— Например, вечером, за сутки до убийства, — сказал Мейер.
— Или в любое другое время приблизительно за двадцать четыре часа до убийства, — предложил Карелла.
— Любые звонки в течение этого времени.
— Может быть, вы вспомните какие-нибудь имена, которые он упоминал в разговорах.
Они пытались воссоздать картину двадцати четырех часов до убийства и двадцати четырех часов после убийства. Двадцать четыре часа, предшествовавшие убийству, были важными потому, что если знать, чем занимался человек, добавить к тому, что видели другие, определить, какие места он посещал, то можно было где-то обнаружить убийцу. А двадцать четыре часа после убийства были важными потому, что след остывал постепенно и так же постепенно расширялись границы поиска. К сегодняшнему дню уже прошло пять дней с того момента, как они обнаружили Тилли подвешенным к трубе под потолком в подвале.
Кармен думала.
— Вы уже знаете, я пришла домой поздно…
— Да.
— В два часа или около того. Может быть, Роджер говорил по телефону, когда я вошла. Я не очень уверена. Он все еще смотрел телевизор. Может быть, это на телеэкране кто-то разговаривал по телефону. Вы понимаете?
— Ах-ха. А что было на следующее утро? Вы сказали, что проснулись и позавтракали…
— Да.
— А потом снова ненадолго вернулись в постель.
— Да.
— А затем вы услышали, как Тилли разговаривал по телефону с двумя разными людьми. Один разговор был с продавцом автомобиля, а второй — с Боулзом.
— Верно.
— И он сказал, что встретит его внизу на лестнице…
— Верно, на ступенях парадного входа…
— В пределах получаса.
— Но затем Роджер изменил время, договорившись ровно на двенадцать.
— И именно к этому времени Тилли вышел на лестницу, — отметил Мейер.
— Да. В общем, за несколько минут до назначенного времени. Без пяти двенадцать. Около этого.
— Хорошо. Были какие-либо другие звонки этим утром? Например, когда вы завтракали…
— Нет.
— Или когда вы были в постели после завтрака…
— Нет, только эти два звонка.
— Мы знаем, что первый звонок был по телефону, принадлежащему «Аркейд Моторз»…
— Я не знаю имени…
— Хорошо, мы знаем. Мы проверили на телефонной станции все телефонные звонки, исходившие оттуда утром и предшествовавшей ночью. Но…
— Я только слышала мужское имя. Мистер Штейнберг. Я запомнила его потому, что у Роджера было еще несколько разговоров с этим человеком по поводу машины, которую он собирался купить.
— Какой марки машину он выбирал? — внезапно спросил Карелла.
— «Мерседес».
— Должно быть, у него недавно появились деньги, а?
— Мы никогда не обсуждали его дел.
— А в чем заключались его дела?
— Я только что сказала вам, что никогда не обсуждала его дел.
— Но тогда вы не знаете, какое у него было дело, верно?
— Верно, я не знаю его дел.
— Вы не знаете, были ли это наркотики?
— Ваш напарник глухой? — спросила она Мейера. — Если я не знаю его дел, то как я могу знать, был он связан с наркотиками или нет.
— Это ведь дорогая машина, — заметил Карелла и пожал плечами.
Мейер бросил взгляд на часы. Время беседы истекало. Он понимал, почему Карелла неохотно отказывался от идеи бизнеса наркотиков. Если в действительности не Боулз приехал на встречу с Тилли, тогда был еще кто-то, кто ждал внизу, на лестнице, чтобы познакомить Тилли с боевым короткоствольным пистолетом. Покупка дорогого автомобиля очень хорошо вязалась с продажей наркотиков. Именно поэтому Карелла все время крутился около этой идеи. Если не Боулз, смерть Тилли могла быть просто нелепым случаем. Что-то не поддающееся разумению, какой-нибудь маньяк, выбирающий случайные жертвы, что, впрочем, в наши дни случается все чаще и чаще. Но тогда любой человек в этом проклятом городе мог быть убийцей. И искать его — то же, что иголку в стоге сена. Вот поэтому Карелла не хотел расставаться с идеей наркотиков. Если наркотики, то открываются возможности бесед с определенным кругом лиц, пути исследований. В этом городе наркотики всегда оставляли следы.
— Может быть, вы обратили внимание на что-нибудь необычное? — спросил Мейер, выходя на новую линию. — Вокруг? Около дома?
— Нет, — сказала Кармен. — Необычное?
— Что-нибудь особенное. В период двадцати четырех часов, предшествовавших убийству. Я это время имею в виду.