Он подхватил фляжку и направился к сеням.
- Мирон! – крикнул у открытой двери.
Тот не отозвался.
- Скажи, пускай хорошего меду нальют, этот мутный, - приказал он так, чтобы слышал Рудницкий, а потом тихо добавил: - Омельку передай, пусть сгинет, это по его душу приехали.
- Та нет его, с Иваном куда-то поехали...
- Хорошо... – Федор минуту подождал. – Ну, где там?!
- Несу, пане, - наконец, послышался голос Мирона.
- Давай сюды.
Федор вернулся в дом, наполнил кружки медом. Выпили.
- Так пан не знает, о ком идет речь? – спросил Рудницкий, ставя на стол пустую кружку.
Федор налил еще по кружке и, сломав гербовую печать, развернул лист.
- Омелько Черный? – сказал, наконец, удивленно. – И что он натворил?
- Много чего. Самое главное - украл имущество пана Станислава Канецпольского, - чтобы усилить впечатление от сказанного, поляк поднял вверх указательный палец. – Коронного гетмана Речи Посполитой. Погибли несколько родственников гетмана, ограблено и сожжено имущества на сорок тысяч злотых. Поэтому неудивительно, что пан гетман предпочел бы воочию увидеть этого мужика, о чем и просит господина старосту.
19
Богун развел руками.
- Боюсь, господин ротмистр, в этом деле я ничем не смогу помочь, как бы ни хотел удовлетворить желание гетмана. Черный действительно был здесь, но нашел свое хозяйство заброшенным, а его родственники умерли. Поэтому он отправился неизвестно куда. Я и не задерживал. Этот казак выписан из военного реестра, так что меня его судьба не интересует.
Рудницкий нахмурился и отставил кружку.
- Но господин должен знать, что Черный есть разбойник. Он обагрил руки кровью христиан. Если господин поможет поймать сего антихриста, он сделает дело, весьма желанное Богом.
- Я понимаю, господин Рудницкий, но не способен помочь. Омелька Черного нет на хуторе и местонахождение его мне неизвестно.
- Как давно вы его видели?
- Около двух недель.
- Пся кровь! – голос Рудницкого стал пренебрежительным, даже угрожающим. – Господин должен знать еще и такую вещь, что укрывательство уголовного преступника тоже повлечет за собой немалую ответственность.
Богун добавил к голосу металла:
- Я повторяю, тут вы его не найдете!
На минуту наступила гнетущая тишина.
Затем снова заговорил Рудницкий:
- Хорошо! Очень хорошо. Но я хочу вам еще сказать, что есть и другие причины для того чтобы вспомнить, где Черный.
- Не понимаю.
- Пан староста сам заинтересован в поимке уголовника, чем покажет свою приверженность к коронному гетману.
Через пару часов Рудницкий, захмелевший и спокойный, выехал с хутора во главе своего небольшого отряда.
Навстречу польскому отряду ехали беззаботно двое конников. Разговаривали. Вдруг, прервав разговор, из кустов, что росли по обе стороны дороги, выскочили люди и побежали их перехватить.
- Тпр-ру! – натянул Омелько повод напуганного коня, одновременно доставая из седельной кобуры пистолет.
- Не стреляйте! Дядьку Омелько, не стреляйте! – услышали конники тонкий детский голосок. Присмотревшись, конники узнали младшего сына Охрименко – двенадцатилетнего Николая.
- Ты чего кидаешься, словно Пилип с конопель? – напустился на него Омелько.
- Меня батько послали, - дрожа от холода, перепуганным голосом выговорил Николай. Убегать вам нужно, дядьку Омелько.
- Почему?
- Ляхи за вами приезжали. Я сам слышал, как говорили жолнеры, что как только вас поймают, то сразу посадят.
Омелько почесал пальцем небритую щеку.
20
- Понятно... Тогда подождем, пока уедут.
- Не можно! Никак не можно! Тато казали: на хуторе иуды есть. Ляхи знают, что вы с Иваном на сабли биться поехали, сейчас, вероятно, навстречу едут.
- Ты что-нибудь понял? – Омелько посмотрел на Ивана.
Иван медленно покачал головой.
- Не смотри так... Слышишь?! Не смотри, Омеля! Этого не мог сделать отец.
- Да знаю я, не болтай глупостей, - казак протянул Ивану руку, - иди сюда.
Иван тронул коня шпорами и через мгновение сравнялся с Омелей. Тот торопливо поймал его голову и приложил к груди.
- Прощай, брат. Видимо, судьба распорядилась по-своему, не так, как планировал на Низ податься. Помни, чему тебя учил. Если через пять лет не вернусь, и вестей не будет, все мое имущество за тобой. Возле дома, над сливкой, ящик. Найдешь одним словом, - Омеля резко отстранил Ивана. – Будут спрашивать, скажи: он только что услышал, как кто-то приближается и убежал.