— Ты сейчас какой-то особенно трепетный, — тихим голоском ласково заметила она, сияя. — Это очень приятно.
— Ну дак, — усмехнулся Рун. — Когда смерть неподалёку, чувства обостряются. Больше ценить начинаешь всё. Не хочу тебя потерять.
— Мой герой, — с нежностью сказала Лала.
— Ну, вообще-то я свинкин герой, ради неё на подвиги иду, — весело поправил её он.
Лала рассмеялась добрым светлым смехом. Вдруг её глазки сверкнули воодушевлением.
— Ох, Рун, кажется я знаю, как тебе помочь магией, — произнесла она обрадовано.
— И как? — заинтересовался он.
Она осторожно отстранилась, чуть пошатнувшись, взмахнула ручкой, и сейчас же окружающий пейзаж между ними и кабанчиком изменился. Во многих местах трава и мхи стали вдруг ярко алыми. Где-то алых пятен было всего ничего, где-то красиво алели целые полянки.
— Что это? — с удивлением вымолвил Рун.
— Где видишь алый цвет, ступай туда, мой хороший, там надёжно, не провалишься, — поведала Лала, так и продолжая лучезарно светиться.
— Вот это да! — оценил он удобство её волшебства. Но всё же испытывал небольшие сомнения, поэтому добавил: — Ты уверена?
Лала кивнула:
— Ты аккуратно ступай, Рун, не прыгай. А так да, уверена.
Она воспарила, как бы приглашая его идти. Рун сделал шаг, другой, с интересом оглядывая красную растительность под ногами.
— Всё же, Лала, к твоей магии нельзя привыкнуть, — с чувством признался он. — Ты хоть понимаешь, насколько это удобно?! Никто бы не утоп в болоте никогда. И ходили бы через него в несколько раз быстрее.
— Я рада, любовь моя, что тебе так по сердцу пришлось моё маленькое колдовство, — добродушно улыбнулась Лала.
— Ну, пошли к твоему кабанчику, — проговорил он. — Кажется это всё же можно сделать.
Алый путь к кабанчику пролегал не по прямой, а зигзагом влево, но главное, что пролегал. Рун поначалу несколько осторожничал, однако чуть погодя решил полностью довериться Лале. Зашагал достаточно споро. Несколько минут, и вот он, застрявший свин, в двух шагах. Ближе двух шагов к нему алого цвета не было. Рун внимательно осмотрел животное и место вокруг него. Застрял свин основательно, провалился по грудь, не самая крупная особь, но и не поросёнок, всё равно весит поболее взрослого мужчины. Подойти к нему вплотную нельзя, вытащить одному человеку нереально. А начнёт чушка шевелиться, пытаясь объединить свои усилия по высвобождению с твоими, вероятнее всего завязнет лишь ещё сильнее. Рун попробовал палкой почву перед собой. И сразу понял, что алая травка отсутствует там не зря. Не подойти.
— Ну, что будем делать? — обернулся он к Лале с весёлой физиономией. — Снова обниматься? Ничем другим я тут помочь не могу.
— Рун, чтобы объятья помогли, ты должен обнимать меня от чистого сердца, а не ради того, чтобы меня осенило. Должен согреть меня. Лишь тогда это возможно пробудит что-то во мне, вдохновит, — в голоске Лалы слышались нотки сожаления.
— Глупенькая, — рассмеялся Рун. — Думаешь, я хочу обнять тебя из-за свина? Я люблю тебя, Лала. Мне хочется обнять тебя. Привык уже как-то, знаешь ли. Уж сам не могу долго без этого. Жду не дождусь, когда мы наконец до дурацкого озера дойдём. Вот уж где отведу душу.
Лала разулыбалась тепло.
— Не везёт тебе, Рун, — произнесла она с деланным сочувствием. — Кажется я и без объятий придумала, как спасти кабанчика.
— И что, даже не обнимешь жениха? — подивился он тоном, полным шутливого осуждения, словно стыдя её.
— Спасём, тогда и обниму, — иронично заявила Лала.
— Жестокая, — покачал Рун головой. — И что ты придумала?
— У тебя же есть верёвочка, Рун. Дай мне её, — попросила Лала.
Рун быстро достал из сумки верёвку, протянул ей. Лала подлетела к кабанчику, зависла около его мордочки.
— Скоро мы тебя вытащим, мой славный, — обратилась она к нему ласково. — Не переживай и ничего не бойся. Тебя сейчас верёвочка обвяжет.
Свин жалостливо хрюкнул. Лала вернулась к Руну, бросила один конец верёвки в сторону кабанчика, взмахнула ручкой, вокруг её пальчиков на мгновение появилось синее сияние. Тут же конец верёвки ожил, быстро пополз к кабанчику, точно змея, и вдруг поднырнул под него, уйдя под землю. Рун с открытым ртом наблюдал за происходящим. Какое-то время верёвка всё так же двигалась вглубь земли, будто кто-то тянул её туда. Неожиданно её конец появился с обратной стороны животного, обогнул оное по спине, и сам завязался вокруг в узел. Теперь кабанчик был обвязан верёвкой. Лала подала другой её конец Руну. Его лицо выражало полное недоумение.