Их странный маршрут проходил не по прямой линии, а постоянно петлял среди могучих сосен. Они сворачивали то вправо, то влево, почему-то обходя равнинные места. А иногда Миле и вовсе казалось, что они возвращаются назад. Она чувствовала, что силы ее давно иссякли, и двигалась лишь по инерции, без осознанных на то усилий, пробираясь через поваленные деревья, перепрыгивая небольшие расщелины. И не было лесу ни конца ни края.
Мила себя совсем не ощущала – ее больше не было, от нее осталась лишь бесчувственная оболочка, которая, как сомнамбула, бредет по лесу, распугивая многочисленных птиц, звонко распевающих свои песни, и маленьких зверушек, юркающих под ногами.
Солнце в зените палило нещадно, уверенно пробиваясь лучами сквозь густые кроны деревьев. Мила совсем раскисла, соленый пот жег глаза, ноги не слушались, а сердце словно хотело выпрыгнуть из груди. На ее счастье, то и дело на пути попадались бьющие из земли ключевые источники. Мила останавливалась, падала как подкошенная на колени, жадно припадала к воде, обмывая лицо и шею. Отдышавшись, снова трогалась в путь, не выпуская из виду спину неоглядывающейся старушки.
Через полчаса снова, задыхаясь, ловила ртом знойный воздух, проклинала все на свете и блуждала глазами в поисках очередного источника физического возрождения. Не найдя, в полуобморочном состоянии, гонимая страхом потеряться в тайге, следовала дальше, еле различая среди деревьев белоснежный платок старушки. Миле казалось, что еще миг – и она рухнет в беспамятстве от жары и усталости.
Но внезапно случилось необъяснимое! Замутненное сознание вдруг вспыхнуло ярким светом и каким-то совершенно невероятным образом прояснилось. Усталость тут же испарилась, словно ее и не было вовсе, тело стало снова легкое и упругое, как будто она только начала свой путь, а не прошла уже многие километры. И Мила взглянула на окружающий мир другими глазами.
Солнце уже не било в лицо, ослепляя и сжигая, а освещало ее насквозь, наполняя сиянием и энергией. Удивительно прекрасный лес так и звенел от голосов пичуг, стремящихся перекричать одна другую. Она с восторгом оглядывала чистый сосновый бор с веселым светом и нежным запахом смол и багульника. Мила чувствовала, как свободно и радостно на душе, пропали куда-то страхи и усталость. Ах, эти прекрасные сосны, от которых веет спокойствием, словно от общества добрых людей!
Мила бегом догнала старушку и взяла из ее рук все корзины.
– Поздравляю! – сказала старушка. – Теперь ты знаешь на собственном опыте, что такое второе дыхание.
Мила улыбалась. Она чувствовала себя так хорошо, как никогда.
– Жарко очень. Может, снять футболку? – попросила она старушку.
– Нельзя. Вокруг летает прорва комаров и мошек. Стоит только раздеться, они тут же накинутся на тебя, целыми кучами забьются в глаза, в нос и уши, вопьются в тело и обглодают до костей. Нас спасает одежда, которую я вымочила в специальных травах, запах которых и отгоняет всю эту поганую нечисть. Иначе они бы нас уже сожрали.
Наконец старушка остановилась и присела в тени на поваленное дерево, Мила устроилась рядом.
– Мы здесь передохнем малость, а потом пройдем к озеру. Оно совсем рядом. Ты увидишь такую необыкновенную красоту, которую прежде тебе видеть не приходилось.
Они посидели немного, отдыхая и охлаждаясь в густой тени сосен.
– А как же я буду купаться, если нельзя раздеваться, прямо в одежде? – спросила озабоченно Мила.
– Одежду мочить нельзя, иначе запах трав потеряет силу. Купаться ты будешь голой. Рядом с озером и в самом озере они тебя не тронут, так как озеро издает такой сильный запах, что вся нечисть за несколько метров к нему боится приближаться.
– Может, уже пойдем? Не терпится взглянуть на него.
– Ишь ты, прыткая больно. Дай мне чуток отдохнуть, чать, не молоденькая по тайге-то с тобой козочкой скакать.
– Вот только не надо прибедняться. Я за тобой еле успевала, и если бы не открывшееся вдруг второе дыхание, упала бы и уже встать не смогла. А ты так вперед мчалась, что и молодой за тобой не угнаться.
– Не те уже силы, совсем не те.
– Расскажи еще об озере.
– Неземной красоты это Святое озеро, сама сейчас увидишь. Оно маленькое, но глубокое, и всегда теплое, так как под землей бьют горячие целебные источники. Даже самой лютой зимой озеро не замерзает совсем, только покрывается тонким льдом. Оно здоровье дает, от всякой скверны очищает. Но жить возле него невозможно простому человеку, особенно который с грехами большими. Такая сильная чистка идет, что он не выдерживает и погибает. И смотреть на озеро подолгу тоже нельзя, тут же где-нибудь заболит. Потому как только человек начинает молиться на эту красотищу, озеро тут же его к себе и забирает. Молиться разрешается только на Бога. А еще у озера секрет есть.