— Ну, теоретически мы возможно могли бы вернуться, — поделился мыслью Рун. — Вряд ли после жабы барон рискнёт тебя снова обидеть.
— Ах, заинька, после того, что произошло, никак мне нельзя возвращаться в деревню. Это его земли. Я тут в гостях. И гость я ныне нежеланный. Да и сама тут не хочу быть.
— Насчёт нежеланной я бы поспорил, — возразил Рун. — Признает, что был неправ, прощенье вымолит с великою охотой, как мне кажется, помиритесь, и будет снова перед тобою расстилаться в любезностях, и радоваться этому.
— Может и так. Но я его боюсь. Я ему больше не верю, Рун, — с сожалением сказала Лала. — Он непорядочный. И за тебя опасаюсь. Вдруг он тебе худое причинит. И люди ваши тебе зла желали. Увидят нас снова вместе, что если опять гневаться на тебя станут? И как обниматься теперь при них, когда ты по их мнению уже мне не жених?
— Тяжело тебе будет, солнышко моё, по лесам неделями летать, — заметил Рун.
— Не тяжело. Если будет к кому прижаться на ночь, — горячо заверила Лала.
— Это сколько хочешь, — улыбнулся он.
— Милый, ты уже покушал? — поинтересовалась Лала многозначительно.
— Ага.
— Тогда давай ложиться.
— Да рано же ещё. Не заснуть, — весело отозвался Рун.
— Я очень-очень устала, мой котик, — поведала Лала чуть иронично, но всё же с нотками мягкой искренности в голосе.
— Сейчас.
Рун убрал остатки еды в сумку, отряхнул кусок материи от крошек.
— Ложись, моя красавица, — молвил он ласково.
Крылышки Лалы сразу опали, она улеглась на куртке. Рун укрыл её материей и сам лёг рядом. Лала прижалась к нему.
— Ла-лала-лала, — замурлыкала она тихонько.
И столько было светлой радости на её личике, и столько счастья простодушного, и бесконечность теплоты, и приязни, и трогательной доверчивости. Много всего. Словно ребёнок, у которого осуществилась самая заветная самая бесхитростная и добрая мечта. Ну вот что-то такое.
— Странные вы всё же существа, — усмехнулся Рун. — Феи объятий.
— Что-то у тебя опять сердечко зачасти ло, как в наши первые дни, заинька, — невинно побуравила его Лала сияющими глазками.
— Волнительно, — вздохнул он. — Отвык.
— И что же тебя так волнует, суженый мой?
— А вот догадайся, — с юмором ответил он.
Лала долго смотрела на него приветливо, ничего не говоря, а потом вдруг её взгляд стал каким-то особенно беззащитным.
— Любимый.
— Что, голубка моя?
— Ты никогда не хотел… прикоснуться ко мне… там где нельзя. Пока я сплю? — спросила она мягко, продолжая глядеть ему в глаза.
— Вот те раз. С чего такие вопросы? — удивился Рун. — Тоже отвыкла?
— Ну, ты же парень. Мужчин влекут… женские тела, — пояснила она извиняющимся тоном.
— Я и раньше был парнем, не впервые вместе ложимся. Чего вдруг сейчас этим озаботилась? — продолжал излучать недоумение Рун. — Я дал тебе какой-то повод?
— Нет, нет, мой славный, — заверила она по-доброму. — Просто… раньше, когда мы спали вдвоём… это происходило ещё до деревни, в лесу. У нас были несколько иные отношения. Однако я и тогда чуточку опасалась. Ты хороший, но что как в тебе проснётся твоя мужская природа, и ты не удержишься?
— Лала, я никогда не причиню тебе обид, — с чувством произнёс Рун. — Ради чего мне это делать?! В чём выгода?! Одним прикосновеньем разрушить всё, что было между нами? Пойми, ты мне очень нравишься. Мне нравится любоваться, как ты лучишься счастьем. И будет горестно видеть, как ты грустишь. И будет мерзко, если я тебя расстрою. Обижу столь ужасно.
— Но если я сплю и не узнаю, Рун? Тогда ведь не обижусь.
— Ну и что. Я-то буду знать. Лала! Как мне потом оставаться подле тебя, ощущая себя подлецом и ничтожеством? Неужели ты не чувствуешь, насколько ты дорога мне? Я скорее отрежу себе руку, чем прикоснусь к тебе с желаньем оскорбить. Или сделать дурно. Ты меня влечёшь гораздо больше, Лала. Чем твоё тело.
— Я верю тебе, мой рыцарь, — очень серьёзно сказала Лала. — Я больше никогда не буду сомневаться в тебе. Даже на ноготок. Даже на капельку. Никогда не подумаю про тебя худого. Я и раньше не думала. Но немножко было боязно. Всё же ты парень.
— А ты моя кошечка, — улыбнулся он.
— Мяу, — умиротворённо поговорила Лала. — Так уютно, Рун. С тобой. У барона я спала на мягкой кроватке. На пуховой перинке. Но здесь сейчас уютней и теплей. Спасибо, милый.