Вот тебе и забота о себе.
Завтра, вздыхаю я, косясь на стопки коробок, пока тащусь к своей кровати.
Глава 10
Шериз
Я как раз заканчиваю мыть руки, чтобы приготовиться к завтраку, когда Бишоп врывается на кухню.
— Ты вернулась, — говорит мужчина, но он не похож на человека, который рад меня видеть.
Он приближается с выражением отчаяния на лице. Я часто видела это выражение лица у людей в Лас-Вегасе, и оно заставляет меня задуматься. Чем он занимался?
Я вытираю руки о полотенце и спрашиваю:
— Бишоп, ты пил?
Не такой реакции по возвращению домой я ожидала от своего друга и босса. У него налитые кровью глаза, он выглядит чертовски усталым и, по-моему, не брился дня три.
— Где ты была? Я скучал по твоим завтракам.
— Серьезно? Это все, что ты можешь сказать? — я начинаю точить свой любимый разделочный нож. — Я не собираюсь отвечать ни на один чертов вопрос, пока ты не скажешь мне, что с тобой не так.
— Я в порядке, — говорит он. — Просто соскучился по твоей еде.
И тут же понимает, что не следовало этого говорить.
Если бы у меня в этот момент из ушей валил мультяшный пар, уверена, что не смогла бы выглядеть еще более расстроенной.
— Что же, если это все, что тебя волновало за время моего отъезда, думаю, что это была напрасная поездка!
Я не знаю, что говорю. Конечно, моя поездка в Шарлотт не была напрасной. Я сделала то, что должна была, чтобы начать следующую главу своей жизни.
— О чем ты? Нет, подожди. Неважно. Мне жаль. Черт возьми, эта речь должна была звучать не так.
Я смотрю в его широко раскрытые, безумные карие глаза, которые выглядят так, словно он не спал несколько дней.
— Речь? Я не знаю, что это значит, но тебе лучше пойти вздремнуть, Бишоп.
Все на кухне перешептываются из-за того, как откровенно мы с ним разговариваем.
Я знаю, что люди сплетничают, задаваясь вопросом о природе моей дружбы с главным боссом. Может, это и не их дело, но Бишоп, похоже, прилагает все усилия, чтобы это касалось всех.
— Не могла бы ты опустить нож, Шериз? Я должен кое-что сказать.
Я фыркаю и говорю:
— Давай, говори, я режу перцы для сырных бисквитов и не собираюсь никого зарезать.
Бишоп прерывисто вздыхает и говорит:
— Не возвращайся в Шарлотт. Ты нужна нам здесь. Ты нужна мне здесь. Я понял, что «Орхидея» никогда с тобой не расстанется, как только увидел тебя по грудь в шоколаде.
Мне следует остановить его прямо здесь, но я знаю, что это ничего не изменит. Ему нужно вывалить все, что у него на душе. В его массивной, большой груди, которая все еще выглядит хорошо, даже если костюм слегка помят.
— Бишоп.
— Шериз. — Его дыхание учащенное, и он выглядит немного диким. Все еще сексуален, но не так, как подобает владельцу роскошного отеля. Больше похож на пещерного человека, который хочет вернуть меня в свою пещеру и оплодотворить. Я не знаю, почему образ пещерного человека Бишопа вызывает у меня такую бурную реакцию, но это так. Китель вдруг становится похож на смирительную рубашку. Я хочу избавиться от него.
И тут я замечаю больше деталей. Его волосы не уложены обычным гелем. В кармане нет платка. Он либо всю ночь пил, либо играл в азартные игры.
— Ты хорошо себя чувствуешь? Нужен стакан воды? Когда ты в последний раз спал?
— Шериз, я не спал всю ночь.
Вот оно, он все еще пьян со вчерашнего вечера.
— Понятно.
— Да? Ты понимаешь, что я не спал всю ночь, расхаживая по коридорам и пытаясь придумать, что тебе сказать?
Я ненавижу себя за то, что становлюсь для него таким эмоциональным бременем, и я чувствую ответственность.
— Прости, я...
— Перестань извиняться и выслушай меня.
— Нет! — я перебиваю его. — Ты послушай! Я не собираюсь возвращаться в Шарлотт. Я остаюсь здесь. Если хочешь знать, я вернулась домой, чтобы расторгнуть договор аренды нашей новой квартиры. И уволиться с работы, которая ждала меня после свадьбы. И сообщить своей семье, что я остаюсь в Лас-Вегасе.
— Они расстроились?
— Нет, как ни странно. Они все были очень рады, что я в Лас-Вегасе, и планировали семейные каникулы, чтобы навестить меня.
Я моргаю, глядя на Бишопа. Даже будучи не в духе, он по-прежнему потрясающе красив. Его волосы немного растрепаны, и ему не помешало бы принять душ, но он по-прежнему привлекает к себе все внимание в комнате. Он все еще может вызывать у меня странное притяжение ниже пупка.
Я открываю рот, чтобы сказать ему, что мне нужно возвращаться к работе, но он еще не закончил.