Так и было. Мягкое и хрупкое женское тело сейчас лежало рядом, кажется, в одной только рубашке, и прижималось ко мне. Я обнял её и почему-то не испытал того, что испытывал ранее. Вместо этого, мне пришлось серьезно задуматься, что в моём состоянии было затруднительно. Лиссы не было вчера с нами, да и я был слишком пьян, чтобы заехать за ней после клуба и привести к себе. Так как она здесь оказалась, чёрт побери?
Неохотно, мне пришлось открыть глаза.
— Твою мать! – выкрикнул я, скатываясь с кровати.
Да, девушка. Да, лежит в одной рубашке. Кажется, даже в моей. Но, кто эта девушка? От шума, что я создал, она проснулась и посмотрела на меня своими глазами. Размазанная тушь, немного отекшее лицо и запутанные волосы – я уже отвык от такого, хотя, сколько раз я видел Лиссу по утрам? Один? Два? К чёрту.
— Ты кто такая? – спросил я, поднимаясь на ноги и изо всех сил борясь с головной болью.
— А ты уже забыл меня? – она изогнулась, словно кошка, но меня не впечатлила, - А ночью нам было хорошо вместе…
Кажется, меня впервые замутило. Я что, переспал с ней? Чёрт, я переспал с девушкой и даже не помню этого? Да быть такого не может!
— Ещё раз спрашиваю, кто ты?
Девушка попыталась надуть губы и сделать, наверное, милое выражение лица, но вместо этого лишь увеличила моё желание послать её к чертовой матери. В конце концов, она села на кровати, призывно расстегнув пару пуговиц на рубашке, чтобы показать мне очертания своей груди, а потом заговорила низким тоном:
— Меня зовут Карина, помнишь меня?
Конечно, нет! Иначе не спрашивал бы. Карина…Карина, Карина, Карина…что-то знакомое. Где-то я это имя уже слышал. Почти уверен, что в таком же дрянном контексте. Но нет, вспоминать на пьяную голову о том, где я слышал об этой девушке – бесполезно.
— Собирай свои вещи и выметайся.
А мне надо на кухню. Даже не стал смотреть, что делает эта девушка, просто собрался с силами и вышел из спальни. В последнее время весь женский пол вознамерился свести меня с ума. В холодильнике нашёл минеральную воду, большую упаковку, к своему счастью. Выпил половину за один раз и почувствовал, что оживаю. Надо написать Лиссе. У меня нехорошее предчувствие.
Хоть я и в джинсах, но телефона в карманах нет. С неохотой и бутылкой воды возвращаюсь в спальню. Если я не выронил его на кровати, то, скорее всего, вовсе потерял. Но нет, телефон лежит на прикроватной тумбочке, а вот что странно, так это то, что какая-то Карина никуда не испаряется! Лежит себе на здоровье на кровати, кажется, что вообще спит.
Толкаю её в плечо, пока набираю сообщение для Лиссы. Но реакции никакой.
— Просыпайся и выметайся, мне срочно нужно уехать.
Лисса не отвечает на сообщения. Причём, такое ощущение, что она их даже не видит.
Карина, которая лежит на кровати, противно улыбается, заставляя меня хмуриться. Где же я всё-таки её мог видеть?
— Можешь не пытаться с ней связаться, - внезапно подает голос темноволосая девушка, - После вчерашнего она вряд ли тебе ответит.
— Что?
Улыбка становится ещё шире и она уже не скрывает, что открыто издевается надо мной. А вот я в недоумении. Лисса вчера была в клубе? Она…видела эту девушку? Вот чёрт!
— Лисса вовсе не всепрощающая девушка, - объясняет Карина, - Измену она тебе вряд ли простит.
— Я не мог переспать с тобой.
Вернее, я на это очень надеюсь. Да ладно, бросьте! Я вчера так надрался, что у меня бы даже не встал. Это единственное, на что я могу уповать.
— А ты уверен?
Самодовольство девушки меня бесило все сильнее, и я уже не мог сдерживаться. Может это всё ещё не до конца трезвая голова руководила мной, а может я просто устал быть вежливым с такими девушками, но уже через секунду моя рука плотно лежала на затылке Карины, а сам я угрожающе нависал над ней.
— Вот сейчас ты мне обо всём сама и расскажешь, - шепнул я ей на ухо, но никакой романтики в этом не было, - Расскажешь, кто ты такая, кто тебе помог и в чём заключался этот гениальный план. А соврешь – клянусь, от меня тебя мало что спасет.
Девушка впечатлилась, а в от я сблефовал. Я в принципе не собирался с ней ничего делать, но иногда люди лучше понимают угрозы, чем когда ты пытаешься говорить с ними мирно. Язык насилия – тоже язык.