. И останусь я с носом. Ох, не зря говорят, простота хуже воровства. Как верно подмечено. Благо, фея под магической влюблённостью, сама уходить не желает. Но надо поторапливаться всё же». – Ну, раз боги её тебе послали, знать так надо, – заметил он мирно. – Я не буду препятствовать вашему браку. Я тебе даже благодарен. Фея ведь не только твоя невеста, но и моя гостья, раз в моих землях объявилась. Почётно, когда она здесь будет жить. Славу принесёт краям нашим. А то и процветание. Так что я вам даже помогу. Перед свадьбой поставлю дом новый, или подарю каменный в городе, если пожелаете. Дам тебе работу какую-нибудь доходную. Одену поприличнее, коня пожалую. Я о вас позабочусь. – Спасибо, милорд, – промямлил Рун в некоторой растерянности. – Ты-то сам как? Хочешь на ней жениться? – уставился барон на него пристально. – Конечно, ваша милость, – уверенно кивнул Рун. – Только об этом и мечтаю. Барон рассмеялся, скорее наивности собственного вопроса, чем ответу. Он успокоился. Фея кажется никуда не денется, а что смерд простофиля, это только на руку. Более разговор не продолжился. Барон сидел, занятый какими-то своими мыслями, полностью потеряв к собеседнику интерес. Рун уважительно помалкивал. Наконец дверь избы отворилась, и Лала, в новом облачении, появилась перед ними, заставив обоих встать, в восхищении глядя на неё. – Ой, – проронила она, увидев барона. Подлетела вплотную к Руну. – Добрый день, милорд. – Добрый день, госпожа моя, – отозвался барон, позволив себе не сдерживать пылкие интонации. Лала озорно буравила Руна глазками, улыбаясь добродушно и иронично, словно ожидая от него чего-то. Он любовался на неё и на её улыбку, позабыв обо всём на свете. Барон озадаченно наблюдал за этим действом. Лала вздохнула счастливо, переведя на него взгляд: – Что привело вас к нам, добрый лорд? – спросила она мягко. – Простите что без приглашенья, леди Лаланна, но у меня был повод. Благовидный, – поведал он чуть с юмором. – Вчера вы испросили у меня совета. Я обещал ответ. Вот, с ним приехал. Решил, послать слугу вместо себя будет неуваженьем к вам. Хотя быть может просто не смог пред искушеньем устоять вас снова повидать. Надеюсь, вы милосердие проявите ко мне, и гневаться не станете за это. – Ну что, вы, милый лорд Энвордриано, я только польщена визитом вашим. И смущена, мне совестно, что вас как будто вынудила к нам явиться, – заверила Лала. – О нет, прекраснейшая фея, вы здесь совсем не виноваты. Я вам не смог ответить сразу. Моя вина, за что прошу прощенья, – расшаркался в галантных любезностях барон. – Позвольте выразить вам свой восторг. Вы совершенство! Вы богиня. Услада для очей. Наряд ваш новый вас красит, как огранка бриллиант. Подчёркивая вашу прелесть, изящество и ослепительность. Вы словно солнце красоты, взошедшее над серым миром, вы освещаете его присутствием своим, расцвечивая яркими цветами безмерного очарования. Вас лицезреть и честь, и счастье, душа как будто попадает в рай, когда вы пред глазами предстаёте. – Спасибо за столь добрые и столь приятные слова, мой друг, – разулыбалась Лала, и перевела взгляд на Руна. – Видишь, милый, как надо комплименты говорить? Учись у лучших. А то мне ни словечка не сказал о том, как выгляжу. – Я, Лала, дар речи потерял, когда ты вышла, – простодушно повинился Рун. – Ты как всегда прекрасна. Так хороша… что аж болит внутри. Как смотришь на тебя. – Спасибо, славный мой, – Лала обняла его на мгновенье, а потом обернулась к барону. – Милорд, пройдёте в дом к нам? – Почту за честь побыть у вас в гостях, – с достоинством произнёс тот. – За честь почтёте побывать в нашем скромном крестьянском домике? – улыбнулась Лала. – Там, где живёте вы, почётно быть любому, – с чувством заявил барон. – Прошу вас, следуйте за нами, – Лала взяла Руна за руку. Едва зайдя в избу, барон, казалось, слегка оторопел от открывшейся ему картины, а когда его провели в горницу, лицо его и вовсе приобрело болезненное шокированное выражение. – Боже мой! – промолвил он тихо. – Это вы так живёте? – С милым рай в шалаше, – искренне поведала Лала. – Я, в первый раз сюда попав, прям испугалась. Но уже привыкла. С хорошими людьми приятно вместе быть. И чем теснее, тем уютней. Я счастлива, поверьте. Барон её словно бы и не слышал. Он всё так же озирался с расстроенной физиономией. – Я прикажу немедля привезти вам мебель. Ещё перину, шторы, скатерть. И плотников пришлю. И маляров. Так жить нельзя. – Милорд, не нужно, – сказала Лала мягко. – Мне хочется пожить, как все здесь. Как девушки крестьянские живут. Мне это даже интересно. – Настаивать я не посмею, но я прошу вас, – произнёс барон, глядя на неё с печальным сочувствием. – Примите скромный дар от друга. Не должно так существовать. Столь знаменательной особе. Я от души помочь хочу. Грех не принять. Раз не хотите у меня в замке поселиться. Лала призадумалась. Посмотрела на Руна с доброй ироничной улыбкой: – Прости, мой котёнок, сейчас я буду колдовать. Она отпустила его руку, отлетела от него на шаг, подняла правую ручку, сделала ей взмах, и обернулась вокруг себя, рассмеявшись негромко. От неё вспыхнуло яркое сиянье, на мгновенье озарив всё вокруг, а когда исчезло, дом полностью преобразился. Пол стал ровным, выложенным цветными узорами, потолок поднялся выше, просветлев от свежей побелки, стены из бревенчатых превратились в гладкие, обрели нежную окраску и покрылись росписью, а перекос в них исчез, окна увеличились, лавочка трансформировалась в резную изящную с расшитой мягкой обивкой, стол тоже обрёл изящество форм и засверкал полировкой, табуреточки, наволочки на подушках, даже сундук в углу – всё-всё сделалось новым и красивым. Горница заблистала безупречной стилистикой и вкусом, каких и в замке не сыскать. Барон застыл, потрясённый. Рун тоже впал в лёгкий ступор. Лала подлетела к нему, улыбнулась подбадривающе, снова взяла за руку. Он вздохнул глубоко. – Ну вот, милорд, теперь вы убедились, я думаю, что беспокойство ваше по поводу меня и моего жилья безосновательно, – тепло обратилась к гостю Лала. – Я знаю, вы мне друг. Когда мне нужно будет что-то, действительно необходимо, то я сама вас попрошу, не постесняюсь, но почту за честь принять от вас подмогу. Пока что в ней отсутствует нужда. Я очень счастлива, неужто вам не видно по мне? – Простите, – только и смог выдавить из себя барон. – Я магию старалась приберечь для добрых дел каких-то иль на крайний случай, – продолжила Лала. – Но если это успокоит вас, то мне не жалко и на свой уют её потратить. Зато теперь красиво в нашем доме. Присядьте, милый лорд. Барон послушался, неуверенной походкой подошёл к лавочке, опустился на неё. – Я слышал о волшебниках великих. Но и они на это не способны. На то, что вы сейчас наколдовали, – промолвил он с глубоким уважением. – Феи и маги-люди по-разному волшебство творят, милорд, – заметила Лала. – Я тоже не могу многое, что они могут. К тому же я сейчас под действием обряда очищения. Когда окончится его эффект, я снова стану очень слабенькой феей. Она одарила Руна нежным извиняющимся взглядом, отпустила его руку, тоже направилась к лавочке. Присела чуть поодаль от барона. Посмотрела на него радушно. – Быть может вы желаете покушать нехитрых деревенских яств, милорд? Или попить? У нас водичка есть и козье молочко. – Водицы бы испил, – кивнул барон. – Во рту, признаюсь, пересохло. От волненья. Рун быстро принёс воды в ковше. Барон отпил, отдал ковш обратно. – Чтож, я здесь не без причины, – сказал он с некоторой растерянностью. – Пора исполнить то, зачем пришёл. Готов ответить вам на ваш вопрос по поводу совета, дорогая леди Лаланна. – Мужчины сразу переходят к делу, – улыбнулась Лала. – Мне очень любопытно вас послушать, любезный лорд. Какой же вы дадите мне ответ? – Надеюсь, он вам по сердцу придётся, – молвил барон. – Я долго размышлял, и понял, что как правитель здешний, всем людям должен сам подать пример. Тут требовать не выйдет и бестактно. Но коли все увидят, что сам я вас привечаю вместе с женихом, то призадумаются, и уже навряд ли решатся по-другому поступать. Иначе говоря, теперь мой замок обоим вам открыт. Когда я приглашаю вас, то это значит и его, не сомневайтесь. Лишь два условия. Пусть он себя ведёт как подобает. Скромно и учтиво, в беседы наши с вами не встревая, когда его не вопрошали. И второе, я не могу его садить с собой за стол. Но я готов кормить его отдельно. В одной из комнат ему будут накрывать. Обслуга будет, блюд набор такой же. Со всем почётом, словно он из знати. Как гостя настоящего. Лала призадумалась. – Это очень благородно с вашей стороны. Так поступить, – произнесла она с удивлением и благодарностью. – Признаться честно, сама я не видела никакого выхода, когда испрашивала у вас совета. Думала, придётся просто не ходить ни к кому знатному. Я понимаю вашу жертву. Она велика. И я её приму, как помощь друга. Спасибо, добрый лорд. От всей души спасибо! – Я рад, – повеселел барон, кажется полностью придя в себя после свершившегося пред ним волшебства. – Любимый, ты согласен на данные условия? Кушать отдельно у милорда? – осторожно осведомилась Лала, повернувшись к Руну. – А это обязательно? – с сомнением поинтересовался он. – Почему я не могу дома поесть? – Это обед, Рун, когда днём кушают. Не бежать же тебе домой подкрепиться, когда ты в гостях. – Да я днём вообще могу не есть, – пожал Рун плечами. – Утром и вечером вполне достаточно. Бывает и один раз в сутки ешь, и