Поцелуй Льда
Драконы Лэрды ‒ 4
Эми Пеннза
23 глав + Эпилог
Над переводом работали:
Переводчик: Denika
Редактор: Настёна
Вычитка: Алёна
Обложка: Оксана
Отрывок из Истории Перворождённых Рас
Драконы
Полиаморная раса, родом из Шотландского Высокогорья. Из всех Рас Перворожденных драконы самые свирепые. Истинные бессмертные, они не могут быть уничтожены болезнью, пламенем или обезглавливанием. Есть только один способ убить дракона ‒ убить одну из его пар.
Проклятие
Таинственная болезнь, которая стёрла с лица земли всех драконов женского пола. Преисполненные решимости спасти свой вид, оставшиеся самцы безжалостно охотились на самок других Перворождённых Рас и забирали их себе. Смотрите «Войну перворождённых».
Война Перворождённых
«И драконы пролили на землю дождь огня и пепла, когда искали новых невест. Они были настолько могущественны, что Судьба обязала их, предоставив им новых женщин из числа других бессмертных рас мира...»
Многовековая битва между драконами и другими видами бессмертных, которые составляют Расы Перворождённых. Вампир, оборотень, ведьма и фейри ‒ все объединились против небесных владык, решив помешать драконам украсть их самок. При этом они убивали своих собственных дочерей, так как это был единственный способ убить мужчин.
Великий Договор
«И случилось так, что последний чистокровный дракон, Безумный Король Кормак, сошёл со своего трона, чтобы положить конец войне...»
Соглашение между драконами и другими Расами Перворождённых, в соответствии с которым драконы обещали не похищать женщин и не заманивать их магией. Взамен другие Перворождённые согласились прекратить нападать на невест драконов. Но если женщина попадёт в поле зрения пары драконов, она принадлежит им... и небесные лэрды не отказываются от того, что принадлежит им.
Глава 1
Джорджи
«Поговори с драконами», ‒ сказали они. «Ничего страшного».
‒ Да, точно, ‒ пробормотала я, стоя в прихожей перед Большим залом замка Бейтир. Передо мной замаячили огромные деревянные двери, на которых были вырезаны летящие драконы. Дверные ручки величиной с мою голову поблескивали в мягком свете люстры.
Приподняв подбородок, я посмотрела на светильник. По крайней мере, здесь было электричество. Когда старейшины впервые сообщили мне, что я отправлюсь в замок короля Кормака, я не была уверена, что в резиденции древнего короля-дракона будут современные удобства. Ещё полгода назад считалось, что Кормак потерялся в каком-то огненном сне. Затем он и его пара Найл нашли свою истинную. Новость о том, что король-дракон вышел из многовекового безумия, была бы достаточно шокирующей. Но их с Найлом новая пара была легендарной женщиной-драконом, ‒ и в её крови был ключ к разрушению проклятия, которое стёрло с лица земли всех остальных женщин-драконов.
За последние полгода среди Перворожденных рас поползли слухи. Все хотели взглянуть на Кормака, легендарного короля драконов.
То есть все, кроме ведьм. Нет, мой народ хотел увидеть Найла Бэлфора, наполовину ведьмака, пару Кормака. Драконы называли Найла «Консортом». Но у темпераментного главы дома Бэлфоров были и другие имена среди ведьм.
Разрушитель проклятий.
Убийца родственников.
Повелитель всех стихий.
Никто не был уверен в последнем прозвище. Но дед Найла, Мулло Бэлфор, обладал всеми семью стихиями.
Пока Найл не убил его.
У меня по спине побежали мурашки, когда я посмотрела на дверные ручки, которые были выполнены в виде струящейся воды. Дизайн, несомненно, был данью уважения Найлу, чьим основным элементом была вода. Конечно, если он сражался с Мулло, Найл, скорее всего, тоже обладал элементом крови. Возможно, дверные ручки должны были символизировать кровь, самый желанный из всех элементов. Может быть, Найлу хватило бы одного взгляда на меня, чтобы решить, что я не гожусь для того, чтобы возглавлять дом Блэквудов. Он мог бы убить меня одним движением руки. Разорвать капилляры в моем теле и смотреть, как я истекаю кровью на каменных плитах.
С трудом сглотнув, я разгладила свою барасту (прим. перев. ‒ ведьмовская туника/мантия). Защитные заклинания, вплетённые в ткань, заискрились на моих ладонях, которые стали липкими, несмотря на прохладный воздух замка.
Снаружи ветер завывал вокруг древних каменных башен замка. Для большинства людей этот звук мог бы стать пугающим. Но я была рождена, чтобы управлять воздухом. Я могла путешествовать сквозь него, входя в потоки и выходя из них с такой же легкостью, с какой человек переходит из одной комнаты в другую. Путешествие из Нью-Йорка в Шотландию заняло несколько мгновений. Но я могла перемещаться по течению только в те места, где бывала раньше, поэтому на последнем этапе моего путешествия мне пришлось карабкаться на лодки в ледяных водах Гебридских островов, пока я не добралась до секретного острова драконов, скрытого за слоем маскирующей магии.
Мой желудок скрутило, воспоминания о бурной поездке на лодке из Сторноуэя заставили меня пошатнуться. Я проглотила подступающую тошноту, протянула руку и почувствовала дуновение ветерка.
Там.
Лёгкое, прохладное дуновение обвилось вокруг моих пальцев. Тошнота отступила, когда я подняла руку и позволила ветерку поиграть с моей ладонью. Глубоко в моей груди заискрилась магия. Ветерок откликнулся, закручиваясь в изящную спираль и вызывая улыбку на моих губах. Второй поток потёк через ближайшую щель для стрелы и присоединился к первому. Они закружились друг вокруг друга в грациозном танце.
‒ О, теперь вы просто выпендриваетесь, ‒ пробормотала я, и моя улыбка стала шире, когда я подтолкнула их своей магией. Потоки усилились, взмывая вверх, когда они зависли над моей ладонью, как крошечный торнадо. Когда ветер ласково провёл пальцами по моим волосам, боль и неудобства двухдневного путешествия по бурному морю отступили. Течение усилилось, ветер трепал подол моей барасты.
Смех клокотал у меня в горле, когда я добавила в ветер ещё магии, отчего башня засверкала. Без предупреждения магия в моей груди зазвенела, как будто кто-то извлекал диссонирующую ноту из арфы. Столб ветра задрожал, а затем резко накренился в сторону.
‒ Нет! ‒ воскликнула я, поднимая другую руку, чтобы удержать её.
Ветер вырвался из моей ладони, пронёсся по прихожей и врезался в большой деревянный шкаф. Когда ветер стих, огромная ваза, стоявшая на шкафу, закачалась из стороны в сторону.
Я подскочила к ней.
‒ Нет, нет, нет...
Ваза опрокинулась, ударилась о каменные плиты и разбилась вдребезги.
Я замерла, сердце бешено колотилось о рёбра.
Я только что разбила вазу короля Кормака.