— Тебе известны мои чувства. Ты знаешь, за что я борюсь.
Рошар приподнял одну бровь.
— Не то слово.
Глава 30
Кестрел остановилась возле принца, который нежился на солнышке, лежа на траве посреди лагеря. Редко можно было увидеть его лицо таким расслабленным. Солнечные лучи открыто демонстрировали, как утолщалась рубцовая ткань шрама над верхней губой и на кончике носа.
Девушка знала, что он не спит.
— Ленишься, — обвинительным тоном сказала она.
— Именно так я всегда выгляжу, когда что-то замышляю.
— Ни один из валорианских командиров не позволил бы солдатам увидеть его таким.
— Это такая тактика.
Кестрел фыркнула.
— Точно тебе говорю. — Его глаза были всё ещё закрыты. — А разве ты не собираешься спросить, в чём именно она заключается?
Кестрел ткнула его носком ботинка. Рошар потянулся, как кот, и, казалось, собрался было встать, но его рука неожиданно схватила девушку за лодыжку и сильно дёрнула. Кестрел приземлилась на ягодицы.
— О да. — Чёрные глаза Рошара сверкнули, в то время как она чертыхнулась. — Виртуозный план. Просто божественный.
Кестрел пнула его.
— Ой. Прекрасная леди, не хочешь услышать мой план? Он неподражаем. Вот он: я жду.
— Пока весь покроешься загаром.
— Жду, когда ты расскажешь мне, что делать дальше.
И она сказала ему, что именно ему следует сделать.
— Каков слог. Ты этому у Арина набралась? Прекрати пинаться, привиденьице. Мы же на виду у всего лагеря. Разве не ты мне всю плешь проела про блюдение чести? Как я смогу заставить рядовых уважать себя, если ты пинаешь меня на глазах у всех? Вот. Ну правда. Взгляни на моё абсолютно серьёзное лицо. Что мне дальше делать? Но важнее всего, что будет делать твой отец?
Кестрел замерла.
— Мы должны действовать, — сказал принц.
Лерален. Кестрел знала, что валорианцы не смогли вторгнуться и пройти через пляж. Она знала, насколько гладким будет ландшафт от пляжа до геранской столицы.
Её отец сказал бы, что если победа достается медленно, то её всё труднее ухватить.
Должно быть, его покоробило собственное поражение на южной дороге. Каким образом он сможет нанести наибольший урон им в отместку? Он мог бы выцарапать победу, перегруппировав свои силы на пляже Лерален с подавляющей численностью армии, с бесчисленным количеством пушек и солдат. Эта победа будет дорогого стоить. Но если он своё возьмёт, то это приведёт к быстрому захвату города.
Кестрел посоветовала Рошару расквартировать солдат в поместье Эрилит, чтобы удержать то, что у них получилось защитить, и переместить часть своей армии, чтобы усилить войско дакранцев, дислоцирующихся на пляже.
Когда она оседлала Джавелина и натянула подпруги, её живот предательски свело от беспокойства. Ей не о чем было беспокоиться.
И всё же, что такого мог предпринять генерал, чего не могла она? Она ведь изучала азы военной премудрости с младых ногтей, буквально сидя у отца на коленях. Разве не его голос преследовал её? Кестрел подумала о своих воспоминаниях (или воображении), которые подсказывали ей советы.
Ей не нравилась его правота. Как она прислушивалась к нему. И девушка задумалась, а есть ли разница между тем, как она прислушивается к голосу отца, и тем, как Арин внимает своему богу.
По мере того как войско продвигалось глубже на запад, холмистый рельеф местности начал сглаживаться. Теперь под ногами лежал песчаник.
Кестрел заметила, как геранцы взяли Арина в кольцо и ехали с ним в самой середине отряда. Они засыпали его вопросами насчёт странного аллюра его коня. Или вдруг в воздухе повисал не до конца рассказанный анекдот и попутчики поддразнивали юношу: закончи его Арин, ну что же ты… не можешь, что ли? Иногда возникал вопрос: а точно ли Арин уверен, что не имеет никакого отношения к геранской королевской семье? Такие вопросы нервировали Арина. Цель этой уловки была так очевидна: втянуть его в разговор, вынудить опровергать любые домыслы, чтобы он подольше оставался в их компании.
Когда Арин позволил своему коню чуть отстать, чтобы ехать вместе с геранцами, Кестрел перехватила скользящий взгляд Рошара. Задумчивый. Мрачный. Странную комбинацию удовлетворённости и неудовольствия.
Кестрел сказала:
— Мне казалось, ты хотел, чтобы они полюбили его.
Рошар бросил взгляд через плечо на Арина, едущего в средних рядах.
Они ехали какое-то время в тишине, под суровым синим небом, а потом Кестрел произнесла:
— В тундре у Арина было кольцо с камнем. Ты его дал?