Дэйв догадывался, что имеется в виду. Кэнди открыла страницу, на которую он опасался заглядывать в одиночку, но раз немыслимое произнесено, нечего было жеманничать дальше.
— Да, Эсди… — Дэвид чувствовал, как свело у него напряжением брови под бархатной маской. — После болезни она не может иметь детей. У нее была операция…
— Надо же. Она, наверное, и не думала, что когда-нибудь это сохранит ей жизнь. Если мы не будем тут рассиживать еще дольше положенного.
Кэнди взглянула на запястье, где еще оставались часы Эсди. Правда, стрелки крутились как ненормальные, не показывая совершенно никакого времени. Она вернула взгляд на Скрэтча (и от Дэйва не ускользнуло, что ее глаза тотчас страстно вспыхнули).
— Ладно, тогда, вероятно, это Юрупари. Он ошивался рядом с самого начала, но особенно не наглел.
— Да без разницы, Дэйв! Мы не братья Харди. — Кэнди всплеснула руками. — И не Нэнси Дрю. Мы спасаем твою подружку и отваливаем. Только если ее хозяин придет возмущаться — что-нибудь придумаем. По ходу действия.
Она выставила палец в его сторону, и Дэвид отзеркалил движение.
— Ты разве не должна предупредить, что у нас на хвосте «Синее яблоко»?
— Я начинаю думать, что самый простой путь оставить тебя привязанным у ближайшего святилища.
— У тебя зубы не болят? От твоего-то ядовитого языка?
«Что. Ты. Делаешь.» — прошипел внутри головы Дэйва внутренний голос. Ты дразнишь чертову дочь ночного кошмара и мировую уголовницу. Нет, мог бы ответить Дэйв. Я с ней флиртую. С эпической девчонкой. Эпичней просто некуда.
Но есть проблема: она хочет не тебя.
— Ладно, — Кэнди тяжело вздохнула. — У нас на хвосте было «Синее яблоко». Но я решила проблему.
— Ну слава Богу. — Отозвался Дэйв. — Ты подтвердила. Потому что я все сомневался, не пристрелила ли ты Нальдо просто потому, что он всех дико раздражал.
— Я похожа на человека, способного на такое?
— Да. Знаю, ты скажешь, что это часть твоего очарования.
Скрэтч молча смотрел на перебранку Дэйва и Кэнди, недоуменно улыбаясь. Но спектакль ему нравился. Почти настолько, что он видел какой-то для себя резон им помочь.
— Подружка, значит… это опасно. — Скрэтч наклонился над столом, перебирая в пальцах черепа, и галстук соскользнул с его шеи. — Адзе пьют энергию, и за столько времени наверняка осушили бедняжку до дна. Она очень, очень голодна.
Кэнди тяжело вздохнула. Точно. Адзе. Дэйву тоже не нужно было напоминать, что это такое: москиты магического мира. Если они облепят тебя, то способны высосать столько магии, что мало какой волшебник останется в живых.
— Тебе понадобится накормить адзе своей магией. А магии-то в тебе маловато.
На этих словах Дэйв повернулся к Кэнди.
— Что? Но я думал… ты же дочь ночного кошмара, разве не так?
— И что это меняет? Ты рассчитывал, что я где-то про запас держу мешок волшебства? Вся магия, что я располагаю — это я сама и есть. — Кэнди провела руками перед грудью, точно прикидывала, как нанести солнцезащитный крем на пляже.
— Этого вполне хватит, красотка. — Ответил Скрэтч. — Даже больше: ничто иное и не требуется. Если ты не против принести себя в жертву на алтаре.
— Обычно я кайфую от обратного, но чего не сделаешь ради зазнобы твоего… — Пальцы Кэнди снова помяли плечо Дэйва, как и в начале вечера. — Приятеля.
— Не могу обрадовать тебя, что на этом все кончится, красотка. Душа зомби украдена или просто перемещена в иное место. Ее потребуется вернуть. — Кэнди и Дэйв выжидательно смотрели на Скрэтча, и со вздохом он продолжил. — Что-то нужно будет отдать взамен этой души.
— Что, скорее всего, сработает в таком случае? — Задал вопрос Дэйвид.
— Потрахаться на алтаре? — Предположила Кэнди, глядя Скрэтчу в глаза.
— Не факт, что это поможет. — Ответил тот.
— По крайней мере, мы потрахаемся.
Дэйв видел, даже кожей чувствовал, что Кэнди в восторге от происходящего.
— У меня есть предложение получше, красотка. Я все сделаю за тебя, а взамен — только самая малость — ты останешься мне должна. — Скрэтч улыбнулся медовейшей улыбкой. — Кто откажется иметь в должниках Эль Кукуя?
— Но я…
— Хотя бы его дочь.
Оркестр продолжал терзать уши Дэйва своей разболтанной музыкой. Он начинал чувствовать, что от этой мелодии у него начинает сводить зубы.
— Мне нужно подумать. — Сказала Кэнди, выскальзывая из-за стола. И повторила, когда они уже оказались на улице: ее босые ноги ступили на пыльную мостовую, Дэвид поспевал следом. — Мне нужно подумать.
Она вздохнула, поднимая лицо к небу. Легкий ветерок шевелил ее спутанные еще с купания утром волосы.