Пусть глаза Рокси остались в неведении, но ушам так не повезло. Когда они с Тавеллом остановились у реки, чтобы перевести дух, она все еще слышала хруст костей Нальдо. Может, теперь только в своем воображении.
— Мы должны вернуться к Фенисии. — Пробормотала Рокси.
— Нет… не знаю, дай мне время подумать. — Тавелл потер лоб. — «Синее яблоко» — те еще говнюки, а Король Помех — это серьезно. Это чертов Аль Капоне магического мира.
Рокси пожала плечами. На семейные дела Кэнди ей бы было плевать. Разве ее саму это касалось? Она и сейчас полагала, что не касается.
— Кэнди выбросила мой кулон. Мы в безопасности.
Тавелл вдруг резко развернулся и, схватив Рокси за плечи, встряхнул ее.
— Возможно, Кэнди — это кое-кто похуже. Помнишь ту историю с маленькой девочкой-богиней?
Рокси помотала головой.
— Лет двадцать с чем-то назад ее мамаша таскалась то на телевидение, то во всякие центры, раздающие гранты магам, и везде пихала свою дочурку. Она-де инкарнация древней богини. Такое изредка действительно случается, и ее всерьез проверяли… — Тавелл вздохнул. — У нее даже магии не нашли. Пустышка. Потом уже выяснили, что она может брать чужие чары и присваивать их себе. Точнее, она сама это выяснила.
Руки Тавелла отпустили плечи Рокси. И снова на них вернулись через мгновение, растирая, успокаивая. Тавелл понял, что пугает Роксану. Он был ненадежным любовником, паршивым бойфрендом, и до сих пор оставался тем и другим разом, но кем он не был, так это сволочью вроде Нальдо, из тех, кому по кайфу пугать девушек и торчать от понимания, что тем больно.
— Ты правда не знаешь эту историю? Потом чикуля выросла, наловчилась воровать чужую магию, и опа-на! Сколотила банду, а главарем ее взяла своего хахаля, Короля Помех. Техномага, которому не было и нет равных.
Тавелл сплюнул на землю.
— Так он в тюрьме… а говорили, он сдох. Я думал, мир может вздохнуть свободно.
Тавелл ошибался не только в этом, однако в общих чертах изложил Рокси верную версию. Он собирался еще рассказать ей, чем все кончилось — насколько сам он знал, обычно не вникая в новости. «Дикарки» и Король Помех грабили банки, судя по всему, из чистого озорства — Виктор Лиддс наследовал знатному роду и купался в деньгах с рождения. И из своеобразного понимания справедливости, которое мало кто мог разделить. А потом он провозгласил свою жену, Сокорро, богиней… и она ею стала. Или, возможно, действительно ею всегда была.
Но ничего из этого Тавелл сказать не успел. Он сперва почувствовал спиной движение магии, а уж потом, через долю секунды, заслышал шорох листвы. Шаг мягких лап по песку… Тавелл схватился за мачете.
— Нет нужды, мой друг. — Пропел мелодичный голос. Юрупари. Тавелл ощущал запах и вкус его ауры, так что мог догадаться, даже не оборачиваясь. — Мы просто поговорим. Обычно этого достаточно.
Рокси вдруг почувствовала, что ее нервы сдали. И, что главнее, она почувствовала, что права — а в такие минуты у нее срывало резьбу.
— На что бы ты ни рассчитывал, ничего ты не получишь, чертов… — Запала Рокси хватило ненадолго, и взрыв завершился писком. — Дьявол…
На Юрупари реплика особенного впечатления не произвела. Он смотрел на парочку перед собой со снисходительным умилением.
— Ах, люблю девушек! Такие они лакомые кусочки, даже самые бесполезные из них. — Юрупари облизнулся. — Редко сюда заходят. Кстати, Тавелл… вы тут, смотрю, вторую следопытку уже потеряли. Осталась последняя, и та — самая драгоценная из них.
Он указал когтистым пальцем на Рокси.
— Ну а теперь, когда самые надоедливые нас покинули, поговорим о деле.
Тавелл сделал шаг вперед, пытаясь закрыть Роксану собой. Юрупари проигнорировал и это, чувствуя себя полным хозяином положения. Он приближался медленно и грациозно, словно кот, гуляющий по своей территории. Если мышка или птичка забрела на чужой двор, это не его проблема. Но его право — расправиться с этакой беспечной дурехой.
— Я мог бы убить вас обоих. Одним только щелчком пальца. Не делаю этого только потому, что девчушка и ее потомство нужны мне живыми.
Юрупари скривился, сам больше всех досадуя на подобные обстоятельства. Как было бы проще, если б ему не имелось нужды тратить на этих жалких смертных слова.
Рокси еще чувствовала в себе запал ярости. Адреналин бурлил в ней, и на мгновение ей показалось, что она ничем не хуже Кэнди. Она сунула руку в рюкзак Тавелла, сжала пистолет и рывком выдернула его наружу. А затем наставила на Юрупари.
— Он не заряжен, дура. — Сказал Юрупари. Покачал головой, цокнул языком (багровый всполох метнулся меж губ). — Вы очень меня утомили.