— Ну что еще? — Кэнди обернулась на спутника, не спешившего шагать с нею в ногу. — Мы расколдуем твою суженую и, обещаю, наши пути разойдутся. Ты все еще не доволен?
— Это слишком для меня. Не должно быть. Однако… — Дэйв всплеснул руками. Он не вертел головой, но зрачками жадно шарил вокруг, пытаясь запомнить как можно больше. — Оказаться здесь — это как приехать в чертов Париж. Все только и говорят, какой это чудесный городок, но кому-то не хватает зарплаты, кому-то времени вырваться в тур.
Кэнди подняла брови.
— Я читал отчеты людей, побывавших в деревнях духов. Но сам… — Дэйв покачал головой. — Представить не мог, что такое случится.
Для Кэнди тем удивительней было воодушевление спутника, что город выглядел не слишком причудливо. Чтобы представить его, достаточно было заглянуть в любую книжку готической литературы: сероват, пустоват, полон однотипных домов с облезающей краской за ржавеющими коваными оградами. Пошленько, сказала бы она, как жительница американского мегаполиса. Клишированно.
Мимо прошла компашка духов: человеческие фигуры, точно объятые дрожащим раскаленным воздухом. Дэйв бросил на них любопытный взгляд, но не успел как следует рассмотреть хоть что-то — пальцы Кандиды стиснули его подбородок, поворачивая к себе.
— Не стоит так таращиться. Таким, как ты, опасно здесь вести себя слишком привольно. Ты человек, и они это чувствуют.
Кэнди выдернула ленту из косы, и без того почти расплетшейся на отдельные пряди.
— Вот. Тебя не тронут.
Дэйв перехватил ее руки, уже легшие ему на волосы, и сам повязал ленту поверх хвоста.
— Теперь я твоя собственность?
— Ты мой «плюс-один». — Кэнди скривилась. — Боже, не заводись так. То, что я преступница мирового масштаба еще не значит, что я отбитая сука.
Дэйв смотрел на нее пристально, нахмурясь.
— Ладно, я преступница и отбитая сука, но это не значит, что я собираюсь тебе навредить. — Кэнди развела руками. — Прямо сейчас.
И, взяв спутника за руку, Кандида целеустремленно похромала прочь. Дэйв, даром, что ему ничего не мешало идти, отставал, все пытаясь рассмотреть в пути хоть чуточку больше. Но город духов… на первый взгляд напоминал обычное поселение. Ну, в какой-то мере он казался декорациями к фильму. Слишком правильные линии там, где их быть не должно, и дрожащие, расплывчатые — где не ждешь подвоха. И свет… все казалось точно снятым на пленку в шестидесятых или семидесятых. Вокруг властвовали серый, зеленый и фиолетовый оттенки — от жгущего глаза индиго до пыльного цвета чертополоха.
И еще — Дэйв отметил, что его смущало — отсутствие рекламы. Даже вдали от мегаполисов, в ирландской ли глубинке или здесь, на острове, где не было нужды промоутировать «Старбакс» или «Уильям Хилл», за неимением оных поблизости, местные рестораторы или держательницы лавок и парикмахерских как-то пытались привлечь внимание к своему бизнесу. Не слишком активно, однако все же какие-то определенные указатели имелись… Дэйв вдруг вспомнил, каким уютом веяло от простых табличек «Гостиница», «Кофейня». Когда он был еще студентом, одна такая вывеска лишь припиской «здесь можно поесть и выпить кофе» ввергла его в состояние уютного домашнего спокойствия. Как бы все ни было кошмарно, если ты нашел, где перекусить и взбодриться дозой кофеина, все уже не так беспросветно плохо, как могло бы быть.
Тем поразительней, что сейчас он не задыхался от ужаса, хотя ситуация, определенно, была куда серьезней, чем тогда — одно дело отстать от экскурсии с деканом. И совсем другое — тащиться по враждебной территории за руку с женой Короля Помех. Бывшей женой, что, возможно, только усугубляло ситуацию.
Дэйв не хотел признаваться даже самому себе, как неожиданно свежо себя почувствовал. Вот почему он залип в этих джунглях на годы. Ощущение опасности отвлекало его от самокопаний. Позволяло не заниматься своей жизнью и не разбираться в мелких проблемах, которые прежде он раздувал до вселенских масштабов.
Когда Эсди пропала, Дэйв осознал, насколько жалкий путь он избрал. Как легкомысленно и глупо относился к своим обязанностям, к своим друзьям. К самому себе, в конце концов. Это была настоящая трагедия, врезавшаяся в его жизнь, которую он привык воспринимать как пьесу, как ролевую игру.
Но теперь, тут, в мире духов, зная, что у Эсди есть надежда, Дэйв снова почувствовал это захватывающее ощущение. Опасность, которая, скорее всего, на самом деле тебе не грозит. Он бросил взгляд на Кэнди. Преступница, которой ты, вроде бы, нравишься. Да уж, с такими наклонностями он в других обстоятельствах попал бы в серьезный переплет. Возможно, матушка и была права: ему стоило возблагодарить Бога. Существовал какой-то там ангел-хранитель, и пока ему удавалось беречь задницу Дэйва от слишком серьезных неприятностей.