Он резко встает и подходит к столу, чтобы надеть пальто и взять сигареты, а затем выходит. Я вздыхаю и смотрю, как Рози суетится вокруг Джуди Джетсон.
Наверное, я все делаю неправильно. Итан только расстраивается. Но я не знаю, как еще поступить. Не могу сказать, что когда-либо ожидал, что один из моих друзей возьмет и погибнет в таком молодом возрасте. И почему так случилось именно с Эвереттом Сойером? Я вспоминаю о последнем электронном письме, которое все еще висит непрочитанным в моем почтовом ящике. Не знаю, о чем он хотел поговорить после стольких лет молчания. Все еще страшно узнать, что же там, но я понимаю, что мне нужно будет его прочесть, когда вернусь. Тем более что мы с Итаном, вероятно, больше никогда не увидимся.
Проходит намного больше времени, чем требуется для выкуривания сигареты, и я вскакиваю с кровати, гадая, не решил ли Итан совершить что-то безрассудное, как, например, отправиться через метель в сторону Denny’s. Надев пальто, я выхожу на улицу. Итана нигде не видно и мое сердце начинает бешено колотиться от страха. Вьюга все еще продолжается, но уже не так сильно. Я осматриваю стоянку в поисках Blazer, что сложно, так как все вокруг засыпано снегом.
Затем слышу скрежещущий звук, а затем вижу Итана, лихорадочно капающего снег маленькой складной лопатой.
— Итан, что ты делаешь? — восклицаю я и вхожу в сугроб, который достигает мне почти до колен, пытаясь пробраться в сторону Итана. Похоже, он пытается откопать машину. — Остановись.
— Мы не можем остаться здесь еще на одну ночь, — сердито рычит он, поворачиваясь ко мне с красным лицом и потекшей подводкой. — Мы должны вернуться и забрать его.
— Ты не откопаешь машину, — отвечаю я и хватаю его за руку, но он отдергивается от меня. — Итан, давай вернемся в номер.
Но он продолжает копать, пыхтя на холоде.
На этот раз я хватаю его за обе руки, заставляя остановиться.
— Итан, хватит, — твердо говорю я. — Ты можешь заболеть. Пойдем обратно.
Я забираю у него лопату, складываю ее и кладу обратно в багажник.
Проводив его обратно в номер, я стряхиваю снег с его волос и помогаю снять пальто, повесив на спинку стула, чтобы высушить. Толкнув Итана в сторону кровати, я снимаю с него обувь и носки, а затем встаю, чтобы взять полотенце и вытираю его одежду и ноги. Потом нахожу пару пакетиков чая и включаю кофеварку для нагрева воды.
Итан смотрит на меня с подозрением, когда я опускаюсь перед ним на колени и пытаюсь вытереть растаявший снег полотенцем.
— Ты в порядке? — спрашиваю я.
Он не отвечает.
Просто наклоняется вперед и целует меня.
Глава 13
Итан
8 января 1994 г.
Нравится:
- Поцелуи Шейна;
- Видеть Шейна;
- Быть с Шейном.
Не нравится:
- Не целовать Шейна;
- Не видеть Шейна;
- Не быть с Шейном.
15 февраля 1994 г.
Все предыдущие Дни Святого Валентина в моей жизни прошли без Шейна и желания быть с ним. По ощущениям их была целая сотня, но, на самом деле, лишь пятнадцать.
Ну… точнее, было пятнадцать.
Вчера утром, когда я подошел к своему шкафчику, меня ждала записка. Она была на красной бумаге, вырезанной в форме сердца. Там говорилось:
«С Днем святого Валентина :)»
По почерку я сразу понял, что она от Шейна. Во время второго урока я тоже написал ему записку, подкинув на перемене в его шкафчик. Обычно, мы с ним не видимся до пятого урока, когда он провожает меня на испанский, по пути на урок обществознания.
И когда мы с ним, наконец, встретились, он попросил дождаться его после школы. Сказал, что отвезет меня домой, а потом снова заберет после ужина.
Эв ушел на свидание со своей девушкой, поэтому, когда появился Шейн, его не было дома. Он велел одеться потеплее, а в его машине оказался термос с горячим какао.
Я не знал, куда мы едем и чего ожидать. Шейн отвез нас к реке, недалеко от того места, где мы были пару месяцев назад, когда впервые поцеловались. Он припарковался и повел меня к телескопу, установленному в снегу.
Он рассказал, что нашел его дома среди прочего хлама своей бабушки. Телескоп был практически новым! Я был ужасно удивлен и счастлив. Мы нашли некоторые созвездия, и я рассказал Шейну их историю, а потом выпил горячего какао, чтобы согреться.
Но, в конце концов, стало слишком холодно, поэтому мы забрали телескоп и вернулись в машину.
Я сказал ему, что сегодняшний вечер был прекрасный и особенный. Шейн ответил, что для него вечер тоже особенный. Я почти признался ему, что на самом деле чувствую. Почему почти? Потому что побоялся испугать его. Не хочу оттолкнуть его и потерять. Даже пусть как просто друга. Но я попытался выразить все свои чувства в поцелуе. Наш поцелуй ощущался иначе, я почувствовал от Шейна что-то такое, что не могу объяснить… ну, помимо его стояка.