В его сосново-зелёных глазах плясали искорки.
— Мы не спали, доктор Колдуэлл. Ты правда ничего не помнишь?
Ну вот, точно не спали. Жаль, кстати. Я бросила ещё один взгляд с ног до головы — на его соблазнительно чётко очерченные губы, широкие плечи и узкую талию, где чёрный ремень держал графитовые брюки, подчёркивавшие его потрясающую задницу. Я встряхнулась. Фокус, Рут.
Я пыталась вспомнить. Вечером у меня было мероприятие с быстрыми свиданиями… Всё вроде шло хорошо… А потом?..
— Пей кофе, — предложил Кэл, уголок губ снова дёрнулся в усмешке.
Почему он всегда смотрел на меня так, будто я его развлекаю до слёз? Он и тогда…
О, Господи. Память обрушилась, как град по крыше. Пинг, пинг, пинг — как в ускоренной игре в шашки. Всё неловкое, всё нелепое — вернулось с болезненной ясностью.
— О, — выдохнула я.
Его улыбка расширилась.
— Ну вот и всё.
— О-о-о, — простонала я, закрывая лицо руками.
— Не уверен, помнишь ли ты, как я влил в тебя пол-литра электролитов, но я старался. Как голова?
Он опустился на кофейный столик напротив и смотрел на меня с той самой врачебной прищуренностью.
— Эм… — я посмотрела на кружку, не поднимая глаз. — Много чего помню. Ничего хорошего. По-моему, я говорила что-то про кости и монастырскую живопись. И… обвинила тебя в фетише на ноги.
— Эй, — рассмеялся он. — Всё в порядке, Рут. Я тебя домой забрал только потому, что ты была… ну, скажем, в нестабильном состоянии.
Я скривилась.
— Спасибо.
— Посмотри на меня, — мягко попросил он.
Как по команде, я подняла взгляд. А он — с нежной улыбкой, без капли осуждения.
— Всё хорошо, — повторил он. — Не пойми неправильно, ты всё ещё ужасная сваха, но я же не мог оставить тебя одну в баре.
Я прикусила губу.
— Ага.
— Как голова?
Я прислушалась.
— Болит. Но терпимо.
Он кивнул, будто так и знал.
— В кухне стоит ещё один стакан с электролитами, но кофе тоже иногда помогает. — Он указал на мою кружку. — Так что вперёд.
Я сделала глоток и удивлённо распахнула глаза.
— Вау. Это… вкусно.
— Вчера ты выпила море стевии, — пожал он плечами. — Я сделал обоснованное предположение.
И почему это было так… чертовски мило?
Я отпила ещё и, опустив кружку на колени, сжала её в ладонях.
— Ну, э-э… Спасибо. Правда. Ты не обязан был всё это делать.
— В тот момент показалось правильным, — ответил он и встал. — Если честно, думал, ты будешь куда злее.
— Уверяю тебя, — я округлила глаза, — я слишком занята тем, чтобы переварить ужас осознания, что напилась у незнакомого человека.
Он издал странный звук.
— Дам тебе тридцать секунд, чтобы вспомнить, что я ещё говорил в пабе. Только, пожалуйста, не бей меня. У меня сегодня приёмы.
Он направился на кухню, бросив через плечо многозначительный взгляд. Я нахмурилась. Что он имел в виду? Я перебирала воспоминания, как старые карточки в картотеке. Начало вечера — всё было чётко. Я представилась, запустила свидания, наблюдала за гостями… потом — провал. Помню, как Кэл сел напротив и забрал у меня бокал. Хорошо хоть, что он вообще заметил, в каком я состоянии. Скарлет ведь даже глазом не моргнула.
«Вы сегодня искали Рут, не так ли?»
«Вообще-то, я её муж».
Я громко вдохнула, челюсть отвисла, и я уставилась на Кэла в ужасе. Он ответил половинчатой, виноватой улыбкой.
— А теперь ты всё вспомнила.
Рот не закрывался. Из горла вырвался сдавленный звук, и я уставилась вперёд, надеясь, что воспоминание ошибочно. Что я неправильно поняла.
— Ты… — я с трудом повернулась к нему, он уже подходил, протягивая мне красный термос. — Скажи, что я ошибаюсь.
— Про то, что я выдал себя за твоего мужа? — уточнил он, подняв бровь. — Держи.
— Пожалуйста, скажи, что это была шутка, — я взяла термос, бросив взгляд на вторую кружку. Ни один из напитков сейчас не вызывал у меня энтузиазма.
Кэл наклонился ближе. От него пахло кокосовым шампунем — свежо, по-летнему. Он забрал мою кружку, но остался на уровне глаз.
— Это была не шутка.
Я вцепилась в термос и подняла подбородок.
— Ты сейчас серьёзно? Ты сказал это… кому-то из моих коллег?
— Сказал, — невозмутимо подтвердил он. И, выпрямившись, добавил: — Потому что я эгоистичная сволочь. И теперь мне нужно, чтобы ты в это сыграла.
— Ты… что?! — Я отбросила плед, запуталась в нём, вырываясь наружу, и с трудом встала, чтобы хотя бы попытаться оказаться с этим психом на одном уровне. — Ты не можешь просто так заявлять, что женат на человеке, который слишком пьян, чтобы возразить! Это… — Я запнулась, едва не задохнувшись от возмущения. — Это неэтично!