— Мне честь служить вам, госпожа, — взволнованно проговорил отец Геон. — Я… я в смятеньи полном, если честно. Все знают, в нашем мире множество чудес. Изобретательности неба нет предела. Но видя вас… О боже!
Он замолчал. Лала смотрела на него с доброй улыбкой, спокойно ожидая.
— Можно я на вас полюбуюсь хоть минуту? Дабы запечатлеть вас и сей момент нашей встречи навсегда в своём рассудке, — смущённо задал вопрос Геон с виноватым видом. — Когда начнётся обряд, мне придётся полностью сосредоточиться на нём, и вас уж я не очень буду замечать, госпожа. Мне станет не до лицезренья.
— Конечно, — мягко ответила Лала. — Любуйтесь, я всё понимаю.
Снова наступило молчанье. Отец Геон глядел на Лалу, поначалу с растерянным интересом, но постепенно на его лице всё более проявлялось выражение смеси радости, тоски и благоговения. Наконец он вздохнул:
— Спасибо, добрая госпожа. Я запомню нашу встречу навсегда. Так странно. Сидишь в обители годами, не помышляя даже и в мечтах увидеть чудеса. И вдруг судьба сама тебе устраивает встречу с волшебным существом из сказок. Чудны дела твои, Бог Небо.
— Быть может это вам награда за праведность, — предположил отец Тай.
— Спасибо, брат мой, но всё же есть много праведников гораздо достойнее меня, — скромно возразил Геон. — Чтож, приступим. Сейчас всё приготовлю. Минуточку.
Он отошёл к алтарному подиуму, достал из сумки, стоявшей там, верёвку ярко жёлтого цвета. Разложил её перед подиумом в фигуру, напоминающую круг, но не замкнутый до конца. Достал из сумки аккуратно свёрнутую расшитую золотом плащаницу, изобилующую узорами и изображениями рун, развернул, разложил внутри круга. Достал серебряную чашу треугольной формы, тоже поставил внутри круга. Достал миниатюрный изящный серебряный кинжал, положил рядом с чашей. Там же вскоре оказались два овальных гладко обточенных камушка из белого мрамора, совершенно одинаковые на вид, величиной с перепелиное яйцо, и квадратная тряпочка размером чуть более носового платка, подобно плащанице богато расшитая.
— Это всё святыни большие, — тихо поведал Лале отец Тай. — К примеру плащаница, ей уж за 80 лет, её святой древний старец Маэль освещал собственной кровью, к ней прикасались короли. И вот теперь она лежит в моём храме прямо на полу. Немыслимо! Я рад, что обратился к братьям. Они, как и я, считают, что вы госпожа, достойны самого лучшего.
— Для меня это очень-очень большая честь, — полушёпотом отозвалась Лала со смущённым личиком. — Но зачем же столько… беспокойства, отче? Я думала, вы сами проведёте обряд, ну… как бы… по-домашнему. А тут и дюжина монахов просвещённых, и святыни великие. Чрезмерно. Не нужно было.
— Простите, я с вами не соглашусь, дочь моя, — уважительно возразил отец Тай. — Поймите же, вы чудо! У нас все только рады вам помочь, хоть как-то оказаться вам полезны. Что до святынь, я думаю, отныне их станут ещё боле почитать, когда они соприкасались с феей. В обители гордиться будут этим. Предмета святость ведь не в нём самом, а в том, что было с ним, кому он был потребен. Мне ваша скромность очень по душе, вы добродетельны, сие весьма отрадно. Но в данном случае отсутствуют причины, чтоб вам её излишне проявлять. Вы только осчастливили здесь всех — меня, наш храм, обитель, моих братьев — нас честью одарив обряд для вас исполнить. Надеюсь, он вам пользу принесёт.
— Спасибо, добрый отче, — тепло поблагодарила его Лала.
Тем временем отец Геон достал из сумки бутыль, налил из неё воду в чашу, после чего убрал бутыль обратно в сумку. Сумку он вынес из круга, поставив в стороне.
— Всё готово, — сообщил он сдержанно, вернувшись к остальной троице. Сотворил над Лалой знак благословления. — Пройдёмте со мной, дочь моя.
Лала послушно отправилась за ним. Рядом с разложенной на полу верёвкой отец Геон остановился.
— Здесь нужно вам разуться и войти в круг, не переступая его, через его разрыв, — попросил он.
Лала скинула туфельки, прошла внутрь круга меж несомкнутыми концами верёвки.
— Ступайте прямо на плащаницу, — промолвил отец Геон.
Лала послушалась. Отец Геон тоже разулся, вошёл вслед за ней в круг, присел и сомкнул оный, завязав концы верёвки в узел. Круг был достаточно большой, чтобы внутри него свободно перемещаться. Отец Геон поднял два белых камня, лежащих около плащаницы, окунул их в чашу и протянул Лале.
— Возьмите в каждую руку по камню, зажмите в кулаки и уж не разжимайте до самого конца обряда, пока я не скажу.
Лала всё выполнила. По её личику было видно, что ей и любопытно, и волнительно.