В середине апреля 1633-го года запорожцы под руководством Ивана Сулеймы осуществили морской поход на Черном море.
Он закончился осадой Керчи.
В этой операции приняли участие около 2,5 тысячи казаков с 50 чайками.
Иван Сулейма начал думать о том, как бы освободить от польских панов родной край. Он прекрасно понимал, чтобы воевать с сильной Польшей, надо было иметь большое и хорошо вооруженное войско. А чтобы добыть вооружение и коней, а также питание для войска, нужны были деньги.
33
Вот и решил гетман еще раз совершить морской поход и идти морем на богатый в то время турецкий город Азов. И добыть в нем серебра и золота, и всяких там сокровищ.
* * *
Целую неделю друзья выходили с тремя десятками тимашевцев на живописный берег Днепра, где среди высоких камышей находилась казацкая корабельня. Чайки были почти построены. Шесть чаек уже заняли свои места возле высокого деревянного причала, еще четыре размещались на берегу. Казаки на них оборудовали лавки для гребцов, приспосабливали весла, шили из белой парусины полотнища ветрил.
Богун много слышал о чайках, но, увидев, удивился. Выглядели легендарные казацкие чайки просто, имели шесть футов в длину, около пятнадцати в ширину. Спущенные на воду и загруженные, они возвышались над уровнем воды не больше как на три фута. Ивану рассказали о скорости и маневренности чаек, их невидимости для вражеских кораблей, в то время, когда запорожцы с них могли хорошо видеть высокие мачты турецких галер с достаточно большого расстояния. Чайки не имели палубы, не могли нести тяжелого артиллерийского вооружения. С каждой стороны чайка имела от десяти до пятнадцати весел, поднимала чайка шестьдесят-семьдесят казаков.
К концу недели все чайки были достроены, к чему приложил свои руки и Нечай с Богуном, и этим гордились. Все десять челнов заняли свои места среди камышей.
Совместными силами казаки всех куреней были подготовлены для похода семьдесят три челна. Все они были почти готовые, за исключением тех десяти, которые построены в последние недели. К походу казаки готовились с чрезвычайно большим энтузиазмом и поднятием духа.
За несколько дней до намеченной даты выхода в море Иван отыскал Нечая возле сечевой церкви, где тот слушал утреннюю службу.
- Иван, идем к войсковому есаулу, - затарахтел Данило. - Говорят, он желающих на море поведет. Все вокруг собираются, готовятся... еще и места не хватит!
- Идем, - он в последний раз перекрестился, повернувшись к церковному крыльцу. Отец Иннокентий читал службу с веранды, так как маленькая церковь не могла вместить в себя всех запорожцев, количество которых собралось перед походом.
Скорым шагом друзья направились к зданию с высокой крышей, крытой черепицей, на краю майдана – там жил войсковой есаул Назар Соколец.
Здесь уже было много людей. С десяток запорожцев сидело на лавках под верандой, остальные просто сидели на траве и, разговаривая, курили. Двое стояли возле дверей на веранде. Когда друзья подошли к зданию, открылись в него двери, выпустив двух говорливых казаков. Те двое, которые стояли под дверьми, без дополнительных слов сняли шапки и сникли в сенях. А из тех, которые вышли из здания, Иван узнал старых знакомых, с которыми они познакомились еще по пути в Сечь. Один из них Васюк, с веселой насмешкой помахал Ивану и Нечаю рукой.
- Агов, парни, где же вы пропали? – крикнул парням. Те переглянулись.
34
- И не думали мы пропадать, - ответил Нечай. – К Тимашевскому куреню мы пристали.
- Он оно как! И Мисюра с вами?
- Да! Только он больше не Мисюра. Братчики Саввою Обдертым нарекли.
Васюк рассмеялся.
- Удачно. А вы тоже и себе на море решили?
- Да...
Второй вышедший от есаула заговорил:
- Пускай парни идут к есаулу, а мы пойдем к тимашевцам, найдем Обдертого, а потом пойдем в трактир. Нужно успеть деньги пропить до похода.
- Разумно, - согласился Васюк, и оба не прощаясь с парнями, пошли в направлении Тимашевского куреня.
Через полчаса Иван и Данило стояли среди большой комнаты. В комнате стоял большой дубовый стол, за столом, друг против друга, сидели военный есаул Назар Соколец и военный писарь.
- Здоров будь, отец! – скрывая волнение, произнес Иван.