— Такой приятный день, все меня хвалят, — порадовалась Лала. — Даже мой кавалер, обычно столь скупой на комплименты, сегодня мне их щедро раздаёт. Какая я счастливая!
— Да ты счастливая всегда. Когда мы обнимаемся.
— Всегда, любимый. Но слов приятных много не бывает. Для девушки.
— А объятий бывает много? Для девушки.
— Со мной такого не было пока. Давай проверим, прямо в этот вечер. Сейчас.
— Давай.
— Что ж ты меня в карете-то не обнял так трепетно. Держал за ручку лишь, и только, — пожурила его Лала.
— Да там этот рыцарь. Уставился. Зачем он с нами ехал? Прям без него бы мы не обошлись, — посетовал Рун.
— Опять смутился? — добродушно спросила Лала.
— Хоть бы знакомый кто. Пусть снова герольд. Тот вроде ничего. А тут. Да ещё так уставился, — принялся оправдываться Рун.
— Ну хоть не укачало тебя, и то хорошо.
— Немного-то тошнило.
— Скоро привыкнешь, котик мой. На третий раз и не почувствуешь ничего, надеюсь, — предположила Лала. — Взрослых не укачивает. Лишь деток. Ито редко. Я первый раз вижу, чтобы взрослого укачало.
— Ну прости, — вздохнул он.
— Да не за что тебе просить прощенья, мой славный. Ты самый лучший у меня.
Лала сияла и сияла.
— Хорошо как! — произнесла она. — Я так наскучалась, так наскучалась. Еле дотерпела. До дому.
— Сама и виновата, — усмехнулся Рун. — Надо было вместо платьев со мною быть.
— Ну как же я могла тебя лишить таких незабываемых картин, — с юмором посмотрела не него Лала. — К тому же ты теперь пылаешь. Это моя награда за терпенье.
— Как бы до пламени не вспыхнуть, — проронил он.
— Нет, — заверила Лала ласково. — Тебе не даст проклятье. Не бойся, мой котёнок, не сгоришь.
— Тебе видней, — молвил он, любуясь на её личико и её счастье.
— Как тебе обед у милорда? Правда понравился? Что более всего? — засыпала Лала его вопросами не без любопытства.
— Не хочется тебе врать, любимая. Ничего не понравилось, — с весёлым сожалением признался Рун.
— Правда-правда? — бесконечно изумилась Лала.
— Не привык я к такому, — объяснил он. — Да и честно говоря… это фейская пища.
— Фейская? — Лала рассмеялась. — Что значит фейская?
— Ну, для фей. Я, знаешь, в тайне надеялся, вот раз один трапезничать буду, без тебя, отвалят мне кусок мяса. Жаренного. А как бы нет так.
— Ох, бедненький. Уж так страдаешь, — полушутя полусерьёзно посочувствовала ему Лала. — Прости, мой хороший, я не догадалась попросить милорда. И не думала, что тебе не по вкусу придётся.
— Да нет, оно даже ничего было. Просто соленовато. А пирог был с ягодами, которые я не люблю. А просить не надо ничего. Ты что! Нельзя. Итак барон как гостя принимал. Ещё ему заказы делать? На еду. Это будет оскорблением для него.
— Может и так, — согласилась она.
— Мне не тяжело без мяса, Лала, поверь. Мне без тебя лишь тяжело, — очень искренне сказал Рун.
— О, снова приятное! — порадовалась Лала. — Расскажи мне, Рун, что ты делал, пока меня ожидал. Мне интересно. Просто сидел скучал, али с кем познакомился или даже подружился? Может с девицей какой из прислуги. Я заметила, как они на тебя поглядывают.
Она побуравила его глазками пристально.
— На сей вопрос нельзя ответить однозначно, — поведал Рун. — И познакомился как будто бы, и нет. Чужие есть чужие, просто люди, с которыми поговорил разок, и всё. Ни холодно от этого, ни жарко. Но я бы предпочёл не говорить. Я раньше никому не нужен был. Меня никто вокруг не замечал. И в том имелись плюсы, если честно. Свободен был как будто бы. А ныне. Все замечают. Я ведь не впервые пересекаюсь с слугами из замка. До этого для них был пустотой. Допустим, для служанок. А Теперь. Посмотрит каждая, а те что помоложе, порой и улыбнутся, и глядят приветливо, и даже что-то скажут. Не очень нравится мне это, Лала.
— Почему? — удивилась Лала. — Внимание всегда приятно.
— Мне что-то нет. Ведь я же понимаю, что это потому что я с тобой, я стал хорош. До этого был плох. Они считают, что я глуп, и если прикинутся мне другом, то тогда удастся и с тобою подружиться. Я им не важен, дураком считают, изображая что я им по нраву. Чего ж приятного?
— Рун, ну ты наверное преувеличиваешь, не все же такие плохие. Пойми, раз у тебя была дурная слава, люди думали о тебе плохо. Откуда им было знать, какой ты на самом деле? Сейчас все видят, что ты с феей, и понимают, значит есть в тебе хорошее. И тянутся, и конечно им интересна я, а тебе более всех обо мне известно, поэтому и ты им интересен. Как тот, кто сведущ, с кем любопытно будет поговорить. Не только потому что все желают ко мне быть ближе. Ты стал им интересен, пойми же. Знаешь какое самое главное богатство у всех нас, Рун? Ни злато, ни роскошные одежды, ни дворцы. Уважение. Когда тебя вокруг все уважают и ценят, даже без денег ты легко проживёшь, тебя любой с радостью пустит в дом, накормит, даст одежду. Даст работу. Сейчас, пока ты со мной, с тобой хотят общаться. Так не теряй эту возможность, Рун. Копи людское уваженье. Будь добр, разговаривай со всеми, заводи друзей, пусть все узнают, какой ты есть на самом деле. Тогда и после моего ухода не будешь боле одинок.