— Вас устроил гостиничный номер, Миртл?
Пожилая женщина фыркает.
— Все так же пестро, как и в другом месте с подобным названием. Как можно было подумать, что кто-то вроде меня мог попросить, чтобы его отвезли на бурлеск-шоу. Неужели я произвожу такое впечатление, что мне место в подобном месте? Честно говоря, что не так с людьми в этом городе?
Я отпиваю вина и спрашиваю ее:
— Миртл, а что за люди бывают в бурлеск-клубах? Мне любопытно.
— Негодяи. Извращенцы, очевидно.
Я улыбаюсь.
— Интересно. Я заказала там девичник, — говорю я. Вот и все, что нужно, чтобы начать все сначала.
Я смотрю на Оги, и он отрывается от своего телефона ровно настолько, чтобы искоса взглянуть на меня. Это его предупреждение о том, что я сказала Миртл что-то не то.
Я действительно говорю что-то не то, и Миртл реагирует в типичной для нее манере.
— На свой девичник я устроила вечеринку у бассейна с девчонками, а потом мы все рано легли спать. Я всегда говорю: «Отдыхай в медовый месяц, а не на свадьбе у всех на глазах».
Сейчас я просто счастлива, что больше не слушаю, как она поливает грязью моих коллег.
— А я воспользовалась специальным пакетом, по которому они обучают группы танцевать. Я слышала, это весело!
Оги, наконец, кладет свой телефон лицевой стороной вниз на стол и выглядит так, словно хочет, чтобы земля разверзлась и поглотила его.
— Что? В этом нет ничего такого, мы же не будем голыми или что-то в этом роде, — говорю я.
— Слава Богу за это, — говорит Миртл.
Я не сержусь на маму моего жениха за то, что она так разоткровенничалась. Но с каждой секундой я все больше злюсь на то, что Оги не заступается за меня. Вообще. Ждать, что Оги защитит меня от колкостей своей матери, — все равно, что быть болельщиком проигрывающей команды. Я всегда надеюсь на победу; поэтому продолжаю покупать товары и слежу за игрой, затаив дыхание. Но преимущество другой команды слишком велико перед нашей.
Я сдерживаю эмоции, потому что не хочу устраивать сцену. Испытываю грусть, злость, желание оправдаться — все те чувства, которые не хочу испытывать в преддверии своей свадьбы. Предполагается, что помолвка — это весело, но не для меня. И не для него. Что мне делать? Неужели то, что он не заступился за меня, станет последней каплей? Оправимся ли мы от этого?
На данный момент я двигаюсь дальше. И добавляю:
— И вообще, большинство людей устраивают свои вечеринки как минимум за два-три дня до свадьбы, чтобы дать всем время прийти в себя. Так что усталость не проблема.
Миртл неумолима в этом вопросе.
— Не знаю. Свадьба в Лас-Вегасе? Девичники в подобных заведениях? Все это кажется похожим… что же, прости, что я так говорю, но я скажу. Все это похоже на то, что кто-то ищет предлог вести себя распутно, прежде чем связать себя узами брака.
Это слово «распутно» застревает у меня в горле. Ненавижу его.
— Под кем-то ты подразумеваешь меня?
Миртл не отвечает, только потягивает свой напиток и смотрит в потолок. Я жду, когда Оги заговорит. Чтобы он сказал этой старой перечнице, чтобы она заткнулась раз и навсегда.
Но Оги, отчаянно желая сменить тему, вежливо говорит:
— Я просто рад, что мне не нужно будет планировать мальчишник.
Я поворачиваюсь к нему, и он, кажется, испытывает облегчение от этого факта. В некотором смысле, он заинтересован в свадьбе. Но веселые моменты? Он просто пропускает их мимо. Я все еще на взводе из-за «распутного» комментария его матери, поэтому мой тон в разговоре с Оги неподобающий для милой южной девушки, как сказала бы моя мама.
Я дерзко наклоняю голову.
— То, что ты не хочешь, чтобы я веселилась, не означает, что ты не можешь устроить вечеринку со своими друзьями.
Оги горько усмехается.
— Все мои друзья — твои друзья. Я потерял связь со своими, когда мы начали встречаться.
Это совершенно новая тема, которую он никогда не поднимал до сих пор, и это показывает его в другом свете. Я не знаю, должна ли переживать из-за этого или нет, но мне грустно, что он думает, что у него нет друзей. Возможно, его друзья не тусуются с ним из-за его матери.
— О. Я думала, тебе нравятся мои друзья.
Он замолкает, а затем снова говорит.
— Я никогда не говорил, нравятся или нет. Просто это то, что есть.
Я откидываюсь на спинку стула и смотрю на него, потягивая вино.
— Я впервые слышу об этом. Ты им всем нравишься.
Оги поднимает голову и, прищурившись, смотрит на меня, когда я наливаю себе второй бокал вина.