- Здравы будьте и вы, паны-молодцы! – ответил Соколец низким чистым голосом. – Садитесь на скамью.
- Да нет, отче, спасибо, - Иван вспомнил, как его учили разговаривать с запорожскими старшинами по запорожским обычаям. – Некогда нам сидеть, ибо дело к
тебе имеем.
Соколец пожал плечами.
- Ну, тогда говорите, какое ваше дело?
- Хотим на турка... В море!
Соколец несколько минут оценивающе осматривал обоих.
- Впервые?
- Так впервые все когда-то начинали.
- Твоя правда, казаче, все когда-то начинали... Что же, взять можно. Что иметь с собой, знаете?
- Оружие! – выговорил Нечай.
- Оружие... – повторил Соколец. – Ясная речь, что не игрушки. Одним словом, слушайте внимательно. Казаку нужно иметь две рушницы, четыре пистоли, саблю. Шесть футов пороху, шесть коп пуль, сухарей, соломах, муки в достаточном количестве и одежды – двое шаровар, сорочку, кусок сукна, кафтан и шапку. Одежду берите старую. Мне на челнах разрисованных кармазников не нужно. Водку не брать. Если замечу кого-то хмельным, разговор короткий – за борт, рыб кормить. Из какого вы куреня?
- Из Тимашевского, батьку! – ответили оба в один голос.
Соколец сделал знак писарю, чтобы записал их в реестр.
- Фамилия? – продолжал опрашивать казаков есаул.
- Иван Богун и Данило Нечай.
- Хорошо. Найдите место в чайке своего куренного. Омелько старшина справный, быстро разуму научит.
Нечай толкнул Ивана и глянул на него сияющим взглядом. Тот в ответ улыбнулся.
35
Когда писарь закончил, есаул скомандовал:
- Ну, ходите молодцы.
Парни вышли во двор. Им показалось, что у здания казаков увеличилось. Лицо Нечая было чем-то озабочено. Иван посмотрел ему в глаза:
- Ну, что скажешь?
Данило усмехнулся.
- Пойдем! Слышишь, Иван, мы на турков пойдем!
Иван улыбнулся. Вдруг ему на мысль пришло решение, на которое, безусловно, оказали влияние дни, проведенные им на Сечи.
- А пошли в трактир! – предложил он, схватив Нечая за руку.
- Пошли! – сразу же согласился Нечай.
36
Глава третья
Чайки замерли на темной поверхности воды. Все семьдесят три. Загруженные едой, питьевой водой и воинским припасом, с исправным снаряжением, готовые к борьбе со стихией и вражескими кораблями. Пять тысяч запорожцев выстроились ровными рядами на берегу Днепра, образовав большой круг. В середине круга многочисленные знамена, бунчуки и штандарты. Наготове к походу войско во главе с наказным гетманом Назаром Сокольцем. Наказной стоял в ожидании напутственного слова. Наконец, Соколец выбросил вверх руку с перначом. Среди казаков затих последний шелест.
- Что же, паны-братья, пришло время, когда мы снова собраны вместе! – послышался над войском голос наказного атамана. – Вы со мною. А я, волею кошевого атамана и вашей волею с вами. Настала нам пора погулять, хлеба казацкого поискать, бедных невольников из неволи освободить, и заодно турка хорошо попугать. Чтобы басурман проклятый про нас помнил, не забывал и десятому наш привет передавал. Таким образом, братья, кто желает за веру христианскую быть четвертованным и колесованным, на кол насаженный, кто готов пропасть в чужом краю без следа и известия, рад получить муки за святой Крест, Украину и славу казацкую, кто не боится смерти, того я рад за собой вести и рядом с ним голову положить!
Словно гром прогремел над казацким рядами. Тысячи горл крикнули: “Слава!” и взлетели в небо тысячи шапок. Длинных четверть часа пришлось ждать Сокольцу, пока успокоятся запорожцы.. Крики стали утихать и, наконец, утихли совсем. Утренний ветер ворошил волос на непокрытой голове атамана, когда он говорил твердо и деловито, поднимаясь над казаками.
- Идем тихо и кучей – чайка за чайкой, весло к веслу. Ночью без огней, без выкриков. Чтобы даже сорока не видела и турку на хвосте не принесла. Даст Бог, пройдем басурманские посты, выйдем на простор, тогда и за трубки возьмемся, а до того не курить! От и все. Вы люди умные, долго нечего вас убеждать. Помните только: не первый раз подлой смерти бояться, однако нужно беречься. Такая уже судьба казацкая – куда захочет, туда и скачет, и никто по нем не заплачет.