Рошар дёрнул обрезанным ухом.
— Жива она.
— Если шпионка не вернётся с докладом, то генерал поймет, что мы здесь.
— Тем больше оснований выяснить, что ей известно.
— Не… дави на неё.
— Кестрел, — сказал он вкрадчиво, — кровь появилась во время борьбы, когда мы хватали её, а не из-за пытки.
— Значит, ты не собираешься её пытать?
— Было бы здорово, если бы информация падала манной с небес. Но это не так. Учитывая сей прискорбный факт, остаётся радоваться тому, что есть определённые люди, которые приходят на помощь и творят вместо тебя ужасные вещи. Мы должны быть благодарны таким людям. Или, по крайней мере, не должны задавать вопросы, на которые страшимся услышать ответ.
— Она не может нам помочь. Валорианские шпионы работают посменно. Она передает сообщения не напрямую в лагерь генерала, а на перевалочный пункт. Там её ждет офицер и с ястребом отправляет зашифрованное сообщение в лагерь. Такая система не позволяет разведчикам владеть всей информацией. Поэтому она, скорее всего, не знает дислокацию армии генерала или какие у них там условия. Она просто не знает шифров.
Больше книг на сайте — Knigolub.net
Рошар склонил голову, внимательно изучая её.
— А ты знаешь?
Кестрел покопалась в памяти.
— По-моему, я знала, — медленно проговорила она, — когда-то.
— Уверен, что шпионке известно нечто полезное для нас.
— Нет никакого смысла пытать её ради получения информации, которой она не обладает. Оставь её в покое.
Выражение его лица сложно было прочесть.
— Я сделаю так, как ты хочешь, — вымолвил он, наконец. — Во всяком случае, на этот раз.
— Спасибо.
Он сгорбился, стоя у дерева.
— Извини за ту выходку.
— Ты о том представлении в деревне? Это не у меня тебе нужно просить прощения.
— Это во благо Арина.
— И во имя твоего блага тоже, разумеется.
Взгляд его чёрных глаз встретился с её взглядом.
— Ты хочешь победить?
— Да.
— А как, по-твоему, если Арином восхищаются, а моим людям не доверяют, это поможет или навредит?
— Поможет, — признала она.
— Сходи, примерь доспехи. Мне кажется, они будут тебе впору.
Арин показался в шатре Рошара как раз тогда, когда принц застегивал последнюю пряжку на доспехах Кестрел. Арин побрился, его волосы были влажными. Что бы он ни собирался сказать, это мгновенно забылось.
— Разве ты не рад? — спросил Рошар.
И Арин немедля вышел, отшвырнув в сторону штору, служившую дверью в шатёр.
Кестрел нашла его костерок на окраине лагеря. Было уже поздно. Он раскинул свою палатку на самых задворках стоянки. Она поняла, что в конце каждого дня он ставит свою палатку как можно дальше от остальных.
Арин подбрасывал хворост в огонь. Она присела рядом с ним, кожаный доспех скрипнул. Парень вздрогнул от неожиданности.
— Извини, — произнес он наконец. — Тяжело тебя видеть такой.
— Это всё ещё я, — сказала девушка, удивляясь самой себе. Она пыталась убедить его, что, несмотря на кажущиеся перемены, она по-прежнему оставалась всё тем же человеком. И в ход шли вовсе не привычные аргументы. Стоило ей подумать о валорианской броне и о том, похожа ли она в ней на себя или нет, как в ней начал прорастать зародыш ещё не сформировавшейся идеи.
— Пообещай, что будешь держаться подальше от боевых действий, — сказал он. — Я не хочу, чтобы ты участвовала в сражениях.
— Нечестно просить о таком, когда сам не собираешься делать того же самого.
— Мы с тобой рискуем по-разному.
Кестрел начала злиться.
— Это почему? Только потому, что ты помазанник божий? Потому что ты лучше меня обращаешься с мечом?
— Отчасти.
— Это не так уж важно, как тебе кажется. И хорошо умеющие сражаться люди гибнут на войне, а те, у кого, казалось бы, не было ни единого шанса, побеждают. — Её идея — доспехи, валорианская шпионка, план — начала обретать очертания. Гнев Кестрел выточил детали и довел их до совершенства.
— Согласен, — сказал Арин, — и всё же мы рискуем в разной степени…
— Прекрати это талдычить.
— Но это так и есть. — Лицо его было несчастным. — Между нами есть разница. Умру я — ты выживешь. Умрешь ты — это меня уничтожит.
Его плечи поникли. Кестрел не могла вынести опустошённости в его выражении лица. Злость отступила.
— Пожалуйста, — сказал Арин. — Пообещай мне. Ты по-прежнему важна. Скажи нам с Рошаром, что делать, мы прислушаемся. Но не сражайся. Не рискуй.
Она медленно кивнула.