– Любимые. Самые. Скажи, я – красивая?
– Очень. Я люблю тебя. Со всеми твоими недостатками, от которых – я очень надеюсь – ты со временем избавишься, осознав, что без них ты гораздо счастливее. Все человеческое несовершенно, потому и изображение твое не идеально. Но ты вглядись внимательнее: через твое несовершенство отчетливо проглядывает необыкновенная душевная красота, которая зовется любовью.
– Алеша, ты не будешь против, если мы получим бабушкино благословение? Она будет счастлива, как и мы с тобой.
Они собрались и поспешили к старушке. Та уже все окна проглядела, дожидаясь их. Торжественно объявили ей о своих намерениях и попросили благословения на брак.
– Господи! Да с превеликим моим удовольствием! – прослезилась она, в душе моля Бога лишь о том, чтобы не преставиться раньше времени из-за обрушившегося на нее счастья.
Она сняла с полки старинную икону Божией Матери и перекрестила ею молодых.
– Господи Иисусе Христе, Боже наш, прими усердное моление наше и благослови благое намерение рабов твоих – Алексея и Людмилы! Господи, помилуй! Господи, благослови! Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Аминь. Любите друг друга и будьте счастливы, дети мои!
Потом они пили чай с душистым медом и яблочным пирогом. Алексей рассказывал о своих таежных похождениях двум истосковавшимся по нему женщинам, которые глядели на него с любовью: одна – с любовью матери, другая – с любовью жены. Чуть начало темнеть, молодые вернулись в домик Алексея. Мила принялась разглядывать себя в маленьком зеркале, сидя на кровати.
– Что ты там пытаешься увидеть?
– Какая-то я пегая с этими отросшими корнями. Ты не находишь?
– Чтобы волосы стали нормального цвета, нужно просто состричь крашеные концы. И тогда ты не будешь похожа на пегую кобылу.
– Значит, по-твоему, я похожа на пегую кобылу?! – возмутилась Мила. – А никто и не заставляет тебя жениться на пегой кобыле. Подумаешь, арабский скакун чистых кровей выискался!
– Ты же сама назвала себя пегой, я только повторил.
– Не помню, чтобы я называла себя кобылой.
– Ну вот видишь, сама подтверждаешь, что забыла.
– Знаю-знаю, почему ты хочешь, чтобы я подстриглась. Надеешься, что так быстрее забуду о своем прошлом? Так вот, я не буду стричься, даже не мечтай!
– Ты сама затеяла этот разговор. Поступай как знаешь… Можешь даже передумать выходить за меня замуж.
– Нет, вы только на него поглядите! Ишь размечтался! Теперь ты никуда от меня не денешься!
– А я и не собираюсь. Ты мне нравишься и пегой. – Алексей подошел к Миле и поцеловал ее. – Кобылка ты моя необъезженная.
На следующий день весь скит гудел, как растревоженный улей, и готовился к венчанию. Монахи Сергей и Николай, изъявившие желание быть шаферами, тут же соорудили нехитрые головные уборы, прикрепив к передней их части на один – образок Спасителя, на другой – Пресвятой Богородицы, а батюшка Георгий освятил их, провозгласив венцами.
Нашлись и кольца обручальные для молодых – два тоненьких золотых, большое и маленькое, которые старушка берегла со своего венчания. Даже белое шелковое платье с фатой она, словно фокусник из шляпы, вытащила из своего, как оказалось, почти волшебного баула. Эти наряды, а также нитку бус из натурального жемчуга она также трепетно хранила, надеясь, что когда-нибудь ее многострадальная Люсенька все же найдет свое женское счастье. И слава богу, что эти сокровища таки пригодились!
С раннего утра старушка готовила праздничный пир на весь мир. Венчание состоялось в небольшой церкви скита. Ярко горели свечи, образа на иконах с благословением взирали на молодых, и у всех присутствующих было светло и радостно на душе. Батюшка благословил молодых и вручил им по зажженной свече.
– Обручается раб Божий Алексей рабе Божией Людмиле. – И вот уже кольцо – знак вечности и непрерывности брачного союза – на безымянном пальце правой руки жениха.
– Обручается раба Божия Людмила рабу Божиему Алексею. – И окольцована любовным союзом невеста.
Наступает главный момент Таинства. Взяв венец, батюшка знаменует им крестообразно жениха:
– Венчается раб божий Алексей рабе Божией Людмиле во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. – Алексей целует образ Христа на венце, и батюшка водружает венец на его голову. Затем благословляет Милу: – Венчается раба божия Людмила рабу Божию Алексею во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. – Мила целует образ Пресвятой Богородицы, батюшка надевает ей на голову венец. – Господи, Боже наш, славою и честию венчай их! – торжественно произносит батюшка и объявляет о том, что отныне и на всю последующую жизнь, долгую и многотрудную, полную искушений и бед, Алексей и Мила становятся друг для друга царем и царицею.