Грудь Рената вздымалась в частом, резком дыхании. Глаза пылали. Ноздри раздувались. Губы чуть приоткрылись, и мне безумно захотелось снова наклониться к ним и впиться, ставя печать “мой” на нем.
Но он не мой.
Никогда не был моим. И если я ему сейчас уступлю, он моим все равно не станет.
— Будешь уходить, — срывающимся голосом произнесла я, — приберись здесь.
Встала и шатающейся походкой дошла до спальни. Захлопнула за собой дверь, а потом сползла вниз и тихонечко зарыдала.
Ну почему у меня не складываются личные отношения?
Зачем он сказал, что помнит меня?
Почему тогда не продолжил наши отношения, ведь я ему давала столько шансов!
Не знаю, когда ушел он, но я проспала. Встала, позвонила Оле, предупредила, что задержусь.
— Прикрой меня перед боссом, — ватным голосом попросила я, а потом полчаса отмыкала в душе и приходила в себя.
Ощущение, что вчера за ужином из меня высосали все соки, не проходило. Может это из-за похмелья, надо сделать себе внушение никогда больше не пить, тем более при Ренате! Но мне показалось, что это все из-за него. Это Ренат выпил все мои соки своим изматывающим поцелуем.
Я забыла, что значит чувствовать это удушающее влечение к нему. Позволять все, что он не пожелает. И я не понимала, как смогла остановиться и уйти.
Но я смогла!
Из спальни я выходила с опаской. Во-первых, не знала ушел Ренат или остался. Во-вторых, морально готовилась к большой уборке в гостиной после вчерашнего погрома. Нет, я не верила, что Ренат послушался меня и убрался.
Слишком сказочно это звучало для бессердечного босса.
Но в комнате было чисто!
Я застыла в дверях спальни. Прислушалась. Тихо.
Кажется Ренат ушел.
Ушел, но прибрал за собой! Ничего себе!
Я на цыпочках обошла всю квартиру, убедилась, что его нет, и только потом вернулась в гостиную. На идеально чистом столике лежала визитка “Клининг-экспресс”. И с чего я решила, что он сам убирался?
Но все равно было приятно, что Ренат сэкономил мне время. Теперь быстренько собираюсь и лечу на работу!
Когда я его увижу в следующий раз? Что он скажет? Или промолчит? Он еще придет ко мне вечером, поужинать? Или больше не совершит этой ошибки?
Рой вопросов зудел в голове, пока я шла на работу. разбирала документы, заполняла формы и бланки. Я не переставала анализировать свое отношение к Ренату и его ко мне. Мои чувства не изменились, я все такая же доверчивая дура. А его ко мне?
Хотя… Если они не менялись у него четыре года, с чего бы им измениться сейчас, после одного поцелуя?
Ответ я получила в тот же день. Уже ближе к концу рабочего дня столкнулась в коридоре с Ренатом. Губы плотно сжаты, брови нахмурены, взгляд жесткий. Он вскользь посмотрел на меня, сделал вид, что не заметил, прошел мимо и даже не поприветствовал.
Ого. Наш бессердечный босс обиделся? Да разве ему есть чем обижаться? У него же нет сердца!
Я задержалась на кухне, а когда вернулась в кабинет, поняла, что-то случилось.
Оля сидела в моем кресле, прижав руку к груди, и побледнела так, что вот-вот свалится в обморок.
— Что случилось? — онемевшими губами спросила я.
— Вера, пришел Ренат Оборзевший. И тебя вызывает к себе босс, Тимур Александрович…
Зачем? Что наговорил ему Ренат, что наш босс решил разобраться со мной лично? Не пожаловался же, что я вчера закрыла перед его носом дверь спальни? Нет же. Тимур Александрович никогда не вмешивается в личные дела сотрудников.
Тогда что?
Руки тряслись, а колени дрожали так, что я в любой момент могла упасть на ослабевших ногах. Оля шла за мной и молчала. Она ничего не знала о причине вызова, боялась только сделать хуже, пытаясь меня успокоить. В приемной Оля осталась у своего стола, а я толкнула дверь в кабинет босса.
Первым, кого увидела, это вальяжно развалившийся в кресле для посетителей Ренат Айдарович. А вот Тимур Александрович как был, так и остался самым безжалостным боссом на свете. Сидел прямой как палка, напряженный, с сомкнутыми в одну линию жесткими губами.
Уволит. Как пить дать, уволит.
— Д-да, Тимур Александрович? — чуть заикаясь, выговорила я.
Ренат мгновенно поднял голову и уставился на меня через прищуренные веки. Наверное вспомнил тот день, когда я пришла устраиваться к нему на работу и так же заикалась. Я его игнорировала, не смотрела на него. Краем глаза считывала все его движения.
Когда же он меня отпустит!
— Вера Игоревна, как давно принят на работу новый коммерческий директор?