— Это будет наш час, Коля…
Злость прошла, но осталось раздражение. Ну чего ломается? Как будто он у нее первый… Сама его позвала, там, утром на озере, он впервые почувствовал, что эта свихнувшаяся девушка ему больше чем нравится. Конечно, в своих мечтах он видел любимую женщину совершенно другой. Может, ее образ был навеян романами, которые он в юности взахлеб читал, но суровая действительность вскоре доказала ему, что современные девушки мало чем похожи на целомудренных романтических героинь прошлых эпох. Тому доказательство — Лариса Пивоварова. Встречал Уланов и других девушек, но здравый смысл, расчетливость прямо-таки мужская напористость в достижении своей цели преобладали в них. Сейчас смешно себе представить девушку вроде бедной Лизы Карамзина, которая бы из-за несчастной любви бросилась в пруд… Теперь родившие в грехе ребенка иные молодые женщины даже не подкидывают его под двери, а просто, завернутого в тряпье, а то и в газеты, выбрасывают на помойку. Такие сюжеты уже не раз показывали в «600 секундах».
В школе, где работал Уланов, у него было начался роман с молоденькой учительницей-математичкой. Они даже вместе ездили на его машине «дикарями» в Прибалтику на Рижское взморье. Математичка таскала его по уютным, не чета ленинградским, юрмальским кабакам и ресторанчикам, по утрам пила шипучее шампанское и с сигаретой в руке разглагольствовала о том, что жизнь коротка, а удовольствий в нашей убогой и нищей стране так мало… Кляла профессию учителя, которая так низко оплачивается, а работать с распустившимися детьми все труднее и труднее… В этом он был с ней полностью согласен. А когда у него кончились деньги, осталось лишь на бензин и обратную дорогу, Алена, так звали математичку, сразу заскучала, стала уединяться, на вечерние прогулки все чаще уходила одна и кончилось все тем, что в один прекрасный день сообщила, что познакомилась на взморье с интересным, не очень, правда, молодым человеком, который предложил ей продолжить путешествие на его «Волге» в Палангу. Есть такое в Литве роскошное местечко. Деньги для него, видно, не проблема, а о таких пустяках, как бензин, он вообще не думает…
Алена на другой же день отчалила с интересным человеком в Палангу, — а он, Николай, налегке вернулся в Ленинград, сжигая в моторе последние литры такого дорогого в наше время бензина.
Осенью в школе математичка, как ни в чем ни бывало, сообщила, что богатые, но немощные «старикашки» ей изрядно надоели, и если он, атлет Уланов, не возражает, можно и дальше продолжать их в общем-то приятные отношения…
Может, они и продолжились бы, но вскоре Уланов был с треском уволен из школы. Туда он больше не ходил и Алену с тех пор не видел, хотя изредка она и звонила ему, пространно сообщая о школьных новостях и стараясь исподволь выведать, как складывается у него дальнейшая жизнь. Намекала, что в стране все ширится кооперативное движение и умные расторопные люди с высшим образованием толпами идут в кооперативы и зашибают умопомрачительные суммы. Выяснив, что он все еще без работы и не рвется в кооператоры, перестала и звонить…
Алису, в отличие от математички, совершенно не интересовали его финансовые дела, она была неприхотлива в еде, равнодушна к одежде, да и вообще мало интересовалась тем, что сейчас происходит вокруг. Такое ощущение, что она раньше не знала себя, а вот сейчас, будто проснувшись, с любопытством прислушивается к себе… Вся устремлена внутрь себя, и, видно, там, внутри у нее пока не все благополучно, потому что она сама не знает, чего хочет и чего не хочет.
Николай мужественно переносил даже самые жестокие удары судьбы, а их в его короткой жизни было уже предостаточно, поэтому ему трудно было понять, как нормальный человек может так сорваться, потерять себя, как это случилось с Алисой? Горе горем, но при чем тут вино, наркотики? Девушка редко заговаривала с ним о том, что случилось в Ленинакане, но раз у нее вырвалось, что, вернувшись оттуда, она вдруг поняла, что жизнь — это бессмысленная штука! Человек родился в муках, жил, рос, развивался, к чему-то стремился, о чем-то мечтал и никогда не думал о смерти, которой всем нам не миновать… Ладно, когда умирает старый человек, взявший от жизни все, что смог, а когда бессмысленно погибают молодые, полные сил люди? Ее родителям не было еще и по сорок лет… Она очень любила отца и мать — это все, что у нее в жизни было. И вдруг — ничего! Пустота. Какая учеба? Да и без родительской помощи она бы не смогла продолжать ее. Вон какая теперь на все дороговизна! Женские приличные сапоги стоят ровно полугодовую стипендию… Учеба! Ей жить расхотелось, вот в чем дело. Она не могла видеть равнодушные лица людей, которые поахали, попереживали о трагедии в Армении, многие помогли материально, а потом позабыли об этом и вернулись к своим повседневным делам, заботам, а она, Алиса, все время носит эту трагедию в себе. И вот когда жизнь перестала быть для нее ценной, когда, как ей показалось, у нее нет будущего, она, как это говорят, поплыла по течению… Ушла из мира живых, энергичных людей в мир пассивных и мертвых. Даже скорее призраков. Ведь все они: алкоголики, наркоманы, понимают, что они мертвые для общества люди. Поэтому они живут по другим, своим законам, а точнее, вне закона. Им наплевать на будущее, потому что у них его нет, день-ночь — сутки прочь! Они равнодушны ко всему, кроме удовлетворения своей порочной страсти. За наркотик или бутылку они пойдут на все, даже на кровавое преступление. И не потому, что ненавидят человечество, просто потому, что человечество мешает им, больным людям, жить так, как они хотят…