Глава 39
Тарен
Наталья убежала в очистительную комнату, но зачем? Почему от нее так сильно пахнут кровью, а она не сильно переживает по этому поводу. Может спросить Варена, он может аккуратно выяснить особенности землянок у Арины.
Сделав запрос на связь с Вареном, я сверлил ту крошечную щелочку, что оставила моя солири. Варен ответил тот час.
— Чем могу помочь, — улыбка Варена могла освещать целый этаж моего крейсера. На его плечах гордо восседала младшая дочка и активно дергала того за длинные черные косы.
— Можешь узнать у своей солири, почему от Натальи пахнет кровью.
— С ней что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовался друг.
— Нет, ничего серьезного, но информация нужна мне сейчас, — поторопил собеседника.
Варен кивком дал понять, что свяжется со мной в самое ближайшее время.
А мне оставалось лишь сканировать дверь и наслаждаться видом мелькающих выпуклостей под струями воды, которые не давали расслабиться телу ниже пояса.
Через пару раундов мне на комм упала короткая запись разговора Варена и Арины, его связанной. На сколько я понял, кровь нормальна у половозрелых самочек, она свидетельствует об отсутствии беременности, а так же указывает на здоровое развитие организма. По словам Арины, подобное состояние происходит каждые 28–30 циклов, а это значит, что беременность может наступить примерно в середине цикла. Так часто? Арина же настоятельно рекомендовала мне быть максимально нежным и не настаивать на близости с Натальей, т к все девушки по разному переносят это время и подобные действия могут быть неприятны.
Значит полную связь снова придется перенести. Не зря я занимаю пост главнокомандующего дравостанским флотом, моя хваленая выдержка не должна подвести.
Глава 40
Наташа
Как же приятно помыться. Всегда любила релакснуть под струями воды, смыть накопившуюся за день усталость и проблемы. Хоть голубой кисель оказался своеобразным на ощупь, но эффект расслабления предоставил в полной мере. Даже живот перестал болеть, хотя первый день из “этих самых” всегда отличался особым дискомфортом.
Остановив подачу воды, обнаружила, что вытираться мне нечем. Вот так влипла. Платье не подойдет, его потом одевать. Трусики и так мокрые, хотя уже и чистые. А полотенца не видно. Коротко взглянув в открытую щелочку, заметила Тарена. Эх, была не была.
— Тарен, скажи, у тебя есть полотенце? — вежливо поинтересовалась у мужчины.
— Нет, — лукавые нотки в его голосе чувствовалось на расстоянии.
— А в душе есть функция сушки? — у меня еще оставалась надежда остаться незамеченной.
— Да, — коротко сообщили мне.
— А как ее включить? — пыталась выведать практически секретную информацию.
— Очень сложно, я помогу, — послышались приближающиеся шаги.
— Нет, — заголосила я, — не надо, я сама разберусь.
Шаги стихли прямо у двери, но в щель никто не стал заглядывать. Я выдохнула и начала изучать абсолютно плоскую панель управления. Единственными значками на которой горели голубые и красные “волны“ в зависимости от температуры подачи воды. Все. Больше ни одного опознавательного знака. Волосы уже начали неприятно холодить спину, а остатки воды стекать тонкими дорожками. Хоть в кабинке и сохранялось тепло, но его было уже недостаточно. Мое тело уловило внезапное легкое дуновение прохладного воздуха, а на смену ему пришли обжигающие объятия. Боясь сделать лишний вдох, я замерла, как пойманная в ловушку птичка. На плечи опустилась мягкая ткань, похожая на флис, а к спине прижимался голый торс мужчины. Его явно выраженное возбуждение упиралось мне чуть ниже поясницы, а тяжелое дыхание обдавало жаром макушку.
— Ты думаешь, я дам тебе замерзнуть? — игриво спросил он своим низким голосом.
Я лишь смогла мотнуть головой.
Та ткань, что была подобием полотенца, совершенно ни от чего не защищала. Поначалу мое смущение и скованность не давали даже вдохнуть нормально. Чувствовала себя в капкане. Но горячие ладони, которые легли на плечи, шепот нежностей на ушко и запах, которым наполнялось небольшое помещение, начали действовать на меня расслабляюще.
Пересилив свой страх я вдохнула полной грудью и от пряного аромата Тарена мое сознание повело. Тело стало мягким, голова сама откинулась на его грудь, пальцы выпустили ткань, которая моментально оголила мою грудь. Контраст прохладного воздуха и горячей мужской груди, которая прижималась к моей спине, вызвали какую-то неконтролируемую волну возбуждения, пробежавшую по мне от кончиков пальцев на ногах до самой макушки. Застонав, вцепилась в его жилистые кисти рук, чтобы не свалиться на подкашивающихся ногах. Шумно втянув воздух у основания моей шеи, он умело перехватил мои запястья одной рукой, а второй накрыл грудь. Его ручища помещалась сразу на обеих вершинках, пальцами он умело выкручивал левый сосок, а основанием ладони поглаживал правый. От его изощренных прикосновений тело наполнялось возбуждением, начинало подрагивать, а из горла вырвались частые всхлипы. Тарен ловко переместил вторую руку на живот и начал плавно выводить чувственные узоры не переходя границы дозволенного. Россыпь мурашек постоянно пробегала по шее и спускалась на плечи, где этот нюхач то втягивал воздух в опасной близости от кожи, то целовал, то прикусывал тонкую венку. Я сама себе напоминала желе, с которым умело работает опытный кондитер. Ощущала себя самым желанным деликатесом. Самой уже не терпелось перевести эту чувственную пытку в более горизонтальную плоскость, но Тарен все прекратил, закончив рисовать только лишь мегому известные символы у меня на животе и отстранился. Я чуть не завалилась назад, все еще чувствуя опору, которая мгновенно меня покинула.