– Свое счастье женщина непременно должна заработать. И быть к нему готовой, когда оно придет, – важно и наставительно начала свой урок подготовки к семейной жизни старушка.
«Повезло бабульке: нашла свободные уши», – с улыбкой подумала Мила.
– Самое главное – научить свою душу любить. Запомни раз и навсегда: любовь должна быть слепой, глухой и молчаливой.
«Да это не любовь, а калека какая-то».
– Она не должна зависеть ни от чего.
– По-моему, Алеша любит меня, иначе бы не женился.
– По-моему – тоже. Вот и слава богу! Однако мужья не всегда бывают добрыми, внимательными и заботливыми. Если женщина хочет сохранить семью, ей нужно научиться прощать мужа и постоянно его воспитывать, приучать к хорошему.
– С чего ты взяла, что мужчина позволит себя воспитывать? – рассмеялась Мила.
– А ты потихоньку начинай, лаской да уговорами, покорно и в то же время настойчиво. Похитрее будь, на то ты и женщина. Так и добьешься своего. Вода камень точит. Постепенно приучишь его к правильным привычкам: сдерживать свои желания, заботиться о тебе. Мужчины гораздо больше ценят то, что отдают, чем то, что получают. Приучи его к умению любить тебя.
– Это как?
– Да просто. И в то же время сложно. Ты всегда должна помнить, что родилась для того, чтобы научиться любить и быть счастливой. А потому, если тебе что-то не нравится в людях, ты загляни в себя и проверь, нет ли у тебя того, что тебе так неприятно в других. И постарайся измениться. Иначе все то, что тебе не нравится в ком-то, ты получишь в любимом муже. Чтобы научилась любить. Он будет учить тебя, а ты будешь учить его. Это наука для двоих. И еще помни: даже если женщина прожила с мужем много лет, она в чем-то все равно должна оставаться для него тайной, загадкой. И тогда он никогда тебя не бросит. И ни в коем случае твое настроение не должно зависеть от погоды. Люби мужа и чаще улыбайся. Потому как серьезно следует относиться только к Господу Богу. А ко всему остальному – можно и с улыбкой.
– Согласна, буду мужу улыбаться.
– И никогда не балуй его! Если забудешь о себе и начнешь думать только о муже, исполняя любую его прихоть, он вообще тобой перестанет интересоваться. И не только сама о нем заботься, но и многого требуй от него самого взамен.
– Не понимаю, почему мы должны жить в этой глухомани?
– Так сложились обстоятельства. Я тоже не все понимаю в этой жизни. Знаю одно: радуйся тому, что у тебя есть.
За делами и разговорами не заметили, как наступил вечер с золотым закатом. Уже при свечах легко поужинали и, протопив на ночь печь, улеглись спать. Ночь выдалась звездная, холодная, с крепким инеем. Уставшая за день от новых дел, а также знаний и впечатлений, Мила уснула мгновенно, как только голова коснулась теплой подушки, нагретой печкой, и всю ночь ей снились крепкие объятия и жаркие поцелуи красавца мужа.
На следующее утро Мила чувствовала себя выспавшейся, довольной и счастливой. Воспоминания о сладких сновидениях томили душу и тело. Она немного понежилась в постели, затем нехотя встала и, выглянув в окно, ахнула: густым ковром повсюду лежал снег. Мила не поверила глазам: как, неужели уже наступила зима?! Ее ошеломил столь внезапный переход от солнечного, почти летнего дня к холодному зимнему. Наскоро накинув шаль на плечи, прямо в тапках на босу ногу выбежала на крыльцо.
Утро потихоньку просыпалось, и туман начал рассеиваться. Месяц, истекая последним светом, бледнел и растворялся в розовом свете утренней зари. Вот уже и солнце красно-огненным шаром выкатилось на прояснившееся небо, ярко освещая белую снежную пелену.
Мила прищурилась: в глазах рябило от ослепительного блеска пухового покрова зимы. Тайга казалась притихшей, затаившейся. Снег валил хлопьями, накрывая сплошным сугробом промерзшую за ночь землю. Мила с трудом оторвалась от захватившего ее зрелища, осознав наконец, что совсем окоченела, забежала в избу и приникла к горячей печке, чувствуя сотрясающий тело озноб.
– Чего удумала! – заворчала сердито старушка. – Да разве ж можно раздетой-то на такую стужу! И как это я проглядела, когда ты мимо проскочила? – Она подала Миле взятые с печи теплые шерстяные носки. – Надевай скорее да садись за стол, выпей горячего чаю, быстрее согреешься. – И старушка поставила перед Милой чашку с дымящимся чаем.
Сделав несколько глотков, проникших теплом в продрогшее тело, Мила забеспокоилась: