Я пожал плечами. Кажется, я действительно это сказал.
— Максим? – мама перевела на меня взгляд – Это правда?
— Да.
Я видел, как от моего спокойствия ноздри Лики расширяются, а ярость вот-вот вырвется наружу и она уже не сможет играть кроткую и послушную невестушку перед моей матерью. Ой, жду не дождусь этого момента. Может тогда все проблемы сразу решатся.
— Что ж, - казалось, даже мама растерялась – Ты ей изменил?
— Мам, ты пришла сюда считать моих женщин?
Она поджала губы, но не ответила. Как она раньше любила говорить «хорошие манеры выручат в любой ситуации». Правда, уже давно она этого не повторяла. Потому что не выручили. Когда умер отец, воспитание оказалось бесполезным.
— Максим, ответь на вопрос.
— Нет. – сказал я, просто потому что мог и это было правдой, - Или вы и мои поцелуи будете считать?
— Воздержусь! – она даже выставила руку вперед, - Я уже была свидетельницей этого зрелища.
— Но Максим! – Лика тут же оживилась, видя, что теряет поддержку в лице моей матери – Как ты можешь? Я…я ведь…
— Вот этого не надо. – на этот раз уже я прервал её, - В твои признания я не поверю, это первое. Во-вторых, наш брак изначально рассматривался как выгодная сделка между нашими компаниями и я ничего тебе не обещал. И, последнее, если я найду женщину, которую посчитаю более достойной, чем ты, то ты можешь и вовсе забыть о свадьбе.
— Более достойной?
Всё. Драма закончилась, цирк уехал, а спектакль опустил кулисы. На сцену вернулась реальная Лика, которую я всегда знал. Высокомерная, холодная и расчетливая особа.
— И кого ты называешь достойной, а? – она уперлась руками в мой стол, отчего её грудь чуть не вывалилась из лифа, что не понравилось моей маме – Твоих шлюх что ли? Или как ты их называешь? Партнерши? Придумал красивое слово и думаешь, что это изменит их суть?
— Не делай себе же хуже, Лика. – предупредил я её.
— А то что? Что ты мне сделаешь? – мои слова её даже не напугали, она была уверена в собственном превосходстве – Настоящие мужчины ведь не бьют женщин! А кроме физической боли мне бояться нечего. Ты ни на что не способен. Только тискаться по углам со своими красиво названными шлюхами.
— Верно говоришь, - спокойно кивнул я, - Кажется, мы с тобой именно так и познакомились, да? Где мы первый раз трахнулись? Если не ошибаюсь, это было на парковке у ночного клуба Стаса, верно? Ты уже тогда была хороша. Так старательно раздвигала и стонала, что у меня просто не мог не встать.
— Ах ты…
Она замахнулась, и я позволил дать мне пощечину, хотя мог и перехватить её руку. Сразу после этого она ушла, пообещав, что я ещё вспомню о ней, а вот я молился о том, чтобы никогда её больше не видеть. Мама стояла и молча всё это время, просто наблюдая за нами. Когда дверь кабинета в очередной раз захлопнулась, я подумал, что её скоро придется менять. Хотя, Лисса закрыла её сегодня довольно мягко. А может у меня просто уши забило после её крика.
— Ты когда-нибудь научишься не посвящать мать в свою сексуальную жизнь? – спросила она, усаживаясь на край стола.
— Ты сама притащила её сюда.
— Тебе всё ещё нужна эта сделка?
Её мгновенный переключатель с темы на тему раньше сбивал меня столку, но постепенно я привык и даже сам научился это делать. Иногда это помогало, особенно когда очередная девица заиграется в отношения и начнет требовать слишком многого.
— Уже не так, как раньше. Если я ещё немного поднажму, то смогу обойтись и без этой высокомерной стервы.
— Выбирай выражения при матери, - упрекнула она меня, но как-то лениво – А теперь я хочу услышать ещё кое-что.
— Я весь во внимании.
— Что случилось? Ты ведь не просто так работаешь в семь потов, чтобы расширить нашу компанию и избавиться от сделки с отцом Лики.
— Видимо, я в тебя такой умный.
— Нет, - сказала мама с улыбкой – Я поумнее буду.
Я усмехнулся и достал из стола два бокала для виски и сам напиток. Мама даже не сопротивлялась. Приняла бокал и так и осталась сидеть на краю моего стола.
— Так ты начнёшь говорить или нет?
— Помнишь бал полгода назад? – она кивнула, - Я искал одну девушку, которую встретил там.
— Ты вроде бы говорил, что прекратил поиски.
— Это была случайная встреча.
Спокойствие матери в такие моменты меня просто убивало. Не могу понять, расстроена она или удивлена, разочарована во мне или что-то ещё. Её маска великого переговорщика и моего коллеги – просто непробиваема. Ничто её не могло сдвинуть с места.