— Как же ты сумела уйти из замка?
— Да разве можно фею удержать без пут магических, без договора? Наивно и пытаться. Чуть магии поднакопила, чуть поколдовала, и улетела. Я даже и не волновалась на счёт того, смогу ли вырваться из неволи. Не знала только, куда направиться. Одной быть страшно.
— Лай как будто приблизился. Пойдём, Лала, — принялся уговаривать Рун.
— Ну нет, ну пять минут же не прошли, — просяще возразила Лала. — Наскучалась.
— Так я же никуда не денусь. Идти-то долго до чужих краёв. Наобнимаемся ещё.
— Нет, — упёрлась Лала, сияя улыбкой счастья бесконечного. — Обещал, так держи слово, мой дорогой. Пять минут.
— А как узнать, что они уже прошли? — усмехнулся Рун.
— Я тебе скажу, как пройдут, — лукаво заверила Лала.
— Ну ладно.
Полежать долго им всё же не удалось. Звук, производимый собаками, явно возрастал по громкости, не оставляя сомнений, что кто-то движется в эту сторону. Рун всё сильнее напрягался, да и Лала начала прислушиваться, не в силах более игнорировать происходящее.
— Ну что за невезение, — пожаловалась она. — Вечно нам кто-нибудь мешает побыть вдвоём. То бабушка твоя, то вот охотники. Всегда есть кто-то.
— В лес уйдём подальше. И там никто не потревожит, — пообещал Рун. — Пойдём, малышка. Сама же видишь, надо. А то точно на нас наткнутся.
— Хорошо, — вздохнула Лала.
Рун тут же поднялся, галантно помог ей встать, надел куртку, и они немедля поспешили прочь, в направлении от замка. Двигались быстрее, чем обычно, не отвлекаясь на разговоры, оба очень хотели избежать ненужной встречи. Но лай всё равно с каждой минутой лишь приближался. Стало доноситься и лошадиное ржание. В лесу, когда он не чащоба, и нет оврагов рядом никаких, стремление от глаз чужих укрыться порой нетривиальная задача.
— Давай спрячемся, — чуть взволнованно предложил Рун, указав на большое дерево. — Глядишь, мимо проскочат.
— Давай, — кивнула Лала.
Она встала вплотную к стволу, он вплотную к ней, как бы закрыв её собой. Почти что и в объятьях оказались, столь близко друг к другу. Глаза в глаза. Лала улыбалась, с приветливой многозначительной иронией, веселясь — и над происходящим, и над Руном, словно говоря: «только и ищешь повод меня обнять». Он улыбался ей, тоже не без юмора, осознавая всю глупость ситуации, в которой очутился. С девицею таиться от кого-то в лесу… довольно странно и в каком-то смысле нелепо. А если их обнаружат, как это объяснять? Подумают бог знает что. Остаётся только надеяться, что всё же не найдут. Но лай становился ближе и ближе, делая сию надежду всё призрачнее. Вскоре он раздался совсем рядом, окончательно развеяв её.
— Вот незадача, — посетовал Рун шёпотом. — Прямо сюда идут.
Лала лишь рассмеялась тихо.
— Ну что тут сделаешь, смущённый мой жених. Не повезло тебе, — посочувствовала она.
— Теперь уж прятаться нет смысла. Заметят всё равно, — с сожалением констатировал Рун.
Он отступил, перестав укрывать её собой. В этот момент из-за дерева выбежали два средней крупности породистых охотничьих пса, и сразу почтительно сели подле Лалы, излучая безмерное влюблённое дружелюбие.
— Здравствуйте, мои хорошие! — обрадовалась она. Погладила обоих, пробудив в них восторг.
Рун аккуратно выглянул из-за ствола в ту сторону, откуда явились собаки, лелея мысль, вдруг их хозяин далеко, тогда Лала может просто попросить их уйти, дабы они увели его за собой, и проблема решена. Но и здесь его ждало разочарование. Два всадника были уже буквально в двадцати шагах. Он замер, с тревогой ожидая их приближения. Мужчины средних лет, оба черноволосые, оба выбритые, ладная охотничья одежда, у каждого короткий меч за поясом и лук за спиной, добрые кони, добрая сбруя. Хоть и простолюдины, вполне успешные люди. Уверенные выражения лиц. В деревне у народишка не такие лица, не настолько невозмутимые. Подъехали, сразу спешились. Рун думал, что они удивятся Лале, но ни чуть не бывало. Вот на него самого они взирали с некоторой озадаченностью. В лесу незнакомцы для крестьянина не представляют опасности, отнять-то нечего. Однако для девицы определённо представляют. К тому же сия парочка уж слишком спокойно отнеслась к встрече с феей, Рун никак не мог интерпретировать такое их поведение, а неизвестность страшит. Поэтому он очень напрягся. Лала же, в отличие от него, кажется совсем ни испугалась.