В общем, мы сделали шаг вперед и принялись по очереди пожимать руки противникам.
Надо сказать, что внешне команда Викрама выглядела обычной. У них тоже была единая форма, хоть и не из такой удобной ткани, состав тоже по весовой категории напоминал наш — классический. Ну а о том, что капитаны неприлично походили друг на друга и упоминать не стоило, а то прилетело бы от обоих.
Я шла в очереди рукопожатия последней, а потому вдруг оказалось, что мою ладонь сжимает Викрам, а остальные участники чуть в стороне от нас.
— Все еще не хочешь выбрать выгодную сторону? — негромко спросил парень.
У него тоже были карие глаза, правда без золота. И смотрел он на меня без высокомерия или агрессии. Я не успела ответить, лишь приподнять вопросительно бровь, как парень продолжил:
— Думаешь, герцогу позволят жениться на безродной? Думаешь, твой ребенок сможет унаследовать хоть что-то?
Это звучало как «Посмотри на меня, ты хочешь такой судьбы своим детям?». И в целом, наверное его можно было даже понять. Но я знала, как могут выглядеть отношениях между братьями — у меня есть свои. И знала, как могут выглядеть отношения между некровными родственниками — у меня есть наша команда. А потому испорченный своим глупым отцом парень едва ли мог бы смутить меня.
— Позволь моей команде выиграть, и тогда ты получишь его. И сможешь быть счастлива, — тихим тоном, голосом, так похожим на Виктора произнес его брат.
Да, герцог Шортон натворил дел. И да, парни не виноваты, что их вырастили соперниками за право на лучшую жизнь. Но винить сейчас старого герцога — это оправдание для малолетних детей и дураков. Викрам не был ни тем, ни другим.
Он мог бы выбрать другой путь. Но не стал.
— Я буду счастлива в любом случае, — спокойно ответила я, выдержав его взгляд.
Викрам недовольно скривил губы, мгновенно потеряв схожесть с Виктором, и разжал пальцы, выпуская мою ладонь.
И команды вернулись к своим линиям, чтобы недружелюбно посмотреть друг на друга в последний раз перед игрой.
— Ну что, — император снова окинул нас взглядом, немного задержавшись на мне, — порадуете меня сегодня интересным аэреном?
Мы синхронно кивнули, обещая радовать монарха изо всех сил. Тот же, явно довольный произведенным эффектом, удалился в свою ложу, оставив нас облегченно выдыхать.
Больше всего, конечно, расслабился главный распорядитель. Едва император покинул полигон, как тот перестал изображать раздвоение эмоций на лице и проглоченную палку в осанке. И не стал толкать пафосные фразочки о финале, как я предполагала, а просто махнул нам рукой:
— Расходитесь к своим стартам.
И мы зашагали обратно.
Чтобы выбрать себе оружие.
72
Обмен любезностями с нашей стороны был подготовлен заранее. Мы убирали два ингредиента, которые команда противника могла бы использовать для допинга, а также один двуручник, что наносил всегда максимум урона, одну пару мечей, которую последние два соревнования выбирал Викрам, и самое ходовое для теневиков оружие.
Та сторона тоже не отличилась оригинальностью, а потому повторила прием моего брата — убрав все луки.
— Ну, они могли бы и проявить уважение, — хмыкает Микаэль.
— Это как? — приподнял брови Эгилл.
— Попробовать быть оригинальными и придумать что-нибудь свое! — пояснил здоровяк.
— Нет уж, спасибо, — бормочу я. — Пусть они продолжают нас неуважать и быть предсказуемыми.
— Разговорчики! — оборвал нас Виктор, и мы синхронно умолкли. — Разбирайте оружие.
Первым вооружился Микаэль, вздохнув там громко и так трагично, будто ему не лук выдавали, а черпак.
Затем — Стефан. Он взял лук без колебаний и сомнений, с таким спокойствием, что я поняла — где-то на трибунах сидит его невеста. А при невесте нужно сохранять невозмутимость в любой ситуации!
Эгилл на несколько минут замер у стола с мечами — колебался, что взять. То ли лунный клинок, то ли небесный. Разницы между ними особо не было — разве что в названиях, да небольших пассивных характеристиках, на которые было заговорено оружие. Поэтому парень выбрал изумрудный клинок, что принес ему победу над своим обидчиком в моем далеком первом аэрене.
Он тоже не слишком отличался от прочих по характеристикам, но зато уже принес ему один раз победу и, думаю, это действовало успокаивающе.
Мы же с Виктором оба замерли рядом со столом с парным оружием, рассматривая ассортимент. Обычно он брал огненную пару, а я — солнечную. Вот и сейчас Виктор не глядя взял клинки и принялся прилаживать их к поясу.
А я…
Я потянулась к солнечным мечам из светлой стали, чуть светящимся даже при ярком дне, и замерла, так и не коснувшись рукояти.
Потому что на столе было еще кое-что. Кое-что, чего обычно не бывало на тренировочных полигонах.
Старое оружие с характером. Чтобы рубиться им на полную мощь нужно резонировать магией с заклинаниями клинка.
Очень сложно. Буквально высшее мастерство мечника.
И, естественно, любимое оружие семьи Лаян.
— Лекси, ты что делаешь? — раздался удивленный голос то ли Эгилла, то ли Стефана, но мои пальцы уже сомкнулись на рукоятях мечей.
Я прикрыла глаза и крутанула их асинхронно, вспоминая это ощущение дрожи магии в груди. Кровь забурлила, разгоняя адреналин и восторг, и я, сама не знаю почему, улыбнулась, кинув взгляд на трибуны, где должна была располагаться императорская ложа.
— Ты хоть знаешь, что за оружие схватила? — мрачно поинтересовался Стефан.
— Так… — протянула я. — Слышала пару раз.
И покосилась на Виктора, ожидая если не строгий выговор, то хотя бы мрачный взгляд. Но наш капитан лишь понимающе усмехнулся, словно ожидал чего-то такого.
Я не успела додумать эту мысль до конца, потому что полигон пришел в движение, а Виктор начал привычный отсчет:
— Появление бестиария через три… два… один… Погнали!
73
Императорский полигон, императорская ложа
— Ну, что скажешь? — император покосился на своего старого друга, сидящего с непроницаемой миной.
— Да что тут скажешь? — мрачно проговорил Железный генерал. — Высеку и запру в родовом замке.
— Да я не о твоей дочке, — отмахнулся император. — Хотя непонятно, на что ты рассчитывал, выпуская ее из дома.
— Что она будет учиться вставлять нитку в иголку, — раздраженно ответил Арнольд Лаян.
— После твоей полевой подготовки? — невинным тоном уточнил император.
Лаян раздраженно цокнул.
— Я вообще удивлен, что она так долго продержалась, аж целый курс изучала какой формы пяльцы на бытовом факультете, — хмыкнул Его Величество.
— Запру в замке, — упрямо повторил Лаян.
За спиной у мужчин раздался характерный хлопок — сидящие позади них парни ударили по рукам.
— И на что спорим? — прищурился император.
Ашер кашлянул:
— Да так…
Железный генерал нехорошо прищурился, глядя на своих старших сыновей, и те как нашкодившие школьники немного, совсем чуть-чуть и почти незаметно, но все же вжали голову в плечи.
— Ну? — проговорил Лаян-старший.
— Мы, ммм… — протянул Аскольд, — не сошлись во мнении о том какова будет твоя реакция…
— На что? — нехорошо проговорил, даже скорее тихо прорычал отец.
— На победу Алексии, конечно же, — широко улыбнулся Ашер.
Император расхохотался, запрокинув голову, а Арнольд недовольно цокнул:
— Не думай, что я вам поверил.
— Но согласись, они старались, — улыбнулся император.
— На мое счастье, с их выходками сейчас упражняешься ты, а не я, — парировал старший Лаян.
Император вздохнул, и снова посмотрел на полигон.
— Так что скажешь?
— Скажу, что наследник у Шортона хорош. Я посмотрел его резюме, толковый парень, — одобрительно покивал Лаян. — А вот бастард гарантирует кучу проблем, даже когда проиграет.