В глазах Кормака промелькнуло что-то, что могло быть уважением.
‒ Говоришь, как дочь Рамсина Блэквуда.
‒ Я только надеюсь, что смогу оправдать его имя, сэр.
Дверь рядом с камином открылась, и в зал вошёл высокий, широкоплечий мужчина с тёмными волосами. Он смотрел в смартфон и говорил рассеянным тоном.
‒ Хлоя только что прислала новые фотографии, Изольда, ‒ он поднял голову и замер, когда его взгляд упал на меня. Его зелёные глаза расширились. ‒ О... ‒ он бросил взгляд на Кормака и прочистил горло. ‒ Прошу прощения, ваше величество, я не знал, что у нас гости.
‒ Новые фотографии? ‒ спросила Изольда, и её голос сорвался на визг. Она вскочила на ноги и практически перелетела с помоста на сторону темноволосого дракона. ‒ Дай-ка я посмотрю, дай-ка я посмотрю! ‒ она выхватила телефон из его рук и уставилась на экран, её блестящие чёрные локоны рассыпались по плечам. ‒ О, боги, он такой милый.
Дракон прижал руку к груди и посмотрел на неё с притворным ужасом.
‒ Чуть не оторвала мне руку.
‒ Тихо, ‒ пробормотала она, проводя пальцем по экрану. ‒ Я смотрю на очаровательного дракончика.
‒ Да, он храбрый парень, ‒ произнёс темноволосый мужчина, и его красивое лицо расплылось в улыбке, так похожей на улыбку королевы, что я понял, что это не кто иной, как Брэм МакГрегор, её брат-близнец. Их разлучили при рождении демон-лекарь, который похитил Изольду, чтобы продлить свою жизнь, выпив её кровь. Найл почуял её присутствие в мире демонов и спас её, что привело к раскрытию двуличия Мулло и его окончательной смерти.
На помосте Найл и Кормак с нежностью наблюдали за Изольдой и Брэмом. Остальные драконы в Зале расслабились, на их лицах было одинаковое выражение. Подул лёгкий ветерок, и волны любви и привязанности закружились в потоке. И это было неудивительно, если драконы обрадовались появлению нового ребёнка. Теперь, когда проклятие было снято, возможно, у одной из триад родится дочь. Любая женщина, рождённая от драконов, скорее всего, будет избалована сверх всякой меры.
Конечно, когда она достигнет совершеннолетия, её также будут окружать поклонники. Её будет ждать не одна, а две пары.
У меня по спине побежали мурашки, когда я оглядела Зал, останавливая взгляд на каждом воине. Многие женщины были бы в восторге от того, что двое крепких, властных мужчин будут соперничать за её внимание. Но драконы, как известно, безжалостны к своим парам. Как только они находят свою истинную, ничто, кроме смерти, не сможет помешать им заявить на неё права.
Покалывание у меня на затылке перешло в дрожь.
Следом за Брэмом в открытую дверь вошёл ещё один мужчина, едва не столкнувшись при этом с Брэмом и Изольдой. Высокий и статный, его широкие плечи полностью закрывали дверной проём. Его темно-русые волосы были растрепаны волнами.
‒ Ого! ‒ воскликнул он, отступая назад с добродушной улыбкой. ‒ У нас тут пробка на дороге.
Без предупреждения по Большому залу пронесся мощный порыв ветра, задув свечи и заставив огонь запрыгать в камине. Когда поток воды взметнул мои волосы, тот же электрический разряд, который прошел по дуге между королем и его парой, ударил в меня.
Вожделение.
Оно ударило меня прямо в грудь, удар был настолько сильным, что отбросил меня на шаг назад. Мгновенно мои трусики наполнились влагой. Мои внутренние мышцы напряглись.
Я судорожно вздохнула, унижение и замешательство смешались с желанием. В тот же миг незнакомец обошёл Брэма и Изольду. Взгляд его зелёных глаз встретился с моим.
И они вспыхнули, как изумруды. Порыв ветра усилился, взъерошив его волосы. В мгновение ока вокруг его головы появились призрачные рога, а затем исчезли.
‒ ТЫ, ‒ сказал он, и его голос эхом отозвался, когда он указал на меня. Как только он сделал этот жест, меня накрыла ещё одна волна вожделения, заставив мои соски сжаться, пока я не закричала.
‒ Н-нет, ‒ ответила я, отступая. Или пытаясь это сделать. Потому что каждая клеточка моего тела кричала мне пересечь зал и броситься на незнакомца.
‒ Да, ‒ произнёс он, и его зеленые глаза засияли ещё ярче, когда он шагнул вперёд. ‒ Ты моя.
Это заявление повисло в воздухе и попало прямо в мои лёгкие. Сексуальное возбуждение взорвалось, заставив мои колени подогнуться. Дракон подхватил меня, прежде чем я успела упасть, и перед моим взором предстали улыбающиеся зеленые глаза и твердый подбородок, обрамленный золотистой щетиной.
‒ Ведьма, ‒ пробормотал он, привлекая мой взгляд к своим сияющим глазам. Они вспыхнули от удовлетворения. ‒ Идеально.
‒ Что? ‒ я вздохнула. Каким-то образом мне удалось сохранить присутствие духа, чтобы вспомнить, где нахожусь, и я повернул голову к помосту.
Изольда стояла у подножия, подперев подбородок руками, и лучезарно улыбалась незнакомцу и мне.
‒ Это самый лучший сюрприз!
Найл покачал головой и пробормотал:
‒ Невероятно.
Король Кормак улыбнулся.
‒ Ты пришла сюда в поисках своей судьбы, Джорджина Блэквуд. Похоже, судьба нашла тебя первой.
Глава 2
Кэллум
У ведьмы отвисла челюсть, когда она уставилась на короля.
‒ Что ты имеешь в виду?
‒ Это значит, что ты моя, ‒ сказал я, борясь с желанием подхватить её на руки и унести из Большого зала прямо в свою спальню. Моя магия напряглась, желая, чтобы её спустили с поводка, чтобы я мог доставить удовольствие своей паре.
Она посмотрела на меня снизу-вверх, в ее фиолетовых глазах плескались вожделение и растущая тревога. Слегка охнув, она высвободилась из моих объятий. Я отпустил её, и она отшатнулась, вытянув руку, словно хотела оттолкнуть меня.
‒ Это не сработает, ‒ проговорил я, пожимая плечами. ‒ Я только наполовину демон.
‒ Демон? ‒ она окинула взглядом мои волосы, вероятно, в поисках рогов.
‒ Инкуб, если быть точным.
‒ О, боги, ‒ всхлипнула она и одернула подол своей барасты, которая была короче и более облегающей, чем та, что носил Найл. Ведьмы были физически слабее других рас Перворождённых, поэтому они накладывали защитные заклинания на свои верхние одежды. Их бараста также защищали их от других ведьм, которые могли попытаться украсть их стихии. Консорт всегда носил черное, но моя ведьмочка была очаровательна в барасте того же темно-фиолетового оттенка, что и ее глаза.
Сладкий аромат её возбуждения наполнил воздух, отчего мой член напрягся, а из горла вырвался рык. По всему Залу драконы, не имеющие пары, переминались с ноги на ногу. Некоторые из них издавали болезненные, сдавленные звуки, когда до них донёсся запах.
Щёки ведьмы стали пунцовыми. Её соски торчали из-под лифчика, как маленькие наконечники копий. Меня окутал пьянящий аромат её крема. Она была мокрой, моя ведьма, и, вероятно, ещё несколько секунд, и её трусики промокнут насквозь, чтобы намочить узкие чёрные штаны, облегающие её округлые бёдра.
Моя.
Каждый кусочек этого крема принадлежал мне.
Её ноздри раздулись, когда она оглядела меня, её прекрасные глаза задержались на моих плечах и подбородке.