— Было бы приятно руководить ее воспитанием.
— Да, — мрачно сказал Кувигнака.
Я улыбнулся. К счастью для прекрасной Блокету, она занимала достаточно высокое положение среди Кайил. Будь она женщиной другого племени, попавшей в руки Кувигнаки, то можно не сомневаться, что она была бы воспитана хорошо и быстро.
Я посмотрел вслед удаляющейся блондинке. Она неплохо двигалась.
— А Ты разогрелся, — улыбнулся Кувигнака.
Я не ответил. Что и говорить, я действительно был возбужден.
— Виньела спит рядом в вигваме, — напомнил Кувигнака. — Почему бы тебе не разбудить ее ударом плети, и не использовать ее, чтобы снять напряжение? Она — всего лишь рабыня, которую послали тебе для воспитания.
— Нет, — отказался я от столь заманчивого предложения.
— Нельзя быть слишком мягким с рабынями, — поучительно сказал Кувигнака.
— Я знаю.
— Это — желание Кэнки. Она здесь для того, чтобы Ты мог пользоваться ею так, как пожелаешь.
— Ты так думаешь?
— Конечно. Не забывай, что он — краснокожий. Наши культуры отличаются.
Я пожал плечами.
— Он хотел бы, чтобы она вернулась в его вигвам лучшей рабыней, чем была, когда ее послали к тебе, — объяснил Кувигнака.
— Возможно, — согласился я.
— Разбуди ее ударом плети, — вновь предложил Кувигнака. — Объясни ей, отбросив милосердие, ее обязанности. Дай ей понять, что именно мужчины — ее хозяева.
— Пожалуй, я позволю ей поспать, — улыбнулся я.
— Как хочешь, — Кувигнака пожал плечами.
— Я думаю, что для одного дня она пострадала достаточно, — решил я.
— Как пожелаешь.
— Но, я думаю, что стоит пойти повидаться с Грантом.
— Собираешься разыскать Васнаподхи, — засмеялся Кувигнака.
— Возможно, — не стал я спорить.
— Бедная Васнаподхи! — притворно вздохнул юноша.
Глава 8
Я покидаю вигвам Гранта
— Мне жаль, — развел руками Грант. — Но Васнаподхи здесь нет. Я отправил ее собирать ягоды. Даже не знаю, когда она вернется. А вернувшись, она должна помочь другим женщинам.
— Эх, — только и смог сказать я, разочарованно.
— Если бы я знал, что Ты захочешь девку, я бы скорее всего, оставил ее для тебя здесь около стены вигвама, голой и связанной по рукам и ногам.
— Да ладно. Все в порядке, — сказал я собираясь уходить.
— Ты сделал ошибку с Виньелой, — остановил он меня.
— О?
— Ее послали к тебе, чтобы наказать, — объяснил он. — Ты должен был именно так и сделать.
— Ты тоже так думаешь?
— Я достаточно хорошо изучил краснокожих, чтобы сказать — Да.
— Я не сделал этого, — признался я.
Действительно, я позволил ей отдохнуть, даже уложил спать.
— Это было ошибкой, — предупредил Грант.
— Возможно.
Мы говорили внутри вигвама Гранта. Это жилище было предоставлено в его распоряжение его другом, Махпиясапой, гражданским вождем клана Исбу племени Кайила.
— Сегодня я говорил с Кувигнакой, — сказал я. — Он сказал мне, что Ты казался чем-то обеспокоенным.
— Правда?
— Да.
Грант всегда носил широкополую шляпу, по крайней мере, все то время, что я был с ним знаком. Что интересно, он носил ее даже внутри вигвама. Я никогда не видел его без головного убора.
— Что-то пошло не так?
— Я не думаю так.
— А в чем же тогда дело? — заинтересовался я.
— Ты слышал, появились слухи? О Желтых Ножах? О том, что они собираются прислать делегацию прямо в стойбище?
— Я слышал это прямо сегодня, — ответил я, — о возможности заключения мира с Желтыми Ножами. Однако, я не понял, если бы подобное происходило, то их делегация должна была бы приветствоваться в стойбище.
— Да.
— Насколько я понял, в переговорах наметился определенный прогресс. Кажется, что имеется реальная возможность для заключения мира, — заметил я.
— Мне это не нравится, — проворчал Грант.
— Почему? — удивился я. — Ты же не можешь не приветствовать перспективу мира.
— Я не доверяю Желтым Ножам.
— Почему?
— У меня никогда не было хороших отношений с Желтыми Ножами, — пояснил он.
Я улыбнулся. Грант делил племена краснокожих на тех, с кем у него были хорошие отношения, и тех, с кем у него отношения не сложились. Он вел дела, например, с Пыльноногими, Кайилами и Пересмешниками. А вот, с Желтыми Ножами он не связывался. Грант натянул свою шляпу глубже на голову, этот его жест, означал, что очевидно серьезно задумался.
— Они в чем-то хуже, чем Кайила, Кайилиаук или Пересмешник? — спросил я.