над людской рекой. — И если в городе неважно с противовоздушной обороной, то я Стоунхенду не завидую.