Лисса подняла на меня взгляд, и я услышал, как она сглотнула.
— Не хочешь стать фотографом для новой коллекции украшений моей фирмы?
Никакой реакции. Вот прям буквально. Девушка застыла, как изваяние и даже не дышала. Я ухмыльнулся и потянулся вперед. У неё уже давно выработалась реакция на моё приближение – она всегда отшатываясь. Но не сейчас. Я приподнял её подбородок и посмотрел в глаза.
— Лисса? – позвал я её, - Ты в порядке?
Казалось, девушка в трансе. Очень медленно она перевела взгляд на меня, а потом опустила вниз, закрыла глаза и снова посмотрела на меня. Лисса отстранилась и нахмурилась, словно переваривая услышанное.
— Я не шутил, - на всякий случай решил уточнить я – Если ты согласна, то я буду ждать тебя в офисе.
Она смотрела на меня и…чёрт! Лучше бы она этого не делала, потому что от её улыбки у меня снова встал! Девушка улыбалась и чуть ли не плакала, а потом и вовсе кинулась на меня, широко раскинув руки. Она крепко обняла меня за шею, и я не смог себе отказать в таком удовольствии, поэтому прижал её к себе в ответ. Я чувствовал её дыхание у себя на ключице и то, как она улыбается. На секунду Лисса отстранилась, а потом, словно что-то решив для себя, она поцеловала меня. Сама! Даже я настолько удивился, что не смог ответить, а когда уже пришёл в себя – девушка отшатнулась от меня, как от огня.
— П-прости, - пробормотала она, отползая на другую половину дивана, - Я не должна была…
Вот это точно! Ты не должна была останавливаться! Но сейчас у неё было такое запуганное выражение лица, что продолжить то, что она же начала, я просто не мог. Поврежу ещё свою пташку, а что потом делать? Вет.клиники поблизости нет. В общем, я притянул её к себе и положил под бок, чтобы не рыпалась и перестала трястись.
Но трястись она так и не перестала, а потому пришлось вспомнить, что я вполне себе человек и способен успокоить девушку. Конечно же я начал её щекотать! Она брыкалась, прыскала и шипела на меня, но, самое главное, расслаблялась! Не люблю, когда девушки рядом со мной такие запуганные, маньяком каким-то себя чувствую. Потом мы начали драться подушками и вовсе забыли про фильм. В какой-то момент, Лисса оказалась на мне. Её ноги плотно сжимали мои ребра, а сама она сидела у меня на животе. Подушкой она била меня по рукам, которыми я защищал лицо, но…мне резко захотелось другого.
Я подхватил её за талию и перевернул, нависая над ней. Она всё ещё улыбалась. Искренне, без доли страха, хотя она точно знала, чего я хочу. И я знал. Знал ведь?
— Не хмурься, - прошептала она, проводя кончиками пальцев по моей щеке.
— Лисса, - прошипел я, пытаясь сдержаться.
— Всё в порядке.
И у меня снесло крышу. Я поцеловал её, как делал это раньше. Хотел, чтобы она думала только обо мне. Хотел, чтобы она наслаждалась каждым моим прикосновением. Хотел быть единственным у неё.
Я сбросил с дивана все лишние подушки и стянул с себя футболку, которая начинала неприятно липнуть к телу. Я видел Лиссу и то, как она смотрит на меня. Она доверяет мне. И я не должен её подвести.
Она была почти моим сокровищем, которое я боялся даже трогать, хотя я видел, как приятны мои прикосновения для девушки. Я начал с шеи, с чувствительного места на плавном переходе плеча в шею, целовал её ключицы и мочку уха. Мне не нравилось, что девушка так скованна. Мне хотелось раскрыть её, чтобы она получала как можно больше удовольствия. Поэтому я продолжал. Чтобы не пугать её, даже не пытался раздеть. Только целовал, кусал, посасывал чувствительные места на её шее и, кажется, по неосторожности даже оставил пару засосов. Но они пройдут.
— Ма-акс, - протянула Лисса и у меня в очередной раз схлынула вся кровь из мозга.
Девушка подалась вперед, немного приподнимаясь, и я понял, чего она хочет. Я аккуратно стянул с неё своей свитер, оставляя девушку в одних колготках, которые уже сами начинали сползать.
Перед моими глазами появились две аккуратные молочного цвета, налитые груди с небольшими розовыми сосками, которые вызывающе торчали, показывая, насколько возбуждена их хозяйка. А в том, что Лисса уже изнемогает, я мог не сомневаться. Я снова припал к её шее, но лишь для того, чтобы с каждым поцелуем спускаться всё ниже и ниже, делая остановку на груди.