— Пожалуйста, прости меня, — шепчу я, утыкаясь ему в рубашку носом, который еще немного болел от встречи с мячом, но я не обращала на это внимание. — Я такая глупая, такая неповоротливая, — едва не реву у него на груди, когда его рука прижимает меня к себе по привычке теребит волосы.
— Ты реально глупышка, потому что извиняешься, хотя не виновата. Мышь, это я накосячил. Эмоции на футбольном поле лишнее.
— Как и Виктория Власова…
— Да, — смеется он, обнимая меня. — Спокойно. Ты как? Картошка твоя не болит? — я отрицательно мотаю головой. — Тогда супер! Предлагаю в честь практически полного здоровья обоих отправиться в кафе и пропустить стаканчик сока. Любой на твой выбор, — я улыбаюсь другу, радуюсь, что хоть с ним все хорошо. Надеюсь, что с Богданом все точно также.
— Вы оба сможете играть завтра?
— Мышонок, это ты еще настоящего махыча не видела. А это так. Повздорили чутка, — он изображает, что это шутка, а потом добавляет. — Все нормально и со мной, и с Богданом, — он вздыхает.
— Я буду через пять минут, — радостно произношу я, целуя друга в щеку и удаляясь.
***
— Ты выбрала? — спрашивает Максим, сложив руки на груди.
— Да, — я поворачиваюсь к официанту, протягивая меню, — Можно, пожалуйста, два апельсиновых сока.
— И в один побольше льда, — просит друг. Официант удаляется. Максим внимательно смотрит на меня, я понимаю, что его сейчас интересует мой нос. — Прости меня, что тебе так прилетело от меня, я не хотел, — я улыбаюсь.
— Ты не виноват, это я тут согласилась непонятно зачем. Надо было бы Богдану сразу сказать, что я не дружу с мячом, — Макс ухмыляется, но выходит у него туго. Видно, по щеке ему приложились хорошо.
— И я не досмотрел. Надо было развернуть тебя сразу, как только ты подошла, — он хмыкает, я улыбаюсь. — Ладно, давай подпишем мирный договор, — он протягивает мне руку, я пожимаю ее без доли сомнения. Нам приносят наши напитки. Матвеев сразу берет свой стакан и прислоняет его к больной щеке. Теперь понятно, почему он попросил побольше льда.
— А говорил, что не болит, — он улыбается. Специально молчал, придурок. — А что с Богданом? — друг делает глоток и отвечает мне на вопрос.
— Получил по шее несколько раз, не больше, — я смотрю на него ожидая продолжения. — Ему не в первой ввязываться в драки, — на выдохе произносит он, встречая с моим, небось, слишком удивленным взглядом требующим продолжения.
— Правда?
Я могла догадаться, что раз он капитан, а футбол — это эмоциональная игра, он часто доказывает свою точку зрения… Не просто вежливыми словами. Однако, со мной он вел себя намного мягче и тактичнее.
— На прошлой игре, еще в том сезоне, ему дважды ломали нос. Не сидит он на одном месте, спокойствие — не его сильная сторона в футболе.
— А какой он вообще ваш капитан? — Матвеев приподнимает бровь.
— Для чего тебе эта информация? — я загадочно улыбаюсь.
— Просто так, Максик, просто так, — он ничего не говорит на мои слова. Сам прекрасно знает, что я что-то уже придумала. Ну, если я хочу попросить у него прощения, мне нужно узнать о нем побольше. А тут у меня сидит вратарь, член этой школьной футбольной сборной, который уже очень хорошо знает своего лидера.
— Что ты хочешь от меня услышать? Всю его подноготную? — я задумаюсь, а потом согласно киваю. Максим ухмыляется. — Меньше фильмов смотри, — я игнорирую его фразочку, вся обращаясь в слух. — Что тебе сказать… Богдан Беляев — это мой одноклассник, который хорошо разбирается в физике и в физкультуре. Идол девушек. Уверенный, грубый, целеустремленный, общительный, скрытный эгоист, — я настолько заслушалась Макса, что не заметила, как я допила свой сок и издавала не очень приятный звук. — Мышь, — смеется товарищ, привлекая мое внимание.
— Черт! — ругаюсь я, опуская стакан, замечая, как на нас смотрят другие посетители кафе. Матвеев не перестает смеяться.
— Ладно, пошли, пока ты со стыда не сгорела, — Максим кладет на стол сторублевую купюру и, взяв меня под руку и подняв со стула, отправляется в сторону моего дома.
Глава 3
Я была решительно настроена с самого утра. Вчера вечером я составила план: «Как попросить прощения у Богдана». Он был небольшим, и главным пунктом, от решения которого зависел успех всей этой операции, было «найти Богдана». Сомневаюсь, что он свободно гуляет по школе в одиночестве. За несколько недель я заметила, что он всегда окружен какой-нибудь компанией. Скорее всего все ее члены это футболисты, его подчиненные, но этого я точно не знала.