Выбрать главу

Мало-помалу пульс Бет приходил в норму.

– Идея возникла у моего отца, когда он вел стеклорезный кружок с использованием традиционных инструментов. Но он… он умер, и им с Эрни не удалось как следует разрекламировать этот стеклорез. – Прошло уже столько времени, а сердце Бет до сих пор сжималось от боли, когда она заговаривала о тех днях.

Майк обернулся к ней, и лицо его смягчилось.

– Именно потому моему отцу так важно наладить торговлю этими стеклорезами, верно? Как дань памяти Питу… . – Да, и это… – Бет кашлянула, стараясь говорить обычным голосом, – это одна из причин, почему мне тоже хочется, чтобы у нас все получилось.

– Твой отец был замечательным человеком, – тихо произнес Майк.

Жгучая боль пронзила Бет при его словах.

– Тогда почему же ты не приехал, когда он умер, Майк?

Он дернулся, словно она его ударила, затем глубоко вздохнул.

– Через час после того, как я узнал о смерти Пита, у меня в кармане уже был билет на самолет. Но потом, когда объявили посадку, я решил, что у Аланы и у тебя и так достаточно хлопот, и разорвал свой билет – в целях поддержания мира, можно сказать. Если тебя это утешит – признаюсь, что теперь я жалею, что не приехал. Мне не следовало оставлять отца наедине с его горем, хотя мой приезд мог осложнить жизнь тебе и Алане. Бет была потрясена.

– Ты хочешь сказать, что тебе показалось, будто мы не захотим видеть тебя? – Боль и горечь затопили сердце Бет, едва она представила, как Майк из аэропорта направляется в гостиничный номер. И там, без сомнения, оплакивает Пита, практически воспитавшего его. – О, Майк… – она обвила его руками и прижалась щекой к его груди. – Мне так жаль, – прошептала она.

С глубоким вздохом он обнял ее и сказал:

– Я скучал по тебе. Бет.

– И я по тебе скучала… – Обнимая Майка, Бет чувствовала себя на верху блаженства, однако, как ей ни хотелось утешить его, она не смела быть слишком дерзкой. Очень осторожно она освободилась из его объятий и отступила в сторону. Может быть, новая тема разговора спасет ее от необдуманных действий. – Сегодня утром звонила Алана.

Майк пристально посмотрел на нее.

– Ты сказала ей, что я приехал? Смелость оставила Бет, и она опустила глаза под пронзительным взглядом Майка.

– Ну… Нет, не сказала.

– Почему?

– Понимаешь… у нее… у нее сейчас важная работа. Фирма ее только встает на ноги, и, если Алана бросит нанявшее ее семейство посреди водохранилища, ей придется платить Бог знает какую неустойку.

– А ты думаешь, она бросит их, если узнает, что я тут?

– Ну… Может быть…

Майк взялся рукой за подбородок Бет и заставил ее посмотреть ему в глаза. «

– И ты только поэтому ничего не сказала ей? Сердце ее застучало быстрее. Кажется, он видит ее насквозь.

– Майк, прошу тебя…

Пальцы его нежно скользнули вниз по ее щеке.

– Ты сказала, что скучала без меня. Что же ты такое нашла во мне?

Бет знала, что ей следует отступить от него на шаг-другой в сторону. Его прикосновения сводили ее с ума, она держалась на пределе, но… не могла тронуться с места.

– Ты… ты был мне как брат. Майк поднял другую руку и принялся вытаскивать шпильки из ее волос.

– Значит, вот оно как? Ты считаешь меня братом?

– Разумеется.

– И ты обращалась со мной как с братом, когда показывала, как работает стеклорез? Значит, только я сходил с ума, когда ты дотрагивалась до меня?

– Я… – в горле у Бет пересохло, когда Майк, распустив ее волосы, отбросил шпильки на столик. – Майк, прекрати… Мне надо идти… – она все не находила в себе сил пошевелиться.

– Можешь уходить, когда захочешь. – Его рука нежно обхватила ее затылок. – Но не раньше, чем я поцелую тебя…

Кровь застучала в голове Бет, как раскаты грома.

– Майк…

– И я скажу тебе вот что. – Он наклонил голову. – Во-первых, не кусайся. Во-вторых, я не твой брат. – И он припал губами к ее губам.

Глава 4

Майку страстно хотелось прижать Бет к себе и постараться забыть о своей боли. Однако он понимал, что может отпугнуть ее таким безудержным напором.

Бархатистые губы Бет слегка задрожали, и Майк позволил себе быть чуть смелее, побуждая ее впустить его. Через секунду губы ее медленно приоткрылись. Пытаясь усмирить сжигавшее его желание, Майк наслаждался лишь тем, что она была готова подарить ему. Поцелуй длился, казалось, вечность, а потом глаза Бет медленно открылись, и в их затуманенной глубине Майк увидел горечь и страх.

– Я веду себя недостойно, – пробормотала она и резко отступила в сторону.

– Нет, Бет, вовсе нет.

– Майк, я должна просить тебя забыть о том, что только что произошло. – Выпрямившись, Бет посмотрела ему прямо в глаза – так смотрят приговоренные к расстрелу. – Пожалуйста.

– Не могу… – Голос его прозвучал хрипло из-за переполнявшего его желания обладать ею. – Ведь я уже не помолвлен с Аланой. И не собираюсь вновь просить ее руки. Мы с ней совершенно разные люди.

– В самом деле? – Бет быстро собрала волосы и взяла со столика шпильки. При этом движении четко обрисовались острые контуры ее напрягшихся грудей. – Может быть, ты просто плывешь по течению?

Ее слова причинили ему боль.

– Ты хочешь сказать, что я поцеловал тебя только потому, что ты оказалась под рукой? Так?

– Что-то вроде этого. – Бет быстро закалывала волосы.

Несмотря на то что душу его переполняла досада, Майку отчаянно хотелось прижаться губами к нежной коже ее плеча, удержать ее руки над головой и поцеловать ямочку у основания шеи, выступающие ключицы, темную ложбинку между грудями…

– Майк, ведь ты любишь женщин, – продолжила Бет, – и они, судя по всему, не обходят тебя своим вниманием. Теперь ты опытный мужчина, который наверняка пережил некоторые… некоторые необычные моменты за время своих скитаний.

– Значит, тебе рисуются оргии с гологрудыми аборигенками…

– А разве этого не бывало?

– Я – мужчина, Бет. И в Бразилии я, разумеется, не жил монахом…

– И ты… ты узнал много нового?

– Да… – Он помолчал. – Тебе это интересно? – В ту же минуту он понял, что нечего было и спрашивать, так как учащенное дыхание Бет и блеск в ее глазах немедленно подсказали ему нужный ответ. – Женщины, с которыми я занимался любовью в джунглях, не страдают от ложных запретов, – добавил Майк. – Они не ведут двойную игру. Напротив, они заинтересованы в том, чтобы возможно полнее удовлетворить одну из важнейших потребностей человека.

– Но жизнь далеко не всегда так проста и безмятежна.

– Наверное, ты права. Бет глубоко вздохнула.

– Ты до сих пор небезразличен Алане, и я стала бы презирать себя, если бы…

– В таком случае ты уже должна чувствовать себя виноватой – из-за того, что не сказала ей о моем приезде. .Бет на мгновение заколебалась, словно собираясь возразить, но затем кивнула.

– Да, мне следовало сказать ей. Однако это неважно. Забудем все, что случилось.

Майк полунасмешливо взглянул на нее.

– Вряд ли я сумею сделать то, о чем ты просишь, Бет.

– А ты попытайся!

– Послушай, я не хочу причинять тебе или Алане еще большую боль, чем восемь лет назад, но мы не можем, понимаешь, не можем игнорировать то, что нас тянет друг к другу. Ведь все это время меня преследовало воспоминание о том, как меня целовала ты – ты, а не Алана.

В глазах Бет загорелся огонек, но почти сразу же и померк, словно затопленный чувством вины.

– Я сильно изменилась за эти годы.

– Но тебе, как и прежде, нужны факты и доказательства. Как в тот день, когда мне пришлось ехать по ступенькам пивоварни на велосипеде. Я и сейчас вижу эту картину: ты, уперев кулачки в костлявые бока, заявляешь мне:» Докажи, докажи, что сможешь, Майк!»

– Я уверена: ты проделал это ради Аланы, а вовсе не ради меня. Просто я случайно оказалась рядом, вот и все.

– Позволь в таком случае кое-что напомнить тебе, – возразил он. – Аланы тогда и близко не было. И когда я катился на скейтборде по шоссе в Могильном каньоне, Аланы тоже не было с нами. Не было ее и когда я лишь чудом не сорвался вниз с ограждения старого карьера. Я делал все это, чтобы произвести впечатление на тебя, а не на Алану.