дверь, дематериализуясь на место сбора. Автобус уже ждал их на лесистом участке, и дверь
раскрылась сразу же, как водитель заметил ее.
Преодолев три ступеньки, она расстегнула куртку и встретила взглядом свой класс.
Ново тусовалась в хвосте, заткнув уши наушниками, с айФоном в руках. Бун тоже. Акс снова
спал в конце, несомненно, ему снились вещи, которым лучше оставаться в его голове. Энслэм
что-то набирал на телефоне, наверное, обновлял статус на «Фейсбук» – «в отношениях с
52
Порше», который подарил ему отец в награду за поступление в учебную программу. А
Пэйтон потирал лицо, словно пытался растормошить себя ото сна.
– Привет, – сказал он, когда она подошла к нему.
Пэрадайз села напротив него, с другой стороны прохода, и он сменил положение,
прислонившись спиной к затемненному окну и вытянув ноги.
– Ты готова? – спросил он.
– Ответила бы, если бы знала, что нас ждет.
Он стиснул зубы.
– Ладно, сменим тему. Знаешь, что я услышал?
Пэйтон был главным сплетником… всегда. Именно он рассказал ей о новой игрушке в
семейном гараже Энслэма, о последнем скандале с участием его двоюродной кузины и том,
что она солгала родителям, где ночует в городе, о женщине, которая вышла замуж за какого-
то старикана и оргиях с множеством мужчин в гостевом коттедже ее имения.
Но это, должно быть, преувеличение.
– Что? – по крайней мере, разговор отвлечет ее от мыслей о Крэйге. – Можешь
рассказывать в красках. Дорога займет полчаса, как минимум.
– Не волнуйся, у меня в запасе полно историй.
– Слава богу. – И это несмотря на все те часы, что они провисели на телефоне днем. –
Я упоминала в последнее время, как тебя люблю?
– Да, но если хочешь доказать, то придется сделать ту татуировку.
– Я не стану набивать твой портрет на своей заднице.
– Когда ты будешь проходить мимо, мне будет на что посмотреть.
– Нет, если я буду носить штаны. И, блин, мне стоило оскорбиться на этот
комментарий?
– Да, прости, что приходится говорить тебе это, Пэрри, но блондинки с идеальными
фигурами и умными голубыми глазами ничего не добьются в этом мире. Пора бы уже
привыкнуть к этой печальной правде.
Запрокинув голову, она рассмеялась.
– Ладно, давай свою историю.
– Мой троюродный кузен рассказал, что Бал Двенадцатого Месяца будет проведен в
твоем особняке. Черт, почему ты ничего не рассказала мне?
– Я тоже слышал, – встрял Энслэм, не поднимая взгляда от телефона.
Пэрадайз оглянулась. Бун и Ново не могли ничего услышать, Акс спал. Понизив голос,
она сказала:
– Пэйтон, давай потише о таких вещах, забыл уже?
Ее друг размял костяшки.
– Прости. Но официально мы с тобой одиноки…а это важное событие. Пойдешь со
мной? Или я могу с тобой. – Он одарил ее победной улыбкой. – Развратно звучит, не так ли?
Пэрадайз выразительно посмотрела на него, но не почувствовала себя оскорбленной.
– Свинья. И да, прошу, будь моим сопровождающим. Мне понадобится помощь, чтобы
пережить эту ночь.
– Я буду примерным джентльменом… ну, большую часть вечера. Часов до двух ночи.
Я напьюсь в стельку. Предупреждаю заранее. Иначе мне не дожить до утра.
Наклонившись к проходу, она протянула ладонь:
– Дай пять.
Когда их руки встретились, Пэрадайз подумала: «Спасибо, Милостивый Боже, по
крайней мере, я пойду с другом».
Глава 23
Гребаная Бритни Спирс.
Сидя в конце аудитории, Крэйг мог думать лишь о том тупом доисторическом клипе
«Baby One More Time». Он видел эту хрень всего раз, когда старший, прошедший
превращение кузен смотрел видео с непонятным Крэйгу восторгом. В то время Крэйг не
врубался, как глупая школьница с парой косичек, клетчатой юбкой и открытым пупком может
кому-то понравиться.
Сейчас? До него дошло.
– … запал этого детонатора состоит из азида свинца, стифната свинца и алюминия, и
нужно закладывать сюда, в районе основного заряда, в нашем случае этот тетрил. – Когда
Бун поднял руку, Брат Тормент кивнул.
– Да?
– Есть другие воспламеняющие заряды?
– Хороший вопрос. Есть диазодинитрофенол, также можно использовать гремучую
ртуть с бертолетовой солью. Но в Братстве пользуются АСА53.Лекция продолжилась, Тор –
так представился Брат – объяснял им основы изготовления бомб… и Бун, ответственный за
поднятую руку, время от времени прерывал его с очередным «хорошим вопросом».
Если бы парень не был так хорош в рукопашке, а в другое время молчаливым и
неконфликтным, его можно было отнести к разряду всезнаек.
Тем временем, его правое и левое полушария танцевали польку, и он наблюдал, как
поочередно загорались лампочки творческаяполовина/аналитическаяполовина.
Его аналитическая сторона была погружена в происходящее в начале аудитории, где
на длинном столе были разложены химические смеси разных форм и в разных контейнерах, а
доска на стене была исписана каракулями и схемами.
«Творческая» сторона или «кобелиная сущность, забитая пошлостями», заставляла
смотреть на Пэрадайз. Она сидела впереди, за столом справа, и в отличие от него, девушка
была очень сосредоточена: она сидела, подавшись вперед, поглощенная информацией, и что-
то записывала в своем блокноте.
Часть ее волос была убрана назад и собрана в свободный узел, перетянутый какой-то
плотной черной резинкой, на ней была такая белая форма как для восточных единоборств.
Но, гребаный Ад, с таким же успехом Пэрадайз могла сидеть в стрингах и с распущенными
волосами, разметавшимися по ее плечами и груди…
Прекрати.
Хрен тебе, – ответило либидо.
Блеск. Сейчас он окончательно отвлекся и спорил сам с собой. Если не завязать с
мыслительными процессами, то в его черепе разразится катастрофа, по масштабам
сравнимая с «Тримайл»54.И, вот неожиданность, он снова пялился на нее.
Корень его проблемы – не считая оргазмов в душе – ее затылок.
Кожа на затылке должна быть такой же мягкой, как и на ее ноге.
Должна быть.
Поерзав на стуле, Крэйг тайком запустил руку под парту и поправил штаны. Ад и
преисподняя. Ему на самом деле нужно покончить с этим дерьмом.
И, даже заставив себя посмотреть на Тора и прислушаться к лекции о бомбах, он
представлял, как поднимается со стула, заходит к Пэрадайз со спины и скользит губами по
бледной коже между линией волос и воротником свободной белой футболки…
– Крэйг?
– Что? – пискнул он Тору. Потом, прокашлявшись, попытался вернуть более
мужественный голос: – В смысле, что?
– Подойди сюда и расскажи нам про это.
Крэйг посмотрел вниз. И представил, как его стояк натянет штаны перед всем
классом, если он встанет из-за парты. Огромный. Как цирковая палатка. Ага.
53
54
А потом он почувствовал на себе взгляд Пэрадайз… и его член дернулся с такой
силой, что подпрыгнули бедра.
Точно. Учитель имел в виду не такую детонацию, это наверняка.
***
– Крэйг?
Когда неловкая пауза заставила замереть весь класс, Пэрадайз собралась с духом и
оглянулась через плечо.
Она болезненно осознавала то место, которое занял Крэйг, чувствовала так, словно
достала пудру и навела зеркало, чтобы смотреть одновременно и на него, и на учителя. Бред
какой-то. Она была уверена, учитывая его «не с тобой и не сейчас» речь с прошлой ночи, что
он точно не думал о ней… поэтому казалось смехотворным тратить и секунду на мысли о
парне, если они не касались обучения.
К тому же, он ничем не пытался привлечь к себе внимание.
В отличие от других учеников. Бун задавал кучу вопросов… начав с «Почему нельзя
делать заметки на ноутбуке?», на что Брат ответил «Потому что от долбёжа по клавиатуре