— Ты тоже полагаешь, меня у вас могут ограбить? — расстроено спросила Лала.
— Нет, — с уверенностью покачал он головой. — В деревне точно нет. Просто… я ведь не воин, Лала. Меча нет, да и не умею им пользоваться толком. Я могу умереть за тебя, это кажется всё, что я могу. Ты сможешь себя защитить, если что? От злых людей?
— Не знаю, Рун, — она тяжело вздохнула. — Ежели сильно испугаюсь, аж до паники, может и не смогу. Но обычно как раз наоборот. От испуга магия защитная и оберегающая гораздо легче творится. Что сейчас я не в состоянии даже помыслить наколдовать, само собой наколдуется и не потребует слишком много волшебства. Феи так устроены. Мы колдуем по наитию. От чувств, от сердца, от души. Не разумом. Я, Рун, грозы боюсь сильнее, чем людей. Люди всё же хорошо к феям относятся. Даже плохие. Обычно. К тому же на мне защитные чары. От молнии у меня нет колдовства, а от чужого зла… имеется. Я думаю, мне ничего не угрожает всё же. Не бойся за меня. Пока тебе я дорога, пока ты магию даруешь мне, я буду в безопасности. Мой рыцарь. Ты меня защищаешь, Рун. Именно ты моя главная защита. И тебе не нужен для этого меч. Любви достаточно.
— Ну ладно, коли так, — буркнул Рун с улыбкой, чуть смущённо.
Лала снова повеселела. Почему-то это его смущение тронуло её очень и вернуло ей счастье. Внутри согрело, что он беспокоится о ней, переживает. Она разулыбалась. Поднесла к себе правую руку, в которой сжимала веточку, задумалась ненадолго, затем левой рукой прикоснулась к веточке двумя пальчиками, засиявшими синим светом.
— Палочка, палочка, укажи нам пожалуйста путь-дороженьку к кладу, дедушкой мельником зарытому, — произнесла она просяще.
Рун посмотрел на неё с ожиданием. Лала ответила ему неуверенным взглядом:
— Всё. Теперь надо проверять.
— А как? — заинтересовался он.
— Ну, просто бросить несколько раз. Если будет всегда в одну сторону ложиться кончиком, значит работает. Хочешь, возьми, брось.
— Нет, лучше ты. Я понаблюдаю, — мягко отказался Рун. — Ты знаешь как правильно.
— Всё просто, милый. Она должна вращаться. Вот так.
Лала взяла веточку за серединку пальчиками, и крутанула, отпустив. Веточка, быстро кружась, упала наземь.
— Видишь, куда указывает кончиком, — сказала Лала. — Если будет всегда туда же, значит работает, значит там клад. В том направлении.
Она подняла веточку, снова крутанула, отпустив. Веточка упала совсем иначе.
— Ой! — разочарованно произнесла Лала. — Не работает.
— И что теперь? — вопросительно уставился Рун на неё.
— Ещё попробуем наверное. Магии мало тратится, можно хоть десять попыток сделать. Но надо что-то поменять. Рун, ты хочешь этот клад найти? Тебе интересно его искать?
— Да ты что, Лала! — удивлению Руна не было предела. — Я клады не искал никогда. Да ещё и магией. Это страх как интересно. Я очень хочу и найти, и искать его. Вместе с тобой. Твоя магия удивительная. Прямо завораживает.
— Палочка-направлялочка завораживает? — развеселилась Лала.
— Ну конечно! — подтвердил он искренне. — Чудо чудесное! И сама она, и поиск ей. Клада. Разве мечтал я о таком? О поиске сокровища?!
— Ой, спасибо, мой хороший! Мне легче будет колдоваться, зная, что тебе это столь по сердцу, — обрадовалась Лала. — Я и сама никогда не искала кладов, между прочим. Прямо чувствуешь себя героиней романа какого-то.
Глазки её загорелись задором. Она подняла палочку и снова коснулась двумя пальчиками, озарившимся синим сиянием:
— Палочка, палочка, ну пожалуйста, покажи нам путь к кладу дедушки-мельника, видишь как мой дорогой Рун хочет отыскать его. И я этого тоже очень-очень хочу! Искать с ним этот клад. И найти. Пожалуйста!
Веточка озарилась ненадолго синим огнём. Лала протянула её Руну.
— Держи, теперь ты попробуй, — попросила она ласково.
— Ну ладно.
Он сделал всё, как ранее Лала. Крутанул веточку и отпустил. Та упала, указывая на их избу.
— Наверное не сработало, — предположил он не без доли огорчения. Поднял веточку и повторил. Она снова указала на избу.