— А Стефану мы тоже выдадим лук, — отозвался Виктор.
— А я? — окончательно запуталась в перестановках.
— А ты возьмешь парные мечи, — улыбнулся Виктор.
Я быстренько представила себе эту команду аэроновской мечты.
— Три мечника, два лучника? — протянула я.
— Да, — кивнула Виктор с серьезным видом. — Что думаешь?
Я кинула взгляд на стакан с недоеденным десертом и первая мысль, конечно, была о нем. Сатисфакция вышла так себе — две трети божественной сладости в меня не лезло. Не говоря об изъятии всего стального с другой половины стола!
Но если возвращаться к проблеме, то в целом…
В целом…
Это могло бы сработать, если все выложатся на полную.
— Думаю, имеет смысл попробовать хотя бы одну тренировку, — осторожно произнесла я. — В конце концов, нам ничто не помешает махнуться оружием прямо на полигоне, если что-то пойдет не так.
Хотя если отец узнает, что я не смогла научить двоих стрелять, боюсь меня отправят на переподготовку. А мне еще курс бытовой магии догонять!
56
Я думала, что по возвращению в башню Эмма завалит меня вопросами о том как оно там на свидании с Виктором? Оценил ли он мой внешний вид? О чем мы говорили, что ели и как смотрели друг на друга?
В общем, все те жизненно важные вопросы, что беспокоят любую подружку, страстно мечтавшую устроить твою личную жизнь.
Но Эмма удивила!
— Ты решила сменить факультет? — налетела на меня подруга, едва я переступила порог комнаты.
— А? — глубокомысленно ответила я.
— Факультет, Лекси! — повторила Эмма, как будто это слово могло все разъяснить. — Ты решила сменить факультет?
— Нет, — растерянно ответила я. — С чего ты взяла?
А про себя подумала, что в академии, наверное, откуда-то узнали мою настоящую фамилию, и теперь за мной будет охотиться декан боевиков. Заполучить Лаян в свою коллекцию — это же дело чести!
Однако, все оказалось прозаичнее. Вместо ответа на вопрос, Эмма молча указала на стопку книг, которые, естественно в порядке исключения, доставили прямо по адресу.
— Ах, это! — сообразила я. — Это так… Для вечернего чтения.
Подруга выразительно изогнула бровь:
— Архитектура и артефакторика? Тебя последней на тренировке что, головой приложили?
— Кто б посмел, — фыркнула я в ответ. — Нет, просто понимаешь, мы тут живем, а как оно работает не понимаем. А если понять да доработать…
— Да поставить на поток… — мечтательно подхватила Эмма мою мысль.
— Вот, — согласилась я. — Но пока непонятно как оно работает и где можно оптимизировать.
Эмма не ответила — она уже шуршала моими записями, раскладывая прямо на полу листы в порядке магического контура.
— А это что? А, понятно… А это откуда? А, отсюда… — бубнила себе под нос подруга, пока я вытряхивалась из ее платья и влезала в домашнюю одежду.
— Ага… — резюмировала Эмма, задумчиво смотря на проплешины в чертеже. — Нет, ну теперь «Артефакторика» и «Архитектура» обретают смысл!
— Пока еще не обретают, — вздохнула я, беря первую попавшуюся книгу из стопки.
Подруга немного помялась, а затем спросила:
— Можно я тоже поучаствую? Я на патент не претендую, но правда же интересно!
Нельзя сказать, что я страстно желала разгадать эту задачку единолично. Отец вообще любил говорить, что любого генерала делает его армия — то есть за каждым руководителем всегда стоит команда. И чем сильнее эта команда, тем успешнее руководитель.
К тому же, будем объективны, у Эммы знаний в бытовой магии больше. А ректор может резко передумать и выселить нас обратно в общежитие, значит, время на изыскание ограничено.
Конечно, меня в этом случае придется отколупывать от каждого косяка, но, если тащить будут всей командой по аэрену или братским составом, сопротивление окажется бесполезным.
Ну и третий, пожалуй, самый важный аргумент в этом списке — мне просто не с кем было обсудить свои изыскания, и я от этого немножечко страдала. Хотелось порассуждать, пообсуждать, устроить мозговой штурм в конце концов! А с кем тут рассуждать и обсуждать, если у парней всего две темы для разговоров: аэрен и боевая магия?
В общем, я протянула Эмме ладонь и сказала:
— Семьдесят на тридцать!
Подруга сдула кучеряшку с лица, приосанилась и с важынм видом пожала мне руку:
— Договор!
Представляю, как перекосит ее маменьку, когда она узнает, что дочка вместо приличествующего девице поиска жениха пустилась во все тяжкие и занялась научными изысканиями с целью финансовой выгоды.
Это ж так, чего доброго, можно сделаться богатой и независимой!
57
Мозговой штурм длился до середины ночи. длился бы дольше, но Пряничек начал устраивать диверсионное шуршание нашими записями, пришлось сворачиваться.
Подруга, кстати, когда увидела рогато-крылатого кролика, пришла в бурный восторг и печаль одновременно.
— Ты подрезала ему крылья! — с укором произнесла девушка.
— Я нашла его таким! — возмутилась в ответ. И печально добавила: — Вот почему при слове магетиринар он забивается в самый дальний угол.
Мы с Эммой синхронно печально вздохнули и посмотрели на животинку, что с восторгом грызла блокнот с записями Эммы. Прошло полминуты. Прежде чем умиление сменилось пониманием.
— НУ-КА ВЕРНИ! — рявкнула подруга и пряжком, достойным игрока в аэрен, метнулась к Пряничку.
Но рогатый кролик оказался не так прост и удрал под кровать.
Вместе с блокнотом!
— Там, надеюсь, не было ничего важного? — уныло спросила я, понимая, что спать ближайшее время теперь не грозит.
— Что значит «не было»⁈ — возмутилась подруга. — Очень даже было!
Из-под кровати раздалось шуршание страниц напополам с ехидным пищанием. Пряник был уверен в собственной безопасности, а потому вообще не стеснялся в комментариях на наш счет.
Ну, по крайней мере так мы интерпретировали его речь из-од кровати.
— Пойдем, — вздохнула я и потянула подругу за рукав.
— Куда? — не поняла Эмма.
— За домкратом, — отозвалась я.
Спустившись на этаж ниже, я прислушалась: будить Виктора не хотелось, да и приглашать его в бардак своей комнаты тоже. даже несмотря на то, что большая часть бардака принадлежит переезду Эммы и нашим научным изысканиям.
— Ты чего? — спросила Эмма, когда я замерла перед дверью Виктор.
— Кажется, спит, — отозвалась я и отправилась ниже.
Микаэль спал без «кажется» — такой храм доносился из его комнаты, что дверь немного дребезжала.
А вот Эгилл не спал!
— Ну нет! — зашипела Эмма. — Только не он!
— Чем это не нравится? — ехидно уточнила я. — Хороший мальчик! И детки будут симпатичные!
— Норд, я тебя придушу! — пообещала подруга.
Тут дверь распахнулась и к нам вышел Эгилл.
Надо сказать, я ожидала, что парень, как обычно, намылился на какое-нибудь свидание. Но вместо надушенного и наглаженного красавчика на нас наткнулся мятый взлохмаченный тип с мрачным взглядом.
— Ты куда? — опешила я, впервые в жизни увидев сердцееда в рубашке, где пуговицы были застегнуты не по порядку.
— На кухню, — отозвался парень, даже не интересуясь, а куда, собственно, идем мы.
— А зачем? — живо поинтересовалась я, не давая ему пройти.
— Перекусить, — чуть раздраженно произнес Эгилл.
— Отлично! — я улыбнулась в ответ. — Пойдем ты нам поможешь, а Эмма тебя потом покормит горячими бутербродами.
— Я⁈ — возмутилась Эмма.
— Я? — удивился Эгилл.
— Ты-ты, — отозвалась я, ни к кому конкретно не обращаясь.
И поволокла обоих за собой наверх, обрисовывая на ходу проблему.
— Пряничек забился под кровать, зажевав важные бумаги, — пожаловалась я.
— Зачем? — проявил неожиданный интерес Эгилл. — Он же умный, знает, что бумаги таскать нельзя.
— Сложно сказать, — честно ответила я. — То мы мы его напугали, то ли он решил характер показать… То ли блокнот у Эммы особенно вкусный.
Подруга, шедшая молча, на это лишь фыркнула.