В успешность своего плана я верила, а значит, ничего не мешало мне выполнить поставленную задачу. Хоть Максим вчера весь день пытался мне доказать, что я ни в чем не виновата, но я видела в случившемся свою вину. Он слишком резко реагировал на мое желание помириться, уверяя меня, что виноват здесь только он и Богдан. В какой-то момент я перестала его слушать. В моей голове уже был образ, я представила себе эту сцену, когда мы миримся, как я смотрю на него, словно маленькая девочка, и как он мило улыбается мне. Я не верила в его эгоизм, про который так кричал Матвеев. Все мы немного эгоисты, такова людская природа, поэтому я сомневалась, что он больше любит себя, чем окружающих, в отличии от меня или Макса.
Сегодня путь до школы я проделала в гордом одиночестве. Максим прогуливал первый урок. Физику он не любил, а делать по эту предмету домашку — ненавидел. Я познаниями в точных науках не блистала, скорее наоборот, я бы лучше прогуляла математику, чем просидела бы на ней два урока, поэтому не могла никак помочь своему товарищу по несчастью.
На пороге школы я заметила Богдана, который о чем-то говорил с Витей и Антоном. После вчерашней драки он выглядел совершенно обычно. Хоть Максим и убеждал меня, что с ним все намного лучше, мне не сильно в это верилось. Максим обладал достаточно крепким телосложением, да и силой он владел немаленькой, поэтому мог спокойно врезать капитану по первое число. Беляев заметил мое приближение, но на его лице я не заметила никаких эмоций. Наоборот, он, кажется, специально отвернулся, полностью игнорируя меня. Я предполагала, что такое произойдет, вчера я немного задела его эго, поэтому сейчас будет строить из себя обиженного.
Он со своими сокомандниками вошли в школу. Думаю, лучше оставить разговор на следующую перемену. Подойти к нему самостоятельно оказалось не так просто, как ожидалось. Почему-то я решила, что, даже если он будет в компании, я, взмахнув волосами, гордо подняв голову, с красивой походкой подойду к нему, смогу отвлечь от разговора. Причем его товарищи будут в приятном шоке от такого моего поведения. Мы поговорим, он признает свою неправоту, я признаю свою, и вот он мир. Занавес!
В действительности, я будто окаменела от мысли, что надо подойти и заговорить. Без Максима за спиной я не чувствовала себя легко в общение с тем, кто выше меня на голову. Конечно, можно не подходить близко, чтобы не пришлось задирать голову… А еще можно просто дождаться Матвеева и подойти вместе с ним. Они одноклассники, оба футболисты, так что вряд ли это доставит неудобства. Пока я размышляла, Богдан смерил меня своим высокомерным взглядом издалека. Надо перестать смотреть в его сторону, а то еще подумает чего-то не того!
Кажется, Максим оказался прав… Беляев очень похож на нарцисса.
***
— А вот и я, — раздается сверху надо мной. Я резко оборачиваюсь, утыкаясь носом в грудь Матвеева. Тот делает шаг назад, восстанавливая дистанцию.
— Привет, — с улыбкой произношу я, внимательно рассматривая товарища. На вчера пораненной щеке красовался красивый темно-синий синяк. Очень живописный. — Как ты себя чувствуешь?
— Сносно, — пожимая плечами, произносит он, внимательно смотря на меня. — Ты еще не говорила с Богданом? — кивает куда-то за меня. Я оборачиваюсь, замечая Беляева снова в компании чуть поодаль нас. Возле него я замечаю Иру и Киру, тех самых девочек, которые рулят фан-клубом. Тот снова замечает, что я наблюдаю за ним, встречаясь со мной взглядами. Я резко отворачиваюсь, теперь уже наблюдая за ухмылкой на губах лучшего друга.
— Перестань, — смеюсь я, старательно делая вид, что ничего не произошло. Признаюсь, я не ожидала, что не останусь незамеченной Богданом. Хотелось действовать из тени, а так он теперь может догадываться о том, что я хочу с ним поговорить. — Слушай, а где находится основная площадка фан-клуба, — челюсть Максима можно было ловить где-то на полу.
— Только не говори, что ты собираешься туда вступать, — я заливаюсь смехом.
— Необязательно мне туда вступать, чтобы узнать о том, когда Богдан ходит в одиночестве, — Матвеев недоверчиво смотрит на меня. — Что-то не так?
— Нет, все так, просто… — он чешет затылок, а потом с обворожительной улыбкой произносит. — Никому ничего не говори там про меня, ладно? — этими словами он вызывает мое удивление. Макс вздыхает, а потом на пол тона ниже поясняет. — Есть там компания девушек, которые… Ну, за мной по пятам бегают… — я задумчиво киваю. — Не надо им ничего говорить ни про меня, ни про нас. Пожалуйста, просто смолчи, — я киваю, но друг мне не верит. — Ага, так я тебе и поверил.
— Я тебя поняла. Я буду нема как рыба, — он снова окидывает меня подозрительным взглядом. — Мне все ясно, про тебя ни слова, — он смотрит на меня исподлобья. — И про себя тоже ни слова, — теперь я получаю его удовлетворительный кивок.